Закон мести - Валерий Горшков

– Ну и когда поедем встречать мою правнучку? – с нетерпением спросил Борис Семенович внука. Максим в расслабленной позе сидел напротив него в кресле-качалке и с наслаждением потягивал дорогой французский коньяк. Дед отдавал предпочтение сухому мартини со льдом.

– Через шесть дней.

Максим безмятежно глядел на полыхающие в противоположном углу комнаты огненные блики. Наличие в доме камина было одним из условий, поставленных риелтору молодым русским миллионером при подборе недвижимости. В конце концов удалось найти подходящий вариант, заплатив владельцам двухэтажного особняка на пятьдесят тысяч марок выше его рыночной цены. Но разве подобный пустяк мог быть для Денисова препятствием для совершения сделки?.. Легкие деньги ведь и тратить легко.

– Завтра вечером Ханна закончит подарок для Лены, который сейчас дошивает, – радостно сообщил Илларионов.

– Вот уж никогда не думал, что зажиточные немецкие дамочки увлекаются шитьем, – снисходительно усмехнулся Максим. – Что за подарок?

– Сарафан из голубого шелка! – ответил Борис Семенович. – Сегодня я на минутку заглянул к ней, так мне очень понравилось! Всякие там рюшечки, пуговки, лямочки… – Старик задумчиво улыбнулся: – Счастливый ты все-таки мужик, Максим. У тебя есть и любимая жена, и чудесная дочка, да и денег куры не клюют! Вот я в твоем возрасте имел лишь две пары брюк… А тебе, как мне кажется, этого мало.

– Даже и не знаю, что сказать… – задумался Денисов. На его загорелом от регулярного посещения солярия лице появилось умиротворенное мечтательное выражение. Он снова, не моргая, уставился на догоравшие в камине поленья. – Я хочу, чтобы все мои близкие были столь же богаты и столь же счастливы, как я. А еще я хочу…

– Ну хватил! – перебил его Борис Семенович, вскинув густые брови. – Так, дорогой мой, не бывает. Нельзя всех сделать счастливыми хотя бы потому, что не все этого заслуживают. Про твоих друзей, которые остались в Питере, ничего сказать не могу, я их толком не знаю, но семью свою ты обязан обеспечить всем необходимым. Это точно. Причем не только материально, но и духовно. Оно, духовное, подчас бывает важнее денег и всех прочих материальных благ… Ты так не считаешь?

– Подумаешь, проблема! – небрежно пожал плечами Денисов, наполняя опустевшую рюмку коричневым ароматным «Камю». Пригубив коньяк, он задумчиво посмотрел на деда: – Знаешь, мне вчера ночью снова кошмар снился. Будто бы там один из моих приятелей, на которого я переписал фирму, перерезал себе вены. Все бегал за мной, окровавленный, шумел, клялся достать меня на том свете. Я проснулся и все утро думал: может, я чего не так сделал? Я ведь искренне хотел дать Стасу возможность заработать столько, сколько он не собрал бы за всю жизнь, даже если бы ишачил сутками напролет в своей компьютерной фирме и не тратил бы при этом ни копейки! Нет, я не чувствую перед ним никакой вины…

– Не кори себя ни в чем, – успокоил Борис Семенович внука. – Бог и Сатана сами рассудят, кто и что заслужил. Но одно могу сказать точно: грехи свои тебе предстоит замаливать еще очень и очень долго.

Максим кивнул:

– Наверно… Только вряд ли это поможет. За все, говорят, надо платить.

– А ты пессимист! – удивился старик. – Э, голубчик! Покаяться никогда не поздно.

Максим встал с качалки, подошел к камину и поворошил щипцами ярко-красные головешки.

– Да нет. Я не пессимист. Просто на душе как-то тяжело…

– Ты, наверное, устал, дорогой мой, – констатировал Борис Семенович, слегка улыбаясь уголками губ. – Я знаю в Кельне одного очень опытного психоаналитика, кстати, еврея из России. Надо будет на днях свозить тебя в Кельн, посмотришь на знаменитый собор… Заодно и познакомитесь!

Из расположенной на втором этаже дома детской комнаты послышался шум падающего предмета и пронзительные душераздирающие крики. Видимо, «подарок», приготовленный папой для любимой дочки, снова решил поразвлечься.

– Пойди посмотри, что там Дуся вытворяет, – предложил Илларионов Максиму. – Ох, и намучаешься ты еще с ней! Ну и причуды у тебя!..

– Ничего, пусть Леночка хоть немножко с ней поиграется. А там видно будет… – Глаза Денисова довольно заблестели. Он поставил рюмку на столик и по винтовой лестнице поднялся на второй этаж. Там, в детской, уже два дня жила маленькая самочка-шимпанзе, ласковая, но, к сожалению, весьма непослушная и непредсказуемая в поступках.

Когда Максим зашел в комнату, то увидел впечатляющую картинку: зацепившись одной лапкой за висящую под потолком люстру, прямо посреди комнаты болталась Дуся. В другой лапке она держала мобильный телефон, который Денисов по рассеянности оставил в детской. Телефон отчаянно сигналил. В самом углу, около двухъярусной кровати, лежал опрокинутый торшер. Дверца вольера была распахнута настежь.

– Ну разве так можно, Дуся?! – укоризненно воскликнул Денисов, пытаясь оторвать обезьянку от раскачивающейся люстры. Но шимпанзе вцепилась в люстру мертвой хваткой и с ужасом смотрела то на хозяина, то на надрывающийся мобильник.

«Только из Питера могут звонить так настойчиво», – сообразил Макс и с трудом вырвал из ее лапы телефон.

– Алло!..

– Мне Денисова, – рявкнул на том конце странно знакомый хриплый голос.

– Я слушаю. Кто говорит?

– Дед Пихто, – раздался в ответ мерзкий хохот. – Не узнаешь, козел, друзей старых?!

– Слушай, не выпендривайся, шутник!.. Чего надо? – попытался ответить «любезностью на любезность» Максим, но хриплый голос тут же перебил его:

– Слушай меня, сучара, внимательно. С тобой говорит Бармаш… Во-первых, можешь со спокойной душой выпить за упокой души своего дружка из «Эвереста», которого ты так подставил. Я слышал, что его обугленные зенки сейчас вороны доклевывают. – У Денисова от услышанного перехватило дыхание. – Во-вторых, за тобой должок, аккурат в «лимон» баксов! Ну, а в-третьих… твоя подружка вместе с маленьким ангелочком сейчас находятся у меня в гостях.

– Что-о-о?!

– Да ничего! Сам послушай! – Бармаш с криком: «Говори, сволочь!» передал трубку Ренате.

– Максим, миленький, они похитили нас с Леной и держат на какой-то даче!!! – услышал он голос, от которого мгновенно защемило сердце. – Мне так страшно… Они говорят, что, если ты завтра не прилетишь, они нас убьют! – Рената разразилась рыданиями. – Помоги нам… пожалуйста!..

– Верни ему телефон и ничего не бойся, – стиснув зубы, чтобы не закричать от отчаяния, с трудом произнес Денисов.

– Ну что, падла, почуял запашок? – с издевкой спросил похититель. – Слинять решил, не расплатившись, – не получится! Значит, так! Из твоей гребаной Германии самолеты каждые два часа в Питер летают, так что особенно-то не задерживайся. А то у моего дружка уже хер давно стоит на твою дикторшу! – В отдалении послышался истошный женский визг и чей-то глумливый гогот. – Слышал, паскуда? Не могу же я бесконечно сдерживать его естественные потребности! Он что, хуже тебя, что ли?!