Отчаянная девчонка - Екатерина Вильмонт

– Очень хорошо! – прошептала Матильда, едва мывышли за калитку уваровской дачи.

– Что? – удивилась я.

– Хорошо, что Валерку к делу пристроили, самим большевремени останется!

– Тоже мне, мозговой центр! А Валерке черную работу,да?

– Не в этом дело, – смутилась Матильда. –Просто с Валеркой можно действовать оперативнее. Но черт с ним, давай лучшеобсудим другое – как тебе нравится наш Сереженька? Он, оказывается, дачу здесьснимает, знаком с обитателями таинственного дома и вообще… Хоть убей, не пойму,зачем ему тот спектакль понадобился?

– Если это был спектакль…

– А что же, по-твоему?

– Не знаю.

– Но мы же пришли к выводу, что он просто надрался…

– Понимаешь, Матильда, если бы он был спьяну, от негобы перегаром разило…

– Это точно! Как я не подумала… Знаю, он был подкайфом!

– Думаешь, на наркотиках?

– Конечно, вот он и куражился… – уверенно заявилаМотька.

– Скорее всего ты права… Хотя вообще-то не похож он нанаркомана…

– А то ты много наркоманов видела!..

– Много не много, а видела! Короче, это правильно, чтомы решили за ним последить! Наркотики, таинственный дом, не нравится мне всеэто!

– Ох, чертобесие, и здесь покоя нет!

– Да уж!

Утром тетя Липа спросила:

– Девчонки, вы вчера вечером никого у нас на участке невидели?

– Нет, а что?

– Показалось, наверное. Сейчас столько всякойпреступности, что голова кругом идет. Померещилось мне, будто тень какую-то яувидела.

– Тень? Где? Когда? – быстро спросила Мотька.

– Да вы уж в это время спали без задних ног. Я вышлаЛорда и Мефистофеля домой покликать. И тут мне показалось, словно от террасытень какая-то в кусты метнулась. Но Лорд, правда, ничего не почуял.

– Ну, тогда вам точно это померещилось! –успокоила я тетю Липу. – Сами знаете, какой Лорд чуткий.

– Вообще-то да…

– Тетя Липочка, вы испугались? – спросила жалобнымголосом Матильда.

– Нет, не испугалась, но все же неприятно как-то…

– Матильда, давай после завтрака пошарим около террасыи в кустах, вдруг эта тень что-то обронила!

– Ну вот! Только этого еще не хватало! – закричалатетя Липа. – Знаю я вас, найдете прошлогодний снег, теорию построите, апотом будете невинного человека выслеживать! Считайте, что я вам ничего неговорила!

– Да ладно, тетя Липа, что вы расшумелись? Нет такнет, – примирительно сказала я, подмигивая Матильде.

Тетя Липа на минутку вышла из кухни.

– Пошарим? – шепнула Матильда.

– Конечно, только попозже, когда она про это забудет.

После завтрака мы отправились на речку.

По дороге Матильда сказала:

– Во кайф! Солдат спит, а служба идет! Мы себе на пляжеваляемся, а Валерка за Лаврухиным гоняется!

Тут нас обогнал какой-то незнакомый парень на велосипеде.

– Эх, зря мы велики не взяли!

– Да ну их! – зевнула Мотька. – Пешочком тожене вредно пройтись!

На пляже неподалеку мы приметили парня, обогнавшего нас навелосипеде.

– Что за тип? – интересуется Мотька. – Фигурау него – класс!

– Первый раз вижу.

– Сколько ему лет, как по-твоему?

– Лет шестнадцать-семнадцать! А тебе-то что?Понравился, что ли?

– А хоть бы и понравился!

Парень тем временем встал и решительно направился к нам.Мотька засуетилась.

– Привет, девчонки!

– Привет!

– Давайте познакомимся! Я смотрю, такие клевые девочкисидят одни! Олег!

– Ася!

– Маша! – опять застеснялась своего имениМатильда.

– А Ася – это что? Анна?

– Нет, Анастасия!

– Анастасия, красивое имя! Что-то мне, Анастасия, лицотвое знакомо! Кого-то ты мне напоминаешь!

– Видел, наверное, меня в поселке! А ты где живешь?

– Да родители тут дачу купили, у Зуйковых…

– А, это у вас джип «Чероки» и «мерс»! –осведомилась Мотька.

– А вы откуда знаете? – удивился парень.

– Первое, что нам сообщили, когда мы приехали.

Похоже, этот Олег положил глаз на меня. Мотька занервничала.

– Вы из новых русских? – спросила она.

Олег засмеялся.

– Скорее из старых.

– То есть? – не поняла Матильда.

– Ну, дед мой, он из этих… как они называются… ах да,перемещенных лиц.

– Это что такое?

– Ну, как бы это объяснить… Словом, он в войну в пленпопал, а потом не вернулся в Россию… Он в Германии сидел в лагере дляперемещенных лиц, а потом в Америку уехал и даже не знал, что у него тутребенок родился, папа мой. Дела у него пошли хорошо, он разбогател, а потом,когда Сталин умер, да и то не сразу, приехал сюда, разыскал свою девушку, иоказалось, что у нее сын от него родился. Он тогда женился на ней и увез ссыном в Америку, хоть это и очень сложно было. Их сын, папа мой, три года назадв Россию вернулся, квартиру купил в Москве и вот эту дачу.

– Насовсем вернулся? – спросила Мотька.

– Что значит насовсем? Теперь ведь «железного занавеса»нет, у отца здесь, в России, несколько филиалов его фирмы, часть года они смамой живут в Москве, а часть – дома, в Бостоне.

– А ты? – спросила я.

– А мы с бабушкой здесь, здесь у вас куда интереснее! Ипотом бабушка хочет, чтобы я жил в России и, как она выражается, «впитал в себярусскую культуру». Вот я ее впитываю.