Покидая царство мертвых - Антон Грановский

Максим удивленно поднял брови, но возражать не стал. Сел на стул и дружелюбно проговорил:

– Угостишь героя сигаретой? Мои закончились.

– Я бы угостила, но ты мои не куришь, – сухо проговорила Ольга Васильевна Леденева.

– А ты попробуй.

Она взяла со стола пачку сигарет и бросила Максу. Он поймал на лету и взглянул на название.

– «Партагас», – прочел Макс. – Пятьдесят копеек пачка. Вижу, твой вкус не меняется. Кстати, фильтр им бы не помешал.

– Не хочешь – отдавай обратно.

– Ладно, сгодится. – Макс вытряхнул одну сигарету и зажал ее губами. – Я здесь подымлю?

– Валяй. Только открой форточку.

Максим поднялся со стула, прошел к окну, протянул руку и распахнул створку форточки. Потом достал зажигалку и закурил.

– Ну? – сказал он, взглянув на Ольгу. – Зачем звала?

– Есть разговор.

– По поводу сегодняшнего задержания?

– По поводу сегодняшнего задержания, – кивнула она.

Макс выпустил облачко бледно-голубого дыма и улыбнулся:

– Хочешь меня поощрить? Я не против. Только не дари мне скороварку, их у меня уже две. Если ты не против, я возьму деньгами.

Некоторое время подполковник Леденева в упор разглядывала Макса, затем отчеканила:

– Орлов, ты вообще соображаешь, что ты делаешь?

– Беседую с любимым начальником, – мягко ответил он. – Кстати, ты сегодня прекрасно выглядишь.

Макс обворожительно улыбнулся. Подполковник Леденева скривилась.

– Орлов, мне сорок три года. Оставь эти штучки для девиц.

– Если уж на то пошло, то у меня всего одна штучка. Но она стоит сотни.

– И хватит пошлить! – рассердилась Ольга. – И вообще – слезь с подоконника! И сигарету затуши, когда с начальником разговариваешь!

Макс пожал плечами:

– Как скажешь.

Он швырнул окурок в форточку и закрыл створку. Повернулся к Ольге:

– Ну?

– Мне Таня рассказала, что ты снова не стал ждать бригаду. И что рисковал собственной жизнью без особой необходимости. Кроме того, ты оставил ее без оружия и тем самым подверг опасности не только свою, но и ее жизнь.

– Если бы я оставил ей пистолет, она бы кого-нибудь подстрелила с перепугу. А вообще, передай своей протеже, что стучать на коллег нехорошо.

– Она не моя протеже.

Максим хмыкнул:

– Это тебя не оправдывает.

Начальница пристально посмотрела Максиму в лицо и вдруг резко спросила:

– Орлов, это ты распускаешь слухи, что мне больше нравятся женщины, чем мужчины?

Макс поперхнулся слюной.

– Так вот в чем причина твоего плохого настроения, – иронично проговорил он. – А то «не дождался бригаду», «подверг опасности». Оля, тебя ввели в заблуждение, я никогда такого не говорил.

– А я уверена, что это ты. – Леденева холодно прищурилась. – Мстишь мне за то, что я не дала затащить себя в постель на вечеринке в честь шестидесятивосьмилетия МУРа?

– Я не собирался затаскивать тебя в постель.

– Да ну?

Максим пожал плечами:

– У тебя завышенная самооценка.

Ольга слегка побледнела.

– Товарищ капитан, обращайтесь ко мне по уставу, – отчеканила она.

– Слушаюсь. Ваша самооценка размера на два больше вашей груди, товарищ подполковник. Если это все, разрешите идти?

– Ты сволочь, Орлов!

– Так точно.

– Проваливай!

Максим развернулся через левое плечо.

– И помни: еще раз так сделаешь – впаяю тебе выговор! – сказала ему вслед Ольга.

Макс обернулся и с мягкой улыбкой проговорил:

– От вас, товарищ подполковник, я готов принять что угодно. И любого размера.

– Я серьезно, Орлов! Если понадобится, я готова тебя даже уволить. Подумай об этом. Кем ты будешь, если лишишься работы?

– Красавцем, ловеласом, удачливым игроком. – Он усмехнулся и добавил: – Парнем нарасхват.

Подполковник Леденева поморщилась.

– Убирайся вон! И подумай о том, что я сказала.

– Обязательно подумаю. А сигаретки у тебя дрянь.

Максим махнул Ольге рукой и вышел из кабинета. Подполковник Леденева хмуро посмотрела на закрывшуюся дверь, после чего вздохнула и глухо пробормотала:

– Эх, Орлов, Орлов… Бабы на тебя хорошей нет.

* * *

– Ну? – спросил Жора. – Что там?

– Старуха меня отчитала, – ответил Макс, усаживаясь в кресло и забирая чашку с чаем, которую Вержбицкий только что себе налил.

– Да ну? Всего лишь «отчитала»! Я думал, она тебя вообще убьет.

– Не убьет. – Макс отхлебнул чая. – Она в меня влюблена. Но боится себе в этом признаться.

– Ерунда.

– Точно тебе говорю! Загляни в верхний ящик ее стола – и найдешь десяток моих фотографий. И все испачканы губной помадой. А некоторые даже залиты слезами. Говорю тебе: причина всех ее нападок – неразделенная любовь.

– Ну-ну. Чай верни, Дон Жуан!

Вербицкий забрал чашку и сделал несколько глотков. Потом поднялся с кресла.

– Пора на допрос.

– Хочешь, я его допрошу? – предложил Макс.

Жора покачал головой:

– Нет. Ты согласился, что я это сделаю лучше.

– Не вопрос. Если понадобится моя помощь – зови.

– Обязательно.

Вержбицкий прошел в кабинет, где уже ждал Сохатый. Бандит сидел за столом, с любопытством оглядывая кабинет. Руки его были скованы наручниками, но это не мешало Сохатому почесываться, дергать кончик носа, скрести ногтями небритую щеку и производить еще массу никчемных движений.

Жора уселся напротив, посмотрел бандиту в глаза и сухо произнес:

– Что скажешь, Сохатый?

– Смотря что вы хотите услышать, гражданин начальник. – Бандит ощерился. – Хотите – могу спеть? Или стишок рассказать.

Вержбицкий нахмурился.

– Как ты разговариваешь с милиционером, урка?!

Уголовник криво ухмыльнулся.

– Ласково и мягко, гражданин начальник. Как с девушкой.

Вержбицкий побагровел и сжал кулаки.

– Можете меня ударить, гражданин начальник, – разрешил Сохатый. – А я потом синячки свои врачу покажу. И накапаю, что вы меня подвергали физическим истязаниям.

– Я тебя не буду бить.