Обряд на крови - Сергей Зверев

— Так что скажешь? — громко спросил Славкин, остановившись за спиной эксперта, узкоплечего темноволосого субъекта, лет сорока с небольшим, низко склонившегося над столом, задвинутым в самый угол тесной прокуренной мониторной.

Тот от неожиданности вздрогнул, едва не выронив лупу из руки. Что-то невнятно приглушенно пробурчал и медленно, с показным достоинством, распрямив спину, повернул офисное кресло на четверть оборота и обратился лицом к вошедшему начальству:

— А пока могу… только предварительно. И только в общих чертах. А что тут можно определить на скорую руку, на глазок, с одним примитивным карандашом[14]и каратомером?[15]— произнес с вызывающей интонацией, через верхнюю губу, всем своим видом демонстрируя крайнее неудовольствие проявленным по отношению к нему неуважением. Но, наткнувшись на опасно полыхнувший взгляд своего патрона, благоразумно потупился, пару раз торопливо кашлянул в кулачок, прочищая горло, и продолжил уже более покладисто, без чреватых последствиями нервных взбрыков: — Камни в основном средние — от 0,3 до 0,99 карата. И, естественно, преобладает кейп[16], как и следовало ожидать. Но есть и очень интересные неординарные фэнси[17]. Очень. Ну вот хотя бы этот уникальный ятер[18]в два и два или вот этот шикарный ривер[19]в три карата. Да это практически — «чистая вода». Конечно, без рефрактометра[20]трудно что-то утверждать окончательно, но…

— Сколько всего? — нетерпеливо перебил его Славкин.

— Извините, я не понял.

— Я спрашиваю — сколько всего карат?

— М-м… почти четыреста. Триста восемьдесят пять и четыре десятых, если быть точным.

— И на сколько в зелени все это может потянуть?

— Ну нет! Ну что вы?! Да это же просто нереально! Определить вот так, с ходу?

— Мне не нужна какая-то точная цифра. Я хочу знать хотя бы примерно — в каких порядках?

— Да нет, ну что вы? Вы просто требуете от меня невозможного…

— Почему?

— Почему, почему? — заартачился эксперт, и нотки презрительного возмущения по поводу прозвучавшего исключительно дилетантского, по его разумению, вопроса снова опрометчиво проскочили в его голосе. — Да нереально, и все! Да это же целую уйму времени займет даже в соответствующих условиях и при соответствующем профессиональном оборудовании… Ну вот, посудите сами… Если еще со всей этой мелочью и даже с этими крепкими середнячками хоть какая-то ясность присутствует, можно, на худой конец, с какой-то долей вероятности прикинуть по оценочным таблицам… Ну вот, возьмем, к примеру, этот экземпляр в ноль девяносто восемь. Предварительно, по качественным показателям, — это где-то два и два. Здесь, по шкале, первая цифра — цвет, вторая — чистота… Ну это могу предположить навскидку, приблизительно… что-то около тридцати тысяч? Ну где-то так, по нынешним общемировым ценам… То насчет вот этих штучных раритетных я даже заикаться не хочу. Это же просто пустая трата времени. Только напрасно воздух сотрясать! Да тут же цена определяется по целой куче параметров! Да плюс к тому же — конъюнктура рынка…

— Ладно. Пока достаточно. Не мельтеши. Подробнее доложишь позже. Когда спросят, — оборвал эксперта Славкин и, развернувшись, шагнул к двери.

— Подождите.

— Ну что еще?

— Тут вот какое дело…

— Поконкретнее.

— М-м, понимаете… Есть тут одна небольшая странность… Дело в том, что четыре камня — вовсе не алмазы. Нет, не в той партии, что из хранилища. С нею все в порядке. А вот среди тех, что принесли из лаборатории… Это муассанит. Имитатор алмаза. Обыкновенный карбид кремния.

— Подделка, что ли?

— Нет, это тоже природный минерал естественного происхождения.

— Ну и что в таком случае в этом странного?

— В общем-то, ничего особенного. Но у них же есть ну… то есть… был и свой эксперт-контролер? Обязательно был. Без него же просто невозможно обойтись при таких масштабах промышленного производства. А потому у меня возникает вполне закономерный вопрос: как же он мог такое пропустить? Ведь это же — абсолютно детская ошибка. Да здесь же ничего и не нужно, кроме лупы. Вот, обратите внимание. Можно вас на минутку? Подойдите, пожалуйста, поближе. — Эксперт ловко подцепил пинцетом небольшой камешек размером чуть меньше горошины, положил в выемку на черной поролоновой подушечке и пристроил сверху лупу: — Вот, видите? Видите эти нехарактерные для алмаза слишком яркие цветовые вспышки? Это — следствие того, что у муассанита дисперсия[21]гораздо выше. Кроме того, он анизотропен[22]. А потому, вот еще, при просмотре через боковые грани, — хорошо заметное раздвоение ребер. Видите?