Английское дело адвоката - Ева Львова

– Что же вы не позвонили мне домой, я бы вещи сразу прихватила, – обиделась я, с укоризной глядя на секретаршу.

– Какие еще вещи, зубную щетку на месте купишь, – отмахнулась та. – Едете-то всего на пару дней. Я про другое хотела сказать. Эд Георгиевич урезал лимит на гостиницу, и селиться вам придется в одном номере с Борисом.

Борька многозначительно хмыкнул, а старушка хитро посмотрела на меня.

– Ты как, не против?

Само собой, я была против, ибо с тех самых пор, как мы с Устиновичем проучились вместе пять долгих лет, я привыкла видеть в Борисе исключительно друга[3], однако коллеги отчего-то все время пытаются нас поженить.

– На месте разберемся, – пробурчала я.

– Пойду куплю что-нибудь пожевать в дорогу, – озабоченно сообщил Джуниор, ретируясь из конторы.

– Ну, как там дела у Ромочки? – осведомилась Кира Ивановна таким тоном, как будто речь шла о ее любимом племяннике.

– Да не очень, – честно призналась я. – Вот слетаю в Арбингтон, побольше узнаю про Шерманов, тогда будет какая-то ясность.

– А что про Шерманов уже известно? – заинтересовалась секретарша.

– Только то, что они занимаются у себя в Англии производством ламп и пытаются реализовать их на нашем рынке.

– Так себе бизнес, – поморщилась Кира Ивановна.

– А еще известно, что у них есть дикая нянька и хромоногий сыночек Джек с психическим отклонением – лупит по всем предметам железной клюшкой для гольфа.

– Какой ужас! – всплеснула руками секретарша, усаживаясь на кресло с явным намерением поболтать.

Над входной дверью звякнул колокольчик. С улицы пахнуло летним жаром, и следом за раскаленным воздухом в кондиционированную прохладу офиса вкатился профессор Зелинский. Выглядел он так, точно пришел свататься. В первый момент я растерялась, подумав, что нарушаю его матримониальные планы, и заподозрила Киру Ивановну в том, что она-то и есть объект профессорской страсти. Но я ошиблась, клиент Устиновича-младшего заглянул к нам совсем по другому поводу.

– Э-э, я бы хотел повидать Эдуарда Георгиевича, – смущаясь и краснея, протянул антрополог.

– А его нет, он уехал в суд, – безмятежно откликнулась секретарша, не замечая, что наносит клиенту сокрушительный удар.

– Какая жалость, – вздохнул Зелинский, на секунду задумавшись, но все же расстегивая сумку и роясь в ее содержимом. – Я книжку свою привез, как обещал господину Устиновичу. Авторский экземпляр, с автографом.

Клиент извлек на свет брошюру и принялся суетливо оглядываться по сторонам.

– Нет ли у вас бумаги книгу обернуть? – деловито осведомился он у Киры Ивановны.

– Писчая подойдет? – без особого энтузиазма откликнулась секретарша, роясь в столе.

– Нет, благодарю, писчая слишком маленькая, – отклонил предложение клиент. И, что-то припомнив, снова полез в сумку, приговаривая:

– У меня есть газета! Я всегда ношу с собой газеты. На всякий случай. Они частенько бывают полезны. Мало ли что – книгу обернуть, или еще для чего пригодится.

Рассуждая о пользе газет, Зелинский старательно обернул книжку и протянул секретарше.

– Очень вас прошу, передайте господину Устиновичу.

– Не беспокойтесь, передам, – благожелательно проговорила Кира Ивановна, принимая книгу из рук автора. Но, как только за антропологом захлопнулась дверь, Кира Ивановна тут же выдвинула ящик для прочитанной прессы и небрежно кинула подарок в стопку потрепанных журналов «Космополитен» и «Авторевю».

* * *

В аэропорт нас отвозил Пол Банкин. Сегодня, как ни странно, он выглядел гораздо лучше, чем обычно. Был он отдохнувший и посвежевший, как будто всю ночь проспал на превосходной кровати вместо того, чтобы намывать машину. Правда, «Логан» по-прежнему смотрелся ухоженным, и я всю дорогу размышляла, что бы это могло означать. Так и не придя ни к какому выводу, я попрощалась с Пашей, высадившим нас у стеклянных дверей аэропорта, и устремилась следом за кудрявым другом. Войдя в просторный стеклянный зал, Борис подошел к светящемуся табло, сверился с часами и, что-то прикинув в уме, размашистым шагом направился прямиком к буфету. По пути он остановился у книжного киоска и принялся выбирать, что бы такое купить почитать в дорожку.

– Мог бы взять с собой книгу Зелинского, – попеняла я приятелю, наблюдая, как он набирает стопку путеводителей по Великобритании.

– Я из принципа не читаю мусорную литературу, засоряющую мозг, – надменно заметил Устинович-младший, складывая покупки в полиэтиленовый пакет.

– По-твоему, научный труд по антропологии – это мусор? – возмутилась я.

– Однозначно, – категорично махнул свободной от пакета рукой Борис.

Регистрация на рейс застала нас в буфете. Боря доедал поджарку по-краковски, я допивала свой кофе. Покончив с едой, мы подхватили сумки и устремились к стойкам паспортного контроля. Оказавшись в буферной зоне, Устинович-младший потащил меня в дьюти-фри.

– Ты же сама хотела купить пасту и щетку, – уговаривал меня кудрявый друг, подталкивая к полке со спиртными напитками.

Наконец Борис купил все что хотел, да и я подобрала себе необходимые в дороге вещи, и мы отправились на посадку. Устроившись в салоне самолета, я с облегчением вздохнула и погрузилась в чтение купленного в киоске детектива. Но сюжет истории меня не захватил, и я отложила книгу в сторону.

– Слушай, Борь, а про Шерманов ты что-нибудь знаешь? – поинтересовалась я сразу же после того, как мы пристегнули ремни и самолет начал выруливать на взлетную полосу.

Джуниор вскинул на меня безмятежные глаза и выдохнул:

– Нет, а кто это?

И я поняла, что Борис, поглощенный перепиской с британским другом, пропустил мимо ушей все последние события, происшедшие в нашей конторе.

– Вообще-то в настоящий момент меня интересует глава компании по производству энергосберегающих ламп Кристофер Шерман, проживающий в Арбингтоне, – сухо сказала я, не вдаваясь в подробности. – Просто я подумала, раз уж ты так хорошо знаешь про Арбингтон, то, может, и про сэра Кристофера что-нибудь слышал?

– Про сэра Кристофера не скажу, не знаю, одно могу утверждать с полной уверенностью: с ним Генри не пил, иначе написал бы о старине Шермане, клевом парне и все такое прочее. А старина Шерман тебе зачем?

– Прочла в Инернете, – ехидно откликнулась я, – что он вдовец, дай, думаю, познакомлюсь, раз все равно еду в его сторону, вдруг стану королевой энергосберегающих ламп?

– Я бы не советовал, – убежденно заявил Борис, почесав кончик носа. – Раз Генри с ним не пил, значит, дерьмо мужик.