Террорист в погонах - Сергей Зверев

Между складами, сложенными из отесанного камня, добытого из местных гор, в две шеренги стояло человек шестнадцать рабочих-хлопководов. Карманы их штанов и курток были вывернуты наизнанку. Вдоль шеренг прохаживался Коробанов и собирал зеленые бумажки – доллары. Хлопководы их сами отдавали. А как было иначе? Перед складами стояли с раскрытыми дверцами два черных джипа «Чероки», из которых торчали стволы автоматов Калашникова. А оружие хлопководов было конфисковано и валялось, словно охапка дров, в багажниках этих самых джипов.

Все дело в том, что когда Терентий Коробанов окончательно пришел в себя, то увидел полный беспредел. Хлопководы, с которыми он имел дело, дерутся друг с другом, носятся по полям. Однако он не стал гоняться за ними, а достал из штанов телефон и позвонил:

– Але, Костян, это Тера, есть дело.

– Ну здорова, че такой озабоченный, – ответил ему хрипатый бас. – Случилось че?

– Узкоглазые кипиш подняли.

– Че, охренели? Стреляют?

– Не, по полям носятся. Одурели вконец. Прет их. Мои баксы, как бабочек ловят.

– Бляха, ничего не догоняю. Базарь нормально.

– Да здесь полная буза пошла. Короче, нужно, чтобы вы с брательниками подкатили, киргизам надо карманы вывернуть. А потом еще двоих отморов выловить. Они мою тачку угнали.

– Ну ни хера себе. И это на нашей точке.

– Да я тебе о чем. Что о нас потом думать будут? Что к нам можно вот просто подъехать, заграбастать точилу и свалить безнаказанно.

– Держись. Щас будем.

Примерно через час к хлопковому хозяйству подкатили два джипа «Чероки». Из них с автоматами наперевес выскочили восемь крепких мужиков славянской наружности. На руках наколки, на головах банданы и панамы. Выстрелами в сторону и в воздух они сгрудили рабочих-хлопководов, завели на территорию хозяйства, выстроили в шеренги, перед этим конфисковав все имеющиеся у тех оружие.

Терентий Коробанов пересчитал деньги.

– Блин, не хватает трех кусков. Разлетелись или утаили. А может, у тех уродов остались.

– Ну так че за уроды? – ковыряясь спичкой в зубах, спросил коренастый, жилистый мужик. У него были серые маленькие глаза с острым всевидящим взглядом, русые волосы, вытянутое лицо с тонким ровным носом и мускулистое тело.

Это был Костян, ему-то и звонил Коробанов. Задачей Кости Готьева, уроженца Бишкека, по кличке Коготь, было разруливать все непонятки, связанные с контрабандой хлопка из Узбекистана.

– Два чувака. Один оборванец какой-то, а другой типа десантник, хе-хе, – скривился в презрительной улыбочке Коробанов, – выскочили из «зилка». Ну застали врасплох. Герои гребаные. Сами на ногах едва стоят, шатаются.

– Че, бухие были?

– В натуре, обдолбались или после перепоя. Пушки наставили, охрана узкоглазая и обделалась. Ну а мне по башке рукояткой один затырок заехал. И вот, блин, тачку мою забрали.

– А че бабло в поле высыпали? – сказал похожий на Когтя парень, только поприземистее и более накачанный и, видать, попроще.

Это был брательник Когтя, Григорий, но его все знали по погремухе Коготь-младший, или просто Малой.

– Че-че… Себе отслюнявили, падлы. Видишь, не все на ветер пустили.

Мужики заржали…

А Коробанову было не до смеха:

– В робингудов, наверное, играют. А хрен их знает. Тачка у меня была новье. Мне еще кредит выплачивать.

– Да, непорядок, – согласился Коготь-старший.

– Говорили, ищи автомобиль в Бишкеке на проспекте Мира.

– Ха, нашли лоха, – встрял Коготь-младший.

– А где? И когда? Козлы. Может, из какой военной части здрыснули, теперь разбоем промышляют, – сокрушался Коробанов.

– Ладно, собирайся. Найдем этих, блин, беспредельщиков, – заверил Коготь-старший.

– Я сейчас, – Коробанов посмотрел на хмурых хлопководов.

– Быстро все машины из боксов загрузить и на станцию. Ты, Баглан, – знаешь, что делать. Поедешь первым. За простой высчитаю у всех до копейки.

Он обвел страшным взглядом хлопководов:

– Все ясно? Буду завтра, поговорим.

Коробанов направился к ближайшему джипу. Сел на заднее сиденье – ему едва хватило там места: сзади в машине находились здоровенные, гора мяса, мужики.

– Куда едем? – спросил Коготь.

– На заброшенную метеостанцию. Они туда ломанулись.

– Лады. Едем!

Взревели моторы, и два черных внедорожника, разгоняя во все стороны дорожную пыль, помчались к возвышающимся неподалеку горам.

Бригада, что крышевала контрабандный бизнес хлопка, быстро добралась до заросшего скудной травой плато, где стояли блоки заброшенной метеорологической станции.

Внедорожники одновременно, как в кадре приключенческого кинофильма, остановились. Из них высыпали вооруженные автоматами Калашникова девять мужиков и перебежками отправились к невзрачным строениям.

Ударом ноги они открывали двери блоков, врывались с выставленными вперед стволами автоматов в комнаты.

Никого не было.

– Кто же здесь ошивался? – проворчал Коробанов.

– Похоже, была временная стоянка чабанов, – сказал один из мужиков.

– А хлопководы говорили, что сюда летал вертолет.

– А че, мы тоже за свежей бараниной летали, – забасил Коготь. – Еще живой и блеющей.

– Ну все может быть, – согласился Коробанов.

Вдруг из соседнего блока раздался возглас Когтя-младшего:

– О, ни хера себе. Парни, идите сюда.

В комнате дальнего блока на полу лежал труп одноглазого киргиза с гвоздем-соткой в единственном глазу.

– Это те беспредельщики! Больше некому. Здесь народ мирный, – сказал Коробанов.

– А на хера им чабана убивать? – скривил губы Коготь-старший.

– Парни, вам не кажется, что кто-то шарил по корпусам и подбирал продукты, – сказал белобрысый мужик с горбатым носам и выпученными глазами.

– Ты точно подметил, Сова! – согласился Коробанов.

– Неужто за жрачку киргиза жизни лишили, – гнул свою линию Коготь-старший. – Ты же говоришь, что три куска баксов не досчитался.

– А че, баксы вместо капусты грызть будешь, – хмыкнул Коробанов. – Приехали за баранами. А баранов нет. Отару в горы и погнали. А этим надо продукты и валить как можно быстрее. И в город не сунешься с таким-то видоном. Этот киргиз заупрямился. Не хотