Сокол и Ласточка - Борис Акунин

Мне очень хотелось увидеть, как и где спрятаны сундуки. Япопробовал пристроиться у штурмана на плече, но он грубо отшвырнул меня: «Кыш,чёртова птица!»

Пришлось сесть повыше, уцепившись когтями за канат.

Наверху скрипел ворот, люлька слегка покачивалась — этоГарри ёрзал на доске. Фонарь он держал в руке, опустив её вниз и жадновглядываясь в темноту.

— Скорей! Скорей! — покрикивал Логан.

Честно говоря, я тоже сгорал от любопытства. Попугаю золотои алмазы вроде бы ни к чему, что мне с ними делать? Но как сладостно открыватьсокрытое, находить спрятанное и проникать в потаённое! Для пытливого ума нетнаслаждения острей.

Спуск показался мне бесконечно долгим. Наконец, луч фонарядостиг дна шахты. Не дождавшись, когда его ноги коснутся земли, ирландецспрыгнул. Звук получился неожиданно глухим, едва слышным — очевидно, из-затого, что поверх камней лежал толстый слой пыли.

— Вот и штрек, — пробормотал Гарри, светя в чёрную прорехукоридора, отходившего от шахты по горизонтали.

— А-а-а!!!

Из горла у Логана вырвался полукрик-полувздох: лампаосветила несколько прямоугольных контуров. До первого из сундуков штурмандополз на карачках — он так разволновался, что не мог стоять.

Откинул крышку.

Внутри было пусто.

Гарри кинулся к следующему — то же самое. В третьем на днележала серебряная монета. Четвёртый снова был пуст.

Задыхаясь, что-то бормоча, вскрикивая от ужаса, Логанпрополз вдоль всей вереницы. Жалкая добыча составила два золотых дуката и пятьбрусков с королевским штампом (именно в таком виде серебро отправляют изколоний в Испанию).

Сев на пол, ирландец горько заплакал. Он утирал локтемслёзы, размазывал их по лицу. Мне стало даже жаль неугомонного пройдоху.Сколько усилий, ухищрений, преступлений — и всё зря! С такой же безутешностью,наверное, рыдал бы осиротевший ребёнок.

Летиция что-то кричала сверху, но Гарри долго не отзывался.

Прошло не менее четверти часа, пока он вялой походкой, будторазом состарившись, доковылял обратно к колодцу.

— Сокровища здесь нет! — крикнул он замогильным голосом. —Его вытащила эта чёрная жаба, больше некому! А мы отравили её и теперь неузнаем, куда она всё перепрятала!

— Что-о-о? — переспросила Летиция.

Гарри сложил руки у рта, повторил ещё раз, отчётливей.

А я снова сел на канат и потёр крылом свой хохолок — этоспособствует концентрации мысли.

Если бы Чёрная Королева и её люди забрали из колодцасокровище, они прихватили бы и сундуки. Зачем их тут оставлять? Без ёмкостейтакую груду металла далеко не перетащишь.

Вот ключевое слово: далеко.

Клад должен быть где-то неподалёку. А сундуки оставленыпустыми нарочно — чтобы те, кто сюда доберётся, вообразили, будто их кто-тоопередил. Что, если Пратт просто перетащил содержимое сундуков глубже в штрек?

Нет, вряд ли. Это было бы глупо. Вон и Логан,встрепенувшись, побежал с фонарём по коридору. Ничего он там не найдёт…

Считалка! Она ведь не заканчивается словами «с оселка набрусок»! Там ещё две строчки:

Прыг-скок, прыг-скок,

И башкой об потолок.

Я снова потёр хохолок. Думай, голова, думай!

И к тому моменту, когда Логан несолоно хлебавши приплёлсяобратно, версия у меня созрела.

Один прыг, он же скок, в первой пещере равнялся чёткоопределённому расстоянию — десяти футам. Не применяется ли та же мера счёта и вдальнейшем?

Я проскакал по штреку расстояние, примерно равное сорокафутам, и как следует там осмотрелся, обращая особенное внимание на сводкоридора. Увы, никаких признаков тайника.

Однако моё замешательство длилось недолго.

— Где моя Клара? — кричала сверху Летиция. Она с вами?

— Чёрт её знает, где ваша птица! Вытягивайте меня! Здесьбольше нечего делать! — раздражённо отвечал Логан.

— Без попугая не возвращайтесь!

А я вот он, тут как тут. Вылез из галереи, вспорхнул наканат и уселся над головой у Гарри.

— Нашёлся ваш попугай, тяните!

Если «прыг-скок» не работает в горизонтальном направлении,остаётся только поискать по вертикали. Даром что ли в считалке упомянутпотолок?

Мы поползли вверх, я считал футы и вертел головой.

Эврика!

Примерно на середине колодца, то есть как раз в сорока футахот дна, я заметил нечто, ускользнувшее от моего внимания во время спуска: водном из квадратных камней, которыми были выложены стенки шахты, кто-то вырезалкорону. Заметить её мог лишь тот, кто точно знал бы, где искать.

Я заорал во всё горло и стал лупить по знаку клювом, сползаяпо канату.

— Что вы делаете с моей Кларой? — сразу забеспокоиласьЛетиция. — Она кричит таким голосом, только если случилось что-то особенное!

Милая, она беспокоилась обо мне.

— Что ты там клюёшь, болван? Перестань орать, не то я свернутебе башку!

Ирландский грубиян протянул руку, чтобы схватить меня. Иувидел корону.

— Королевский знак? Откуда он тут взялся?

Люльку качнуло, и Гарри был вынужден упереться рукой вмеченый камень. Именно это, оказывается, и требовалось. Раздался скрип, плитаподалась, и целый кусок стены отодвинулся, открыв зияющий проём. Мы висели какраз у верхней его кромки, то есть, можно сказать, упирались «башкой в потолок».

Это был вход в ещё одну горизонтальную галерею. Отсвет лампыпроник внутрь, и там вспыхнуло праздничное сияние. Насколько достигал свет, наполу лежали груды серебряных брусков и золотых слитков, драгоценной посуды,кожаных мешков, в каких обычно перевозят монету. Это и был клад, вывезенный НевезучимКорсаром из города Сан-Диего!

— А-а-а, — негромко и неуверенно произнёс Логан. Потомгромче. — А-А-А-А!

И наконец что было мочи:

— АААААААА!!!