Агенты «Аль-Каиды» - Сергей Москвин

Морской порт, Мурманск, 15 марта, 12.10

Пилот был настоящим асом и ухитрился посадить вертолет на крохотном открытом участке причала, между зданием администрации, бетонным забором и линией электропередачи. До тех пор пока колеса вертолета не коснулись земли, Бондареву казалось, что лопасти винта вот-вот заденут бетонные плиты забора или запутаются в высоковольтных проводах. Судя по всему, в своих опасениях он был не одинок. Сидящий через проход от него начальник областного Управления МВД то и дело с опаской поглядывал в иллюминатор и беспрестанно ерзал на узком сиденье. Когда опасный спуск прекратился, он облегченно перевел дыхание. Генерал Адамов, сидящий ближе всех к выходу, распахнул дверь пассажирского отсека, и все трое быстро выбрались из рокочущей машины.

Навстречу им со стороны здания администрации уже спешил человек в распахнутом длиннополом пальто, под которым виднелся дорогой двубортный костюм.

– Тимохин, начальник управления безопасности порта, – пояснил Бондареву Адамов и, очевидно, решив для себя дилемму, говорить или нет, добавил: – Наш бывший сотрудник.

– Наконец-то, – запыхавшись, произнес Тимохин, сразу выделив взглядом Бондарева. – Они пригрозили, что будут убивать моряков, если мы в течение часа не подвезем горючее. А времени остается меньше пяти минут…

– Вы приготовили топливо? – прервал своим вопросом Бондарев словесный поток начальника управления безопасности.

– Так точно! – как по уставу, ответил Тимохин. – Два заправщика.

Увидев возле здания администрации порта два грузовика с автоцистернами, Бондарев удовлетворенно кивнул, но, взглянув на свои армейские ботинки с рифленой подошвой и заправленные в них штаны десантного комбинезона, переменился в лице.

– Мне нужна гражданская обувь и одежда. Только быстро! – ни к кому конкретно не обращаясь, потребовал он.

Тимохин с готовностью сорвал с себя пальто, но для коренастого невысокого Бондарева оно оказалось слишком длинным. Полковника выручил тимохинский водитель, пожертвовавший ему пуховую куртку и брюки, которые тот натянул поверх десантного комбинезона. Вместо спецназовских берцев Бондарев надел тимохинские модельные полуботинки. Самому же начальнику управления безопасности его водитель принес летние туфли, которые Тимохин хранил в своем кабинете и использовал в качестве офисной обуви.

Тимохин еще не успел завязать шнурки на своих туфлях, как Бондарев подхватил его под мышку и потащил к стоящим наготове автозаправщикам, давая на ходу свои наставления:

– Я поеду на одной машине. Вторую без моей команды к ледоколу не направлять. И вообще, не вступать ни в какие переговоры с террористами до моего возвращения. Разговаривать с ними буду только я. Все ясно?

– Так точно! – вновь блеснул знанием общевоинского устава начальник управления безопасности порта.

– Вот и отлично, – Бондарев отпустил руку Тимохина и, приоткрыв дверь, легко запрыгнул в кабину первого автозаправщика.

Сидящий за рулем водитель повернул к нему встревоженное лицо. Бондарев ободряюще улыбнулся ему и негромко сказал:

– Поехали.

Водитель сглотнул подступивший к горлу комок, запустил двигатель и медленно повел машину вперед. У него заметно дрожали руки. Такая реакция была хорошо известна Бондареву. Чтобы как-то приободрить и успокоить водителя, он вступил с ним в разговор:

– Волнуетесь? Правильно. Я тоже волнуюсь. И боюсь. Не боятся только дураки. Любому, кто окажется под прицелом, будет страшно. Бандитам, которые ледокол захватили, тоже страшно. Они ведь тоже понимают, что находятся под прицелом. Поэтому и автоматами ощетинились, и заложниками прикрылись – все оттого, что боятся.

– Что же вы их не уничтожите, если, как говорите, они у вас под прицелом? – с укором спросил водитель.

– Уничтожим. Обязательно уничтожим, – убежденно ответил Бондарев. – Вот только выясним, как освободить захваченных моряков, и тогда… Здесь помедленнее.

Полковник вынужденно свернул разговор. Машина, миновав ряды грузовых контейнеров, выехала на причал, у которого стоял захваченный террористами ледокол. Перед перегораживающим причал ограждением из колючей проволоки и за ним лежали трупы убитых солдат в военной форме. Одно из тел лежало в проеме выбитых въездных ворот. Объехать его было совершенно невозможно, и водитель, не в силах переехать колесами по трупу, резко затормозил.