Гордость спецназа - Александр Тамоников

– Разрешите, товарищ генерал?

– Входи, майор, входи!

Скориков поднялся с кресла командира бригады, из которого не один год проводил служебные совещания.

Крепко пожал Таранову руку.

– Присаживайся, куда захочешь, и давай, рассказывай, что ты там узнал о Палаче?

Майор присел за рабочий стол.

– История, Юрий Федотович, такова...

И Таранов в подробностях изложил суть своей короткой беседы с умирающим помощником кровавого полевого командира, числившегося в списках уничтоженных главарей незаконных бандитских формирований в Чечне.

Генерал выслушал майора внимательно, не перебивая. Только после того, как Таранов закончил доклад, Скориков поднялся со стула, прошелся по своему бывшему кабинету, заговорил:

– Из того, что стало известно нам на завершающем этапе акции по перехвату захваченного золота, следует, что операция похищения пятнадцати тонн драгоценного металла планировалась загодя, как минимум год назад. И те, кто планировал эту дерзкую акцию, все очень тщательно продумали. Они понимали, что гарантировать ее успех в непосредственной близости от дислокации бригады специального назначения Службы по борьбе с терроризмом невозможно. Спецназ в состоянии был бы разбить любую группировку, какую бы ни использовали преступники. И достаточно быстро, получив лишь сигнал о нападении. Подразделения бригады, обладая богатым боевым опытом разведывательно-диверсионной деятельности, не дали бы увести столь ценный груз! Они, я имею в виду заговорщиков, это очень хорошо понимали, поэтому бригаду надо было убрать!

Таранов переспросил:

– Убрать?

– Именно! – ответил генерал. – Вопрос, куда? Ответ напрашивается сам собой – в Чечню! Но там в то время – затишье, и целей для боевого применения крупных специальных сил практически нет! Тогда и рождается план по резкому обострению обстановки на Кавказе. Для этого нужны наемники. Их набирают за рубежом и перебрасывают в Чечню. Комплектуют сильный отряд, или, правильнее, мобильную, хорошо вооруженную и подготовленную банду. Она ждет своего часа! Управляемого отсюда лидера, который повел бы ее в бой! Такого лидера заговорщики находят в Мурзе Баркаеве, которого отслеживают и изучают еще в секретном СИЗО. Куда тот попал в составе преступной группировки, захваченной при подготовке в столице террористического акта. Кто мог отслеживать Баркаева, а позднее предложить на роль того самого лидера, о котором мы говорили? Я думал об этом, перебрал кучу кандидатур и остановился на одном должностном лице, имевшем прямой доступ к СИЗО, а следовательно, и к Баркаеву!

Таранов, спросив разрешения, закурил.

Его все больше заинтересовывал расклад бывшего комбрига.

Майор спросил:

– И что это за должностное лицо?

– Покойный ныне, но хорошо известный тебе генерал Кедров!

– Кедров?

– Да! Кедров Юрий Сергеевич! Он, в то время полковник ФСБ, руководил следствием по делу той террористической группировки. Кстати, на документах, которые позволили вывезти из секретного СИЗО Баркаева с группой преступников, исчезнувших впоследствии, стояла подпись Кедрова и печать его отдела. Правда, как потом оказалось, они были подделаны, но подделаны-то с оригиналов! А кто, кроме самого Кедрова, мог передать их тем людям, слепившим очень точные копии? До того схожие с оригиналом, что следствию только при повторной экспертизе удалось определить подделку.

Таранов спросил:

– Ну, товарищ генерал, оригиналы, и подписи, и печати мог вынести любой подчиненный полковника!

– Я тоже так думал, но, оказалось, Кедров был очень пунктуальным и принципиальным человеком, печать свою он никогда никому не доверял, даже уходя в отпуск, забирал с собой. В его отсутствие применялся другой оттиск!

Майор продолжал:

– Извините, Юрий Федотович, что перебиваю вас, но где могли быть изготовлены подделки столь высокого качества? Ведь для этого, насколько я понимаю в этом деле, требуется специальная аппаратура?

Скориков согласился:

– Ты прав, Евгений, для этого нужна очень высокоточная аппаратура. Но ответ на этот вопрос нам еще предстоит получить. А пока я продолжу мысль.

Генерал тоже закурил.

– Так вот, майор, лидера заговорщики определили, и... рождается Палач! Он перебрасывается в Чечню и начинает «работать». И, заметь, начинает не с нападения на федеральные войска, не с организаций террористических актов, направленных на власть Москвы. Он начинает с уничтожения бывших авторитетных полевых командиров, которые искренне ли, или затаив какие-то тайные замыслы на будущее, но прекращают активное сопротивление и распускают свои отряды. Палач публично казнит их, и не только их, но и всех мужчин семей этих командиров, включая детей! Чего он добивается этим? Он показывает, что пришел тот, кто не позволит захватить Чечню русским, что еще есть силы, способные вести войну, и он – именно тот, под чьи знамена должны встать истинные приверженцы ислама! Он силой заставляет бывших боевиков вновь браться за оружие и везде, где появляется, создает отряды, бросая их на верную смерть во имя Аллаха! Палач слов на ветер не бросает! И он действует не хаотично, как должен был бы действовать человек, не имеющий специального военного образования. Он «работает» по плану! Хорошо продуманному и просчитанному плану! Это говорит о том, что Палачом умело руководят! А он лишь беспрекословно и, надо признать, безупречно выполняет приказы сверху. И вся эта публичная резня пленных солдат, массовые убийства мирных граждан, жестокость в обращении с подчиненными – это все исполнение той роли, которую Палачу отвели некие начальники в Москве!