Английское дело адвоката - Ева Львова

Чей-то «Самсунг», разряжаясь, издал жалобный звук, и я посмотрела на Бориса, подозревая, что это пищит мой аппарат.

– Что ты сидишь, проверь в сумке, это не мой смартфон?

Борис напряженно молчал, избегая встречаться со мной глазами. Мне это сильно не понравилось, и я, заранее зная ответ и оттого внутренне холодея, вкрадчиво спросила:

– Боречка, надеюсь, ты не забыл прихватить мой «Гелакси»?

– Как ты справедливо заметила, «Гелакси» твой, – минуту помолчав, надменно заметил Устинович-младший, переходя в наступление. – Так почему бы тебе самой о нем не позаботиться?

– Но это же ты вчера просил у меня аппарат, чтобы проверить почту, и обещал сегодня вернуть, – каменея от бешенства, проговорила я, прикидывая, смогу ли сдержаться и не убить приятеля прямо на борту самолета.

– Я и вернул, – раздраженно буркнул Устинович-младший. – Положил к тебе в стол. Ты сама его оттуда не взяла, а теперь перекладываешь с больной головы на здоровую.

Постаравшись отодвинуться от приятеля так далеко, насколько позволяло кресло самолета, я отвернулась к иллюминатору и минут пять молча бесилась, любуясь на облака. На все заигрывания Бориса я отвечала ледяным молчанием и, чтобы окончательно обозначить свое к нему отношение, взяла предложенную стюардессой газету «Ворлд Дайджест», раскрыла на первой попавшейся странице и начала читать.

«СИДНЕЙ, 3 июля. /Корр. ИТАР-ТАСС Павел Ваничкин/. Полиция Папуа – Новой Гвинеи начала расследование ритуальных убийств, совершенных в провинции Маданг приверженцами так называемого «карго-культа». Как сообщил сегодня один из руководителей полиции страны Энтони Вагамби, речь идет об убийстве семи человек в округе Богиа, «к которому причастны очень много людей». Отметив, что мотивы преступников остаются пока неизвестными, Вагамби уточнил: «Мы знаем, что это очень широко распространенное движение». «Карго-культ» /поклонение грузу/ – термин, который используют для обозначения группы религиозных движений в Меланезии. Приверженцы этого культа, которых также называют «самолетопоклонниками», верят, что западные товары созданы духами предков и предназначены для меланезийского народа.

Классические культы карго были распространены во время Второй мировой войны и сразу после нее. Огромное количество грузов было десантировано на острова в ходе военной кампании против Японии, что внесло коренные изменения в жизнь островитян. Произведенные промышленным способом одежда, консервы, палатки, оружие в огромных количествах поставлялись на острова для обеспечения армии, а также островитян, которые были проводниками военных и гостеприимными хозяевами. В конце войны воздушные базы были заброшены. Чтобы вновь получать карго и увидеть падающие парашюты, самолеты или корабли, островитяне имитировали действия солдат, моряков и летчиков. Они сделали наушники из дерева и прикладывали их к ушам, находясь в построенных из дерева контрольно-диспетчерских вышках, изображали сигналы посадки, находясь на построенной из дерева взлетно-посадочной полосе, зажигали факелы для освещения этих полос и маяков. Члены культа верят, что их постройки привлекут транспортные самолеты, заполненные грузом, которые считаются посланниками духов предков.

По данным полиции, ритуальные убийства никак не связаны с проходящими сейчас в стране парламентскими выборами. Тем не менее, голосование в Богиа и соседних округах провинции Маданг, которое должно было завершиться шестого июля, временно приостановлено».

Всю оставшуюся дорогу я продолжала дуться на Бориса и размышлять над нелегкой судьбой папуасов, верящих в духов предков, сбрасывающих им с неба на парашютах заманчивые блага цивилизации. Время от времени я снова принималась читать детектив, но с головой уйти в сюжет не давали мысли о странных культах, которые изобретает для себя человек и потом свято верит, что так оно и есть на самом деле.

Англия встретила нас солнечной погодой и ясным синим небом, кокетливо украшенным ажурными облаками. Гремя закупленными в дьюти-фри бутылками с виски, которые он собирался подарить другу по электронной переписке, Борька пристроился в конец небольшой очереди из людей, поджидавших автобус, и, размахивая руками, принялся рассуждать.

– Я ведь специально не стал писать Генри, что мы приедем, – озорно блестел он глазами. – Нагрянем, как снег на голову, в полицейское управление. Только закинем вещи в «Олд отель» и двинемся знакомиться с Кампински.

И в подтверждение своих слов Устинович-младший потряс пакетом с бутылками, заставив испуганно вздрогнуть стоящую перед нами старушку. За два с небольшим часа автобус привез нас из Ливерпуля в Арбингтон. Городок оказался небольшим и древним, словно возведенным при Вильгельме Завоевателе. Одноэтажные дома, обнесенные невысокими оградами, располагались на расчерченных квадратами улицах. Взяв у вокзала такси, до гостиницы мы добрались за считаные минуты. Двухэтажное здание с колоннадой и портиками выглядело довольно помпезно и напоминало театр в уездном городке. Расплатившись с таксистом, Борис оставил щедрые чаевые, толкнул плечом тяжелую дверь и уверенной походкой бывалого путешественника вошел в фойе. В холле гостиницы царил полумрак, но ламп здесь не зажигали. На полированных деревянных скамьях сидели люди, дожидаясь своей очереди. Должно быть, гостиница пользовалась популярностью, ибо народу и около стойки ресепшн толпилось изрядно. Устинович-младший не стал выяснять в районе скамеек, кто последний, а выискал по ту сторону стойки администратора, бледную худую служащую в массивных очках, и принялся сверлить ее взглядом. По прошествии пяти минут девушка заволновалась, ощутив дискомфорт, и, не понимая его причины, принялась оглядываться по сторонам в поисках раздражителя. Столкнувшись глазами с Борисом, улыбнувшимся жертве гипноза плотоядной улыбкой, девушка вспыхнула, поправила очки и жестом пригласила его подойти поближе. Я торопливо двинулась за кудрявым другом. А еще через несколько секунд выяснилось, что о брони, оставленной Кирой Ивановной, в гостинице ничего не слышали.

– Начинается! – прошипел приятель, продолжая через силу выдавливать из себя улыбку.

– Борь, дай твой смартфон, я позвоню Кире Ивановне, – потребовала я.

– Я сам позвоню, – встрепенулся Борис, отходя в сторонку, и принялся названивать секретарше.

– Не понимаю, Борь, какие ко мне претензии, – недовольным голосом откликнулась Кира Ивановна. – Вчера по Интернету я забронировала двухместный номер в «Олд отеле» города Арбингтона, мне скинули подтверждение, так что ошибки быть не может.

– Слушайте, Кира Ивановна, перешлите это подтверждение мне на электронную почту, – попросил кудрявый друг, косясь в строну недовольной очереди, бурлящей вокруг него.

Пискнуло сообщение, оповещая о прибытии нового письма, и мы в самом деле прочитали подтверждение, из американского города Арлингтона, о бронировании двухместного номера в «Олд отеле».

– Вот дура старая, – выдохнул Борис. И, снова натянув ни лицо приветливую гримасу, принялся проситься на постой, минуя систему бронирования. Служащая проявила завидное хладнокровие и на все увещевания приятеля отвечала отказом, любезно повторяя: