Разрешение на штурм - Сергей Москвин

Егоров бросил быстрый взгляд на стоящую на рабочем столе фотографию полного мужчины в белом медицинском халате (муж Тамары Георгиевны Рубен Тевзадзе был известным на всю Москву детским хирургом-ортопедом, попасть к нему на операцию считалось большой удачей) и заговорщически подмигнул женщине.

– А мы ему не скажем.

Тамара покачала головой:

– Ай-яй-яй, Андрей. На что Вы меня толкаете.

Она отложила в сторону конфеты и уже серьезным голосом спросила:

– Ну, что у Вас на этот раз? Опять нужно заключение по пленке?

– В точку, Тамара Георгиевна. Только по видеопленке, – Егоров вынул из принесенного с собой пакета полученную от милицейского постового видеокассету.

Женщина изумленно вскинула брови.

– Но анализ видеоизображения – не моя область.

– Вот и посоветуйте мне хорошего эксперта, – улыбнулся в ответ Егоров.

Тамара Георгиевна на секунду задумалась, потом поднялась из-за стола.

– Идемте, Андрей.

Она провела Егорова в соседнюю лабораторию и представила его сидящему за видеомониторами молодому парню в круглых смешных очках.

– Знакомьтесь, Паша. Егоров Андрей Геннадьевич. А это...

Тамара Георгиевна повернулась к Егорову, собираясь представить своего коллегу, но парень опередил ее.

– Лейтенант Дмитриев, – скороговоркой произнес он, вскочив со стула.

– Вольно, лейтенант, – улыбнулся Егоров.

– Паша, у Андрея Геннадьевича к Вам просьба, – обратилась к коллеге Тамара Тевзадзе. – Нужно просмотреть одну пленку.

– И сравнить снятого там человека вот с этой фотографией, – добавил Егоров и протянул эксперту вместе с видеокассетой фотоснимок неизвестного, снятого сотрудниками службы наружного наблюдения у ресторана «Версаль».

– Ясно, – Павел вставил кассету в видеомагнитофон и, включив воспроизведение, поинтересовался. – Так, кто Вас интересует?

– Бомж возле мусорных баков.

– Бомж? – удивилась Тамара, взглянув на экран.

Она взяла в руки принесенную Егоровым фотографию, снова взглянула на экран и, отрицательно покачав головой, заметила:

– По-моему, у бродяги с этим мужчиной ничего общего.

Но эксперт не был столь категоричен. Он несколько раз просмотрел расправу бомжа с культуристом. Потом сканировал полученный от Егорова фотоснимок и вывел изображение на экран компьютера. Спустя несколько секунд рядом с ним на экране появилось и изображение бомжа в нахлобученном на голову капюшоне. Эксперт увеличил изображения, выделив крупным планом лица обоих мужчин, и, склонившись над клавиатурой, быстро защелкал пальцами по клавишам. Егоров напряженно наблюдал за ним. Запустив программу корреляции изображений, Павел удовлетворенно откинулся на спинку стула.

– Сейчас узнаем.

Оба выведенных на экран статических изображения покрылись линиями, напоминающими координатную сетку. После чего одни и те же расчерченные участки лиц начали синхронно перемигиваться. Внизу экрана побежали какие-то цифры, но Егоров не знал, что они обозначают.

Следя за работой своего компьютера, Павел схватил со стола карандаш, повертев в руках, а затем вставил незаточенным концом в рот. Егоров понял, что он тоже волнуется.

Наконец программа закончила свою работу. При этом почти все квадратики покрывающей лица цветной мозаики высветились более ярким цветом. Эксперт выдернул изо рта карандаш и с торжествующим видом обернулся к Егорову.

– Практически полное совпадение по всем фрагментам! – он ткнул карандашом в экран. – Это один и тот же человек!

– Не может быть, – Тамара Тевзадзе изумленно покачала головой.

– Компьютер не обманешь, Тамара Георгиевна! – Павел победно взглянул на нее, потом перевел взгляд на Егорова, ожидая от него похвалы и одобрения.

Но Егоров лишь, прищурив глаза, с каменным лицом пристально смотрел на экран. Понять, о чем он в этот момент думает, было совершенно невозможно.