Любовница двух мужей - Мария Жукова-Гладкова

– Разобрать проход не получится, – сказала я. – Ведь надо успеть разобрать, а потом собрать до прихода соседей. А мы не знаем, когда они уходят и приходят. Лучше через окно.

Игорь кивнул.

– Слушай, а почему у тебя джакузи расположено не под нашей ванной, а под комнатой? – спросила я.

– Чтобы рядом со спальней была, – пожал он плечами.

– Ванная комната по размеру у тебя совпадает с комнатой, которая там была раньше?

– Ничего не совпадает. Квартира полностью перестроена. А какое это имеет значение?

– Дыра может быть прикрыта. Не хочется тратить лишнее время на поиски.

Игорь почесал щеку.

– Значит, твоя спальня находится под моей комнатой? – уточнила я.

– Вроде бы.

– Рисуй план квартиры, – велела моя сестра.

В результате мы примерно определились, где должна быть дыра, в которую провалился мой сосед. Потом Игорь пояснил, где спрятал документы и бумажник с наличными и кредитками.

– Если сможете в квартиру пройти…

– Думаешь, что твой телефон, ключи и кейс так и лежат в прихожей? – усмехнулась моя сестра.

– Ну а вдруг?

– Вещи тебе какие-нибудь взять?

– На ваше усмотрение, дамы, – улыбнулся Игорь и объяснил, что и где лежит.

– А у вас домработница есть? – поинтересовался мой племянник.

– Зачем домработница при неработающей бабе?

– Ну у нее же, наверное, маникюр и вообще… – заметила я.

– Не растает. Не сахарная, – жестко проговорил Игорь.

– Вообще-то лучше по квартире не ходить, – высказал свое мнение мой племянник.

– Посмотрим по ситуации, – заявила его мать. – Полезем завтра ночью.

Я справляла новоселье в пятницу вечером. Сейчас уже давно наступила суббота. Следовало выспаться, а следующей ночью, перед выходным днем можно и попробовать вызволить документы и деньги Игоря. Хорошо, что я не работаю в эти выходные! Праздники наша фирма организует на все дни недели, и сами праздники чаще всего проходят в пятницу, субботу и воскресенье, а на неделе идет подготовка, и приходится мотаться по разным инстанциям и организациям.

– А что мы будем с этого иметь? – тем временем спросил Денис у Игоря.

– Отдельную квартиру Варе, – ответила его мать и посмотрела на Игоря. – Ты в курсе, что Варе пришлось переехать в коммуналку…

– В курсе. Принесете кредитки – сразу же сниму деньги и можете подыскивать вариант, – серьезно ответил Игорь.

– Но пока мне следует остаться в моей комнате, – заметила я. – Иначе как мы будем действовать?

– Деньги я вам переведу или дам наличными, – заговорил Игорь. – Как хотите. Из-за этого не беспокойтесь. С какой стати вам из-за меня рисковать? Я вообще-то Варе это сразу же хотел предложить, но пока к слову не пришлось. А вообще спасибо вам всем. Не знаю, что бы я без вас делал.

– Но ты же вроде бы говорил, что у тебя есть какие-то знакомые в правоохранительных органах… – вспомнила я.

– Есть. Но вначале нужно вернуть документы, деньги, кредитки, если получится – вещи. И еще, Варя…

Мы втроем вопросительно посмотрели на Игоря.

– Ты можешь сходить в мою фирму в понедельник?

– В какой роли?

– У вас никакого юбилея не намечается? – встрял Денис. – Тетя Варя может прийти как представительница своей фирмы, чтобы организовывать вам праздник. Только придумайте какой.

– Двадцатилетие фирмы, – тут же сказал Игорь. – Оно на самом деле через полтора месяца.

– Твоя фирма работает уже двадцать лет? – поразилась моя сестра.

– Вообще мы с отцом начинали, потом я взял бразды правления в свои руки.

– А сейчас где твой отец?

– Живет за городом. У него был инсульт, хотя он почти полностью оправился от удара. Одну руку не удалось стопроцентно разработать и речь немного нарушена. Но можно понять все, что он говорит. С ним на даче проживает семейная пара предпенсионного возраста. Она – медсестра, он – электрик. Вдвоем выполняют всю работу по дому. К сожалению, я там в последнее время нечасто бываю…

Игорь посмотрел в окно и какое-то время молчал.

– У меня не очень хорошие отношения с отцом, – наконец признался он. – Никогда не были особо хорошими. Он жесткий человек – бывший военный. Мое детство прошло в гарнизонах. Наверное, отец и должен был быть таким, чтобы выжить, не спиться… Мама была медсестрой. С ее специальностью везде находилась работа. А то ведь многие жены военных изнывают от безделья. Мама всегда работала. Но рано умерла. Отец больше не женился, ушел в бизнес. Потом подключился я… Но мы все время спорили. Наверное, это было на пользу бизнесу. Потом у него случился инсульт. – Игорь помолчал и добавил: – Наверное, следовало бы как-то попытаться наладить контакт. Но я не могу. Не могу и все. Мы разные люди. Если бы еще была жива мама…

Мы все какое-то время молчали.

– Варя, у тебя бланки договора дома есть? – наконец посмотрела на меня сестра.

– В компьютере все есть. Завтра составим и распечатаем.

– Я подпишу. Задним числом. А ты, Варя, пойдешь в бухгалтерию. Я для девочек напишу записку. Они мой почерк знают, и я так уже неоднократно делал. Деньги вам переведут. Или наличкой?

– Да, обычно мы часть берем наличкой.

– Сама скажешь, сколько написать.

– Зависит от того, куда мне в твоей фирме нужно попасть.

– Я подумаю. Время до понедельника ведь еще есть?

– Подумай, с кем мне говорить об организации праздника. С кем обсуждать детали, предпочтения отдельных лиц или групп. К кому ты мог поручить обращаться?

– Я составлю список. И вообще спасибо вам большое.

Максим

С самого детства Максим с бабушкой и дедушкой два раза в год ездили на могилу матери, их дочери – весной и осенью. Дедушка обычно молча сидел на скамеечке перед памятником и печально смотрел на фотографию дочери на гранитной плите. Максим с бабушкой сгребали старые листья, сажали цветы. В церковь ни дедушка, ни бабушка не ходили, записки за упокой не подавали. Они были атеистами и коммунистами. Правда, очень критиковали коммунистов, которые не смогли удержать власть. В последние годы жизни они стали много говорить о политике, чего раньше никогда не делали. Раньше темы были другие – как-то связанные с наукой и Университетом. В конце жизни политика в разговорах занимала примерно столько же места, сколько наука. И спорили о политике гораздо жарче, чем о науке.

Взяток ни дед, ни бабушка никогда не брали, и если студент предмет не знал, то получить проходной балл у них не мог. Они ставили оценки только за знания. Да, они давали уроки за деньги, но полностью отрабатывали гонорары. Их уважали, но были и те, кто ненавидел, в особенности когда началась коммерциализация всего и вся.