Судья и палач - Владимир Колычев

— Фу, блин, интеллигенция хренова, — презрительно скривился второй.

— Ниччо, и шампунь попрет, — сказал третий, в милицейской форме.

Они выпили первую бутылку, когда в дверь позвонили. Один мордоворот сорвался с места и пулей метнулся в прихожую.

Скоро в комнату вошел вальяжный мужчина в элегантном костюме-тройке при галстуке. Внешний лоск доведен чуть ли не до идеала. Но это не интеллигент. Это совсем другая порода. Сильная. Властная. Уголовная.

— Иван Геннадьевич, все путем, — заискивал перед ним мордоворот.

По имени-отчеству зовет. Крупно уважает его, не иначе.

— Этот? — Гость небрежно ткнул в Германа дорогой тростью с набалдашником из слоновой кости.

— Ага, этот, которого пацаны наши срисовали… Вот, — мордоворот протянул ему «глок». — Тот самый…

О чем он говорит? Какие пацаны? Как это, срисовали? Что значит тот самый?..

— Ну что ж, будем говорить…

Второй мордоворот угодливо подставил кресло под высочайший зад Ивана Геннадьевича. Тот сел, удобно устроился в нем. Повертел пистолет в руках, дослал патрон в патронник. Направил ствол на Германа. И сделал знак своим людям, чтобы те исчезли из комнаты. Мордовороты испарились. Только сначала сняли пластырь со рта пленника.

— Ну что, давай, фуцин, колись?

— Я не понимаю, о чем вы…

Герман боялся, что разговор пойдет о деньгах, которые они добыли преступным путем.

— Зачем убил Славца? Кто его тебе заказал?

Но разговор пошел о другом его преступлении. О деньгах пока ни слова.

— Какого Славца? — Герман сделал изумленный вид.

Разумеется, он знал, про какого Славца речь. Но ситуация требовала играть на дурака.

— Никитин Вячеслав Михайлович… Ты убил Славца в его же квартире…

— Это какое-то заблуждение…

— Не утомляй меня, поц, не буди лиха, — покачал головой гость. И стрельнул злым взглядом в Германа.

Хорошо, пока только взглядом. Как бы пистолет в ход не пустил.

Еще немного, и он заведется на все обороты. Его застрелят. Или будут бить. Больно бить. Ногами в живот. Герман аж поежился.

— Славца застрелили из пистолета «глок», — продолжал Иван Геннадьевич, демонстративно наставляя на него ствол. — Мне известны результаты баллистической экспертизы… Дальше, твою рожу, хмырь, видели мои люди, когда ты выходил из квартиры Славца.

Герман вспомнил двух мужчин. Один в кожанке, другой в милицейской форме. И этот, который взял его на прицел сегодня, был в такой же форме. У них что, целая индустрия ряженых ментов?

— И эту сучку видели тоже, — гость направил пистолет в сторону Аллы. — Ее можно пристрелить? И гнусно так ухмыльнулся.

— Нет! — дернулся Герман.

— Тогда колись!

— А вы что, из милиции? — не зная зачем, спросил он.

— Нет, — покривился гость. — Но могу подкинуть ментам подарок. Вот этот пистолет. И твою хреновую башку в сушеном виде… Ну так что, будешь говорить?

— Да, это я убил Славца…

— Кто заказал?

— Простите, я не понял. — Он в самом деле ничего не понял. — Как это, заказал?

— Ты что, дебил, в натуре? — окрысился Иван Геннадьевич.

— Но я в самом деле не понимаю. Да, я убил Славца. Но только из-за того, что он обидел мою жену.

Про ограбление Герман решил умолчать.

— Этот подлец обманом затащил мою жену к себе в квартиру. Он пытался изнасиловать ее…

— Ага, и забыл при этом закрыть дверь. И клофелин он себе в бокал сам подмешал… Не лепи горбатого, червь! Я через ментовскую кухню все пробил, в курсе всех твоих дел…

— Так милиция меня ищет? — сжался Герман.

— Ищет. Но вычислить не может. А я вычислил. И достал… На кого ты работаешь, кто приказал Славца убить. Я должен это знать…

— Да ни на кого я не работаю. Только на себя. Да, мы с женой хотели ограбить Славца. Но осечка вышла. Он проснулся в самый неподходящий момент. Пришлось его убить…

— И контрольный выстрел в голову? И пистолет «глок», который лоху не достать… Ты мне ваньку не валяй. Ты киллер, а не лох. Говори, кто Славца заказал?

— Но я, честно, сам по себе… Слово даю!

Гость позвал своих мордоворотов. И показал на Германа. В то же мгновение страшный удар сотряс его голову.

Его избивали на глазах у Аллы. Это было унизительно. Он хотел умереть, лишь бы только этот кошмар закончился. Но убивать его не торопились. Даже сознание не выбивали.

Наконец его оставили в покое.

— Ну что, будешь говорить? — спросил Иван Геннадьевич.

— Да я ничего не знаю. Чем угодно клянусь!

Его схватили, расковали, потащили в ванную. Сунули головой в воду. Вытащили в самый последний момент. Еще бы немного, и Герман захлебнулся.

— Ну что, говорить будем? — снова спросили его.

— Ну не знаю я…

Его снова сунули головой в воду. И снова ничего не смогли от него добиться.

— Иван Геннадьевич, а если это и в самом деле лох? — спросил мордоворот. — Может, по бытовухе Славца замочил…

— Тащите его в комнату, — послышался тихий властный голос.

Его увели из ванной. Краем глаза Герман успел заметить, что чемодан под ванной не тронут. Это его немного успокоило. Похоже, деньги он сможет сохранить. А вот сохранит ли жизнь?

— Значит, ты уверяешь, что Славца тебе никто не заказывал? — допрос продолжился.

— Нет, я его из-за жены убил…

— Стрелять где учился?

— У меня КМС по стрельбе. Из «марголина»…

— Ствол где взял?

— Одного товарища спать уложили, квартиру обыскали. Деньги нашли и пистолет…

— Значит, говоришь, что дядя ты рисковый… — Гость крепко задумался. Потом спросил: — Жить хочешь?

— Да, — закивал Герман.

— Тогда поработаешь на меня…

— Как?

— А вот так… Уведите ее, — он показал на Аллу. — И сами слиняйте.

Ее отцепили от батареи и повели в соседнюю комнату.

— Только попробуйте тронуть, — жестко добавил Иван Геннадьевич.

Об Алле заботу проявил. Но Герману от этого не стало легче.

— Короче, работа такая. Человека одного нужно убрать…

Герман понял, о чем речь. И ему стало жарко.

— А если я откажусь?

— Тогда ты умрешь. А жену твою на толпу бросим, до потери пульса ее драть будут. Такая перспектива тебя устраивает?