По закону войны - Александр Тамоников

Майор приказал:

– Спускай лифт, закрепляй девушку, да проинструктируй ее, чтобы не боялась и не дергалась при подъеме. Объсни, что трос раскачивать нельзя, иначе подъемный механизм может выйти из зацепления, тогда кранты! И вообще, покажи ей, как управлять лифтом при ручном подъеме, даже если будешь производить его в режиме сматывания. За ней поднимайся сам. А я подожду либо появления бандитов, либо прибытия десантников. Уж кто-то из них объявится обязательно. Желательнее второе! Ну ладно, работай! Конец связи!

Рудаков оперся о скалу, внимательно вглядываясь в дым, рассеивающейся стеной ползущий по ущелью мимо скалы и места, где производилась эвакуация. Пока все было спокойно.

До 19.00.

Пока вдали, севернее, не заработали пушки БМД и автоматные очереди с разрывами гранат не вспороли обманчивую тишину ущелья.

Нет, не ушли боевики. Стало ясно, что десант вступил в бой с засадой!

Судя по хлестким выстрелам автоматических пушек, боевые машины не были повреждены, следовательно, от гранатометной ловушки взвод сумел увернуться. А это было главное для десантников и для Рудакова тоже!

Взводный, Сергей Бородин, хоть и был молод – год, как из военного училища, – но опыта в Чечне набрался достаточно, практически половину своей только начавшейся офицерской службы на Кавказе провел в постоянных боевых выходах. Поэтому он действовал, как уже вполне сформировавшийся профессионал.

Остановив и укрыв технику, он, получив предупреждение от командира группы спецназа о возможной засаде, выслал вперед разведку.

Сержант Гордиенко развернул свое отделение в цепь, которая короткими перебежками двинулась прямо на позиции засады боевиков.

Камаль проклинал хитрого русского офицера. Почему тот поступал так, как не должен был поступать! Или им кто-то руководил? Но кто и откуда? Кто-то из офицеров спецназа, оставшихся на хребте и следовавших за преследованием?

Но они не могли пройти по хребту от Ленжи до места засады, физически не могли, ландшафт гор не позволил бы сделать это.

Так почему остановился десант?

Пропустить мимо вражескую разведку у Камаля не было никакой возможности, ибо та шла цепью, от склона к склону.

Что же делать?

Вступать в бой?

Но это бессмысленно! Взвод, обнаружив засаду из пяти человек, раздавит ее, как клопа. Отступить? Тоже невозможно! Бежать? Как и куда? Под стволы пушек и пулеметов боевых машин гяуров?

Камаль был дезорганизован, а его подчиненные ждали приказа, который так и не последовал от их командира.

Разведка обнаружила позиции боевиков, расположенные с двух сторон дороги, о чем поступил немедленный доклад взводному.

Лейтенант попросил уточнить координаты целей. Получив нужную информацию, передал ее операторам боевых машин.

Те из трех пушек ударили по позициям бандитов, круша их укрепления.

Одновременно в атаку бросилось отделение Гордиенко.

Пушки прекратили огонь, как только в секторе их обстрела появились свои наступающие силы.

Бойцы отделения разведки, сблизившись с оставшимися в живых после обстрела БМД наемниками, забросали их позиции гранатами, добив бандитов из автоматов.

Командир взвода вызвал Рудакова:

– Ландыш! Я Пантера, в квадрате… обнаружена и уничтожена засада боевиков. Потерь ни в живой силе, ни в технике не имею! Продолжаю выполнение поставленной задачи.

– Молодец, Пантера! Ты кто по званию, взводный?

– Лейтенант.

– Далеко пойдешь, лейтенант! Это я тебе как профессионал профессионалу говорю!

– Считаю ваши слова благодарностью всему личному составу взвода! До встречи в квадрате 16-14а. Конец связи.

– Конец, Пантера, жду вас.

Рудаков окинул взглядом ущелье, которое уже хорошо просматривалось сквозь пелену рассеявшегося дыма. Подумал – теперь Наджиб, узнав, что его замысел с засадой потерпел крах, попытается слинять из ущелья. Против десантного взвода ему с ошметками банды, кроме пули, ловить нечего! Сейчас нужно, проводив наверх певицу с Зубовым и встретив десантников, направить их на зачистку ущелья. Не уйти Наджибу и его головорезам из ущелья Дракона. Теперь не уйти!

Майор вышел из-за скалы.

Зубов резко обернулся на его появление, подняв автомат.

– Спокойно, Гена! Свои! Как наша певица?

Он подошел к девушке, присел перед ней на корточки. Та сидела, будучи не в состоянии встать – опухла нога. Нет, не вывихнула Тоня ногу, – сразу определил Рудаков, – связки порвала, что, впрочем, тоже не страшно. Спросил:

– Ну что, девочка, готова подняться на перевал?

Но Тоня, или Лида Гаврилова, не ответила, задав встречный вопрос:

– Это вы все время вели бой с боевиками, прикрывая нас?

Майор улыбнулся:

– А разве это так важно?

– Да, для меня важно.

– Всех заложников прикрывала группа особого назначения «Снежный Барс» отряда спецназа «Кавказ», весь личный состав, ясно?

– Но последним шли вы?

Рудаков вздохнул:

– Я и твой помощник, что сейчас рядом.

– Спасибо вам, майор! Я вас никогда не забуду!

– Зачем же, Лида, ставить меня в неловкое положение? Я и мои подчиненные выполняли свою работу. Кому-то петь, кому-то водить поезда, кому-то торговать на рынке, а кому-то воевать, спасать людей! Все просто, девочка.

Майор поднялся, приказав Зубову:

– Продолжай подготовку к подъему!

– Все уже готово, командир!

– Да? Ну что, Лида, в путь? Закрой глаза и ни о чем не думай. Лебедка тебя быстро поднимет наверх.

– Мы еще встретимся? – спросила певица.

Рудаков взглянул на молодую женщину, но ответить на ее вопрос не успел.

Сзади раздалась автоматная очередь, затем вторая, третья.

Майор резко обернулся, готовый открыть ответный огонь, но следующая прицельная очередь выбила из его рук оружие.

Перед офицером стоял высокий и совершенно лысый человек в камуфлированной форме. Сбоку с простреленными ногами упал старший лейтенант Зубов, рядом с ним Тоня – трос, начавший подъем, был срезан пулями врага.

Рудаков сделал шаг вправо.

Его остановил человек в камуфляже.

Он направил в лицо Бориса ствол «АК-74». А позади него, но в мертвой для офицеров с вершины зоне, на камнях расположилось несколько боевиков. Их оружие также было направлено на Рудакова и Зубова с певицей.