Наезд по понятиям - Владимир Колычев

– Это Джин хотел вас убить… – сказала она. – Надо было мне раньше все рассказать…

– Почему же не рассказала?

– Не знаю… А сегодня как почувствовала, что с вами должно было случиться. Я так переживала…

– За кого? За меня?.. Или за Леву? – Игнат и сам не понял, зачем он спросил про Леву. Что это, отголоски ревности?

– Нет, про Леву я не думала… – сказала Оксана.

И застенчиво опустила глаза. Как будто в любви призналась… Игнат разволновался. Приятно было осознавать, что эта милая девушка переживает за него, более чем приятно…

– Я же не знаю Леву. А вас знаю… Вы совсем не такой, как я про вас думала…

– А как ты про меня думала?

– Ну, я думала, что вы бандит. Что вы такой же страшный и коварный, как Джин… А вы, Игнат, совсем не такой… Вы мне нравитесь… Нет, не в том смысле… Просто нравитесь…

Было видно, что Оксана очень смущена. И не находит себе места. Была б ее воля, она бы выбежала из комнаты. Но Игнат не собирался ее отпускать.

Он ясно осознавал, что Оксана ему нравится. Ему хорошо было с ней, тепло и уютно. И это при тех ледяных сквозняках, которые гуляли у него на душе… Коврига, Джин – и тот, и другой хотят его убить. Не так уж приятно осознавать, что на тебя открыта охота.

– Расскажи мне, как все было с самого начала, – скорее попросил, чем потребовал он. – Как Джин узнал про вас с Темой, с чего все началось?

Оксана не стала ничего скрывать. Рассказала, при каких обстоятельствах со своим парнем познакомилась с Джином, как они потом попали в капкан, как она оказалась у бандитов в плену… Это была классическая разводка. Видно, голова у Джина не деревянная, если он смог провернуть такое дело. Только вот Ксюша подставила ему подножку. Она смогла сбежать и предупредить своего Тему. А потом братва настигла их в лесу. Парень занимался стендовой стрельбой и смог уложить преследователей. Но и сам отбросил коньки. А Оксану взял в оборот припухший следак. Но, в конце концов, справедливость восторжествовала… Хотя какое тут торжество? Тема погиб, ребенок умер…

– Так кто, говоришь, ударил тебя по животу? – спросил Игнат.

– Да дура одна. Кличка у нее дурацкая. Леди-Ястреб. Кобла натуральная…

– Оп ля! Теперь я вижу, что ты хлебнула баланды! – улыбнулся он.

Коблой на тюремном жаргоне называлась активная лесбиянка с мужскими манерами. Оксана вкрутила это словечко в свою речь легко и непринужденно… Но в целом она оставалась той самой милой девушкой, которой знал ее Игнат. Если ее душа и зачерствела после тюремной психушки, то лишь слегка, поверхностно…

– И ударила она тебя перед самым освобождением, так? – для уточнения спросил Игнат.

– Да.

– А ударила нарочно?

– Я точно не знаю, но скорее всего да.

– Она же могла тебя убить.

– Могла…

– Поэтому и ударила, что могла убить… А тебе не кажется, что здесь без Джина не обошлось? Что, если за этой психопаткой Джин стоял? Ты об этом не думала?

– Как-то не приходило в голову… – забеспокоилась Оксана. – Вы хотите сказать, что Джин хочет моей смерти?

– А разве нет?.. Но ты не волнуйся. Во-первых, его тайна уже перестала быть тайной. А во-вторых, ты находишься под моей защитой. А это железно, можешь даже не сомневаться.

– Я вам верю, – сказала она и снова потупила взгляд.

– Все будет нормально. Дом охраняется, так что живи спокойно. И ухаживай… – Игнат бросил взгляд на спящего Леву. – И ухаживай за моим Антошкой…

А за Левой пусть ухаживает кто-нибудь другой.