Поваляем дурака, Америка? - Максим Шахов

В какой-то момент Логинов увидел впереди отблески. Он напрягся, и тут же откинувшая голову на борт Пилар приподнялась.

– Что? – спросила она шепотом, подхватывая «беретту».

– Костер, кажется! – ответил Виктор, хватаясь за весла. – Я думал, ты спишь…

Пилар не ответила, разворачиваясь и снимая винтовку с предохранителя. Отблески костра виднелись на левом берегу. Логинов направил лодку к правому, и они начали осторожно спускаться по течению под прикрытием нависавших над водой кустов. Вскоре до их слуха стали доноситься ритмичные стуки.

Пилар держала винтовку наготове. Виктор беззвучно работал веслами. Огонь становился все ближе. Пилар молча сняла с шеи Логинова бинокль. Несколько секунд она вглядывалась вперед, потом вдруг прыснула.

– Что? – спросил Виктор.

Пилар протянула бинокль ему и сказала:

– Сам посмотри…

Логинов оставил весла и приложил бинокль к глазам. Он ожидал увидеть что угодно, но только не такое. На возвышении левого берега горел костер. Возле него, скрестив голые ноги и держа между ними барабан, сидел индеец со сморщенным лицом цвета гнилого яблока. Лет ему можно было дать и сто, и двести, и триста пятьдесят. Глаза индейца были закрыты, на шее покачивался какой-то белый медальон, руки словно сами по себе отбивали ритм, которому было тысяча, а может, и больше лет.

Внизу, между возвышением и рекой, под этот завораживающий ритм извивались блестящие тела. Они были чем-то густо натерты и влажно поблескивали. Одежды на телах практически не было, зато украшения присутствовали в больших количествах. На шеях женщин были красочные венки, на запястьях и щиколотках поблескивали бусы. Не стеклянные, а экологически чистые, из натуральных материалов. Мужчины танцевали в круге, образованном женщинами. Их головы украшали замысловатые прически, тела были в изобилии увешаны побрякушками.

Мужчины изображали в танце различных животных. Женщины оценивали исполнение, после чего подходили к понравившемуся танцору и телодвижениями увлекали за собой в темноту. Что происходило там, можно было догадаться. Да и частично рассмотреть тоже…

– Что это?.. – спросил Логинов, отнимая от глаз бинокль.

– Праздник возрождения, – передернула плечиком Пилар, а ее глаза блеснули. – Засушливый сезон позади. Начинается сезон дождей. И каждая женщина выбирает себе мужчину, чтобы дать начало новой жизни…

– Понятно, – кивнул Виктор, снова берясь за весла.

– Выводи лодку на середину, – сказала Пилар.

– Что?

– Они ничего не замечают, – улыбнулась она. – Кроме своих мужчин. И своих женщин.

Логинов посмотрел на Пилар и направил лодку на середину реки. Ритм действовал гипнотически, так что Виктор поневоле прикипел взглядом к приблизившемуся левому берегу. Тысячелетняя магия обряда действовала и на него. Это было глупо, но Логинову вдруг нестерпимо захотелось сбросить с себя одежду и изобразить в круге русского медведя. Для Пилар…

– Иди ко мне! – вдруг услышал он.

– Что?.. – хрипло спросил Виктор, переводя взгляд на Пилар.

– Брось эти дурацкие весла, – сказала она, подаваясь к нему и притягивая к себе.

– Я… я не могу… – пробормотал он.

– Что ты не можешь? – спросила Пилар и легонько укусила его за мочку уха.

Логинову показалось, что его тюкнуло электрическим током. В тысячу двадцать четыре вольта. Ритм барабана и шок от этого удара почти лишили его возможности к сопротивлению. Однако он все же попытался отстраниться:

– Пилар… Я… я…

Он хотел сказать, что, во-первых, он советник по безопасности «Газпрома», а она инспектор Фонда защиты дикой природы ЮНЕСКО, поэтому у них не может быть никакого общего будущего. Во-вторых, совсем рядом с ними лежит в лодке труп Игнатовича, так что заниматься чем-то таким просто кощунственно. А в-третьих, они в любой момент могут нарваться на вооруженных до зубов агентов ЦРУ…

– Жизнь продолжается, Виктор! – прошептала Пилар, и все эти умные и правильные доводы вдруг показались ему немного несвоевременными.

На берегу мелькнул костер, река почему-то перевернулась, и Логинов с трудом сообразил, что они с Пилар, кажется, опрокинулись на дно лодки…