Гнев смотрящего - Евгений Сухов

Но и Варяг не сидел сложа руки. Буквально через неделю после начала кампании Чуднова против Игнатова вдруг выяснилось, что существует немало журналистов, горячо симпатизирующих Игнатову. Не имевшие к нему, казалось бы, никакого отношения газеты, телеканалы и радиостанции вдруг принялись его рьяно защищать. Особенно старался влиятельный «Московский экспресс», напечатавший целую серию колких материалов против Чуднова.

Варяг, как и тысячи других жителей России, изрядно веселился, читая статьи про Чуднова в «Московском экспрессе». Когда в его кабинет вошел полковник Чижевский, Варяг все еще продолжал улыбаться.

– Веселитесь, Владислав Геннадьевич, – сказал с упреком бывший кагэбист.

– Да вот читаю, как мои ребята разделали господина Чуднова. Это ведь я их нашел, – с детской гордостью сообщил Варяг. – Не читали, Николай Валерьяныч? Очень рекомендую, классная работа.

– К такому человеку, как Чуднов, я вам не советую относиться легкомысленно, – возразил Чижевский. – Он сам – интриган высшего разряда, не стоит его недооценивать. А потом, за ним стоят очень серьезные силы. Я к вам как раз по этому поводу.

– Вас что, встревожила эта шумиха в газетах? – улыбнулся Варяг. – Если да, то зря. У писак Чуднова ничего серьезного нет, и те газеты, которые за нас, уже сбили волну. Всем же понятно, кто начал эту свару и чего он хочет. Журналюги еще немного пошумят и успокоятся. Даже если в верхах весь этот шум и примут близко к сердцу, то ведь просто так снять меня нельзя – по уставу концерна требуется согласие не менее чем…

– Знаю, знаю – не менее пятидесяти процентов участников собрания акционеров, – кивнул Чижевский. – Так почему вы думаете, что ваши противники не наберут этих пятидесяти процентов? Когда началась заваруха в газетах, я распорядился взять под наблюдение большинство акционеров – конечно, аккуратно, чтоб не вышло скандала… И вот смотрите, какие контакты мы зафиксировали. – Полковник положил листок со списком на стол перед Варягом. – Как видите, налицо всплеск интереса к нашим акционерам людей Чуднова и тех, кто за ним стоит, – я там расписал, кто есть кто. И это при том, что далеко не все контакты, как я полагаю, нам удалось отследить.

– И какова реакция наших уважаемых акционеров? – перестав улыбаться, поинтересовался Варяг.

– Ну, то, что они пошли на контакт, причем тайный – уже своего рода реакция, – сказал Чижевский. – Были люди, которые сами вышли на меня и рассказали о переговорах, – в списке они отмечены. Однако таких, к сожалению, меньшинство. На некоторых пришлось надавить, и только после этого они рассказали о состоявшихся переговорах. Люди Чуднова стараются к каждому подходить индивидуально, каждому предлагать нечто такое, что может особенно интересовать именно данного человека. Но многим предлагают просто деньги.

– Много? – осведомился Варяг.

– Очень, – кивнул Чижевский. – Устоять трудно. Не всем одинаково, но всем много. А кое на кого у них есть и компромат – не зря же Чуднов содержит охранные предприятия. Одним словом, Владислав Геннадьевич, с этим человеком надо что-то решать, – слишком большие у него возможности. Я так понимаю, что вся шумиха в прессе – это прикрытие тех будущих изменений в руководстве концерна, которые Чуднов планирует провести. И боюсь, что мы не сможем ему помешать, если не примем решительных мер.

– Намек ваш понятен, товарищ полковник, – криво усмехнулся Варяг. – Однако крови не хотелось бы. Подумайте, есть ли способ вывести Чуднова из игры, скажем, на несколько месяцев – хотя бы до выборов, когда ситуация в стране изменится. А мы тем временем проведем собрание акционеров, на котором примем решение, что для снятия руководства требуется уже не пятьдесят, а семьдесят пять процентов голосов. На всякий случай – так будет надежнее.

– Слушаюсь, Владислав Геннадьевич, – поднялся Чижевский. – Будем думать.