Гнев смотрящего - Евгений Сухов

Особняк «Госснабвооружения» стоял на отшибе – рядом с ним негде было укрыться снайперу. Чтобы успешно выстрелить в человека, выходящего из офиса, требовался стрелок высочайшего класса, вроде Солоника, но такого у Коляна не было. Охрана Варяга постоянно контролировала окрестности офисного здания, включая подъездную дорогу, подземные коммуникации и прилегающие микрорайоны на предмет выявления подозрительных лиц. Незаметно подобраться к машине Варяга нечего было и думать, да и сама машина являлась звеном системы безопасности: обычный с виду черный «Ауди» имел изготовленные по спецзаказу на одном из заводов форсированный двигатель, броневое покрытие и пуленепробиваемые стекла, так что обстреливать его имело смысл разве что из гранатомета.

Колян уже знал, что Варяг по крайней мере раз в неделю приезжает на совещание в министерство на Новый Арбат. На его невероятную удачу, министерство располагалось именно в той самой многоэтажке, где на тринадцатом этаже помещался офис фирмы «Стикс». Место для покушения на Варяга было во всех случаях идеальное.… Но и опасное – поэтому на первых порах Колян решил прощупать оборону противника на ближних подступах… В ходе очередной проверки люди Чижевского обнаружили в канализационной трубе неподалеку от офиса «Госснабвооружения» пакет взрывчатки. К счастью, бомба была еще не готова к действию. Немедленно устроили засаду, однако бойцы Коляна вовремя почуяли неладное, и к взрывчатке никто не сунулся. Вскоре прямо на проходной в офисном здании на Мытной улице, куда Варягу часто приходилось ездить, его охранники отловили неприметного молодого человека с мастерски подделанным удостоверением сотрудника «Росвооружения» и с австрийским пистолетом «Глок» в кейсе. При задержании молодой человек отбивался как профессионал, а не как государственный чиновник, однако силы были слишком неравны. Никаких ценных сведений Чижевскому от него получить не удалось: молодой человек сообщил, что на него вышли через московских воров, которые знали его как грамотного специалиста по устранению неугодных. Заказчика своего он не знал, а в здание на Мытную намеревался ходить регулярно – до тех пор, пока не изучит все ходы и выходы и не узнает, какие кабинеты посещает Игнатов. Чижевский понимал: киллер не врет, он и не мог знать заказчика. «Специалиста» вместе с его пистолетом сдали в милицию, но фальшивую ксиву «Росвооружения» Чижевский оставил у себя, решив еще поработать с этими «корочками». Не так уж много существует контор, способных изготовить такой документ, а установив изготовителя, полковник надеялся выйти и на заказчика. Разумеется, он усилил охрану вокруг здания на Мытной, хотя и понимал, что расставить своих людей вокруг всех государственных и коммерческих учреждений, которые посещает Владислав Геннадьевич, просто немыслимо.

* * *

Узнав о провале своего киллера, Колян был страшно раздосадован, поскольку вариант акции с проникновением в госконтору на Мытной казался ему весьма реальным.

Более того, ничего другого Коляну пока не приходило в голову. Да тут еще нескольких молодых бойцов, изучавших обстановку в микрорайоне недалеко от офиса «Госснабвооружения», сгребли и доставили в милицию. Хорошо еще, что эти ребята официально проживали в рабочем общежитии, работали в охране разных фирм и ничто не указывало на их связь с Коляном. Кроме разве что сибирского происхождения.

– Помяните мое слово, Владислав Геннадьевич, они из шайки Радченко! – кипятился Чижевский.

– Бросьте, Николай Валерьяныч, – охладил его пыл Варяг. – У вас мания преследования! Вы что, намерены пытать всех, кто подойдет ко мне ближе, чем на километр? Ну и даже если они работают на Радченко, что они вам скажут? Наверняка они получают указания по телефону. Они, возможно, и самого Радченко ни разу не видели и даже не слыхали о нем! – Помолчав, Игнатов добавил: – Но иметь своего человечка в ихней общаге действительно не повредит.

