Признание моджахеда - Александр Тамоников

Офицеры неожиданно почувствовали несильный удар.

— Сели, что ли? — воскликнул Тимохин. И посмотрел в иллюминатор. — Ну, точно! Земля. «УАЗ» в стороне, рядом двое духов, по твою, наверное, Крым, душу.

Из кабины пилотов вышел молодой узбек:

— Первая промежуточная посадка. Взлет через три минуты.

Он открыл дверку салона, опустил трап, отошел в сторону.

Крымов, взяв чемодан, поднялся, посмотрел на офицеров боевых групп:

— Удачи, ребята, и до встречи!

Ему ответили вразнобой:

— До встречи, полковник! Увидимся! Пока!

Крымов сошел на землю. Пилот убрал трап, закрыл дверку, вернулся в кабину. Вскоре вертолет вновь поднялся в воздух.

Соловьев окликнул своих подчиненных:

— Дрозденко, Каменев, приготовились, следующий выход наш.

Диверсионная группа спецназа «Мираж» высадилась на опушке лесного массива строго по графику в 3:40 местного времени. А в 4:00 борт «Ми-8» покинули и Тимохин с Гариным и Шепелем. Вертолет ушел на север. Шепель проговорил, провожая взглядом транспортную «вертушку»:

— А ведь шум работы двигателя вертолета наверняка был слышен и в ущелье, и в кишлаке Анденат!

Александр успокоил подчиненного:

— Не беспокойся. Это не вызовет подозрений у Исмаил-Хана.

— Почему? — спросил Гарин. — Здесь часто летают вертолеты?

— Часто, Витя, за последние два дня. Феофанов договорился с посольством, посол с властями в Кабуле, чтобы был организован хотя бы воздушный поиск пропавших журналистов. Афганцы пошли навстречу, и последние два дня здесь по нескольку раз в день барражировали их вертолеты. Понятно, что сегодня поиск прекратится. Но меньше болтаем, больше делаем. Сейчас начнет светать, и нам необходимо до рассвета скрыться в «зеленке», до которой где-то километра три хода. Так что вперед, мужики. В лесу сделаем привал, там я и доведу до вас задачу, что нам предстоит здесь решить. За мной, бегом, марш!

Трое офицеров, вытянувшись в колонну, побежали к лесному массиву.

* * *

Как только вертолет скрылся за лесом, к Крымову подошли двое афганцев. Один из них представился:

— Али! Вы Петров?

— Да, я представитель российского МИД, Петров.

Крымов имел документы на Вадима Петровича Петрова.

— Ну а я помощник саиба Абдула. Прошу в машину.

Полковник спросил:

— Надеюсь, нас не ждут впереди вездесущие люди Исмаил-Хана?

— Нет! — заверил Али. — На протяжении всего пути в Баррияр мы выставили посты.

— Это хорошо! Почему же не сделали подобного при встрече съемочной группы?

Помощник полевого командира развел руки:

— Кто же знал, что шакал Исмаил-Хан решится на такую подлость?

— Вы говорите так, словно впервые слышите о нем.

— Я принимаю ваши упреки. Они справедливы. Но что произошло, то произошло, время вспять не повернуть.

Крымов согласился:

— Это точно! Ну что ж, едем в Баррияр!

Он сел на заднее сиденье «УАЗа», и армейский внедорожник поехал к мосту через реку в объезд горной гряды, с которой начинался перевал Малый Саят.

Кишлак Баррияр представлял собой типичное афганское селение. Посредине — небольшая мечеть с минаретом, вокруг нее дома из камня, между ними улочки, веером разбегающиеся к окраинам населенного пункта, где к ним лепились глиняные мазанки. Небольшой кишлак, немного жителей. Баррияр совершенно не производил впечатления селения, где мог размещаться боевой отряд.

«УАЗ» подъехал к дому, стоявшему недалеко от мечети. Ворота распахнулись, и внедорожник въехал на территорию мощенного камнем двора. Крымова встретил мужчина лет шестидесяти. Годы войны, а возможно, и болезнь сделали его стариком. Но он еще держался.

Мужчина пожал руку Крымову:

— Здравствуйте, господин Петров! Рад встретить вас на нашей многострадальной земле. Вам раньше приходилось бывать в Афганистане?

— Приходилось, — ответил Крымов.

— Вы меньше всего похожи на дипломата. Больше на офицера регулярной армии.

— И тем не менее я сотрудник Министерства иностранных дел России. Вот мои документы.

Афганец не стал смотреть паспорт и удостоверение Крымова:

— Зачем? Я верю вам. Предлагаю для начала принять душ, затем позавтракать и отдохнуть с дороги. Время еще раннее. Оно не для разговоров. Оно для отдыха.

Крымов кивнул:

— Вы правы. Мы так и сделаем. Только прошу выделить мне комнату, где я спокойно и без свидетелей мог бы осуществлять связь со своим начальством.

— Конечно! Я предупрежден об условиях вашего нахождения здесь.

— Ну тогда показывайте, куда пройти!

— Следуйте за мной, господин Петров!

Хозяин дома прошел в здание, Крымов последовал за ним и вскоре оказался в небольшой, уютной, с кондиционером комнате. Поставил чемодан.

— Душ во дворе, — сказал Абдул. — Завтрак вам доставят сюда. Вместе с постелью. Как проснетесь, приступим к работе.

— Да, господин Асадани. Спасибо.

* * *

Группа Тимохина, войдя в «зеленку» и выбрав небольшую полянку, устроила привал. Александр разрешил подчиненным перекурить. После чего приказал достать из планшетов карты района.

Гарин с Шепелем подчинились.

Работая со своей картой, Тимохин начал ставить задачу на ближайшее время:

— Где находимся, сориентировались?

Офицеры ответили:

— Сориентировались.

Тимохин продолжил:

— Отдохнув, идем строго на юг. Упираемся в невысокий с этой стороны склон перевала Большой Саят. Поднимаемся на хребет с выходом на вершину скалы, под которой находится крепость Хандар. Выходим на вершину осторожно, так как с другого перевала, Малый Саят, за скалой могут следить духи поста № 2.

Тактическая обстановка была заранее нанесена на карты офицеров в штабе Главного управления.

— Сосредотачиваемся за первым попавшимся валуном или грядой, что там подвернется. Устраиваем второй и последний привал. Затем я поставлю задачу на дальнейшие действия. Вопросы?

Ответил майор Гарин:

— Какие сейчас могут быть вопросы?

— Ну и лады. На отдых пять минут.

Шепель прилег на траву:

— Ранним утром в горах лафа. Прохладно. Если не лебедки, то вообще все было бы пучком.

Тимохин сказал:

— Устал, давай понесу лебедку я!