– Сделаем, Владислав Геннадьевич, – отозвался Чижевский.

Колян в глубине души мечтал о славе террориста всемирного масштаба, как у знаменитого венесуэльца Ильича Рамиреса. Но он не желал быть просто безмозглым орудием для осуществления чужих планов и хотел представлять расклад политических сил и интересов в российском обществе, дабы знать, в случае чего, кому предложить свои услуги и кто сможет оплатить эти услуги пощедрее. Ведь уже не раз большие люди пытались использовать Коляна, а все выходило так, что он использовал их – в том же духе он намеревался действовать и дальше, но для этого следовало получше разбираться в ситуации. Он долго размышлял над тем, чей же заказ поступил к нему через бизнесмена с кликухой Феликс, и в последнее время ему стало казаться, что он разгадал эту загадку.

Еще с весны ряд газет и телеканалов открыли массированную кампанию против «Госснабвооружения» и лично против Владислава Игнатова. Колян понял, что ополчившиеся на Варяга газеты и телекомпании контролируются Григорием Борисовичем Чудновым, идейным руководителем «новых русских», чье ненасытное стяжательство давно вошло в поговорку. Конкурирующая пресса неукоснительно разоблачала каждую новую аферу Чуднова, но этот пробивной человек, видимо, хорошо разбирался в структуре российской власти и прежде всего постарался стать «лицом, близким к президенту» или, как стало принято говорить в последнее время, членом «семьи». Имея в своем распоряжении газеты, радио, телевидение и целую армию услужливых журналистов, он не стеснялся смешивать с грязью всех тех, кто ему мешал. Компромат на неугодных собирали как сами журналисты, так и специально созданные для этой цели охранные фирмы, после чего происходил профессиональный слив компромата в СМИ. Кое-кто из слабонервных уступали Чуднову дорогу, ибо знали за собой немалые грешки и опасались, как бы газетными сплетнями не заинтересовалась Генеральная прокуратура. Однако Игнатов, кого карманные СМИ Чуднова поливали с остервенением, разумеется, не принадлежал к числу слабонервных. К тому же сам компромат на Игнатова выглядел не очень убедительно: в статейках о нем были обильно рассыпаны бездоказательные намеки на криминальное прошлое и настоящее Игнатова, на контрабанду оружия и прочее.

Читая всю эту «сливную» чушь, Колян интуитивно чувствовал здесь какую-то правду: видимо, журналисты раскопали какие-то темные сделки концерна. Но он не мог знать, что компрометирующий Варяга материал предоставил Чуднову коронованный вор Зарип Казанский.

– А почему ты с этим Чудновым дело имеешь? – спрашивали Зарипа некоторые воры. – Он ведь сам на «Госснабвооружение» нацелился. А у нас там генеральный директор, можно сказать, свой человек, и Варяг опять же… А ты Чуднову помогаешь. Правильно ли это?

– Я ему не помогаю, я его использую, – степенно возражал Зарип. – Пускай Чуднов копает под Варяга – это, люди, в наших интересах. А потом мы и с Чудновым разберемся.

– Да, надо, надо, – кивали воры, – высоко он хвост поднял. Пора ему показать, где его место.

Организованная Чудновым газетно-телевизионная кампания проходила под лозунгом «Мафия и власть». Журналисты предупреждали общество о грозной опасности, угрожавшей ему в лице Игнатова-Варяга и ему подобных. Чудновские писаки грамотно били в одну точку, не обременяя себя доказательствами. Перечислялись связи Варяга в криминальной среде и в политических кругах, вспоминали о той финансовой поддержке, которую концерн оказывал ряду общественных организаций и средств массовой информации, и делали вывод о том, что Варяг – классический пример того, как мафия рвется во власть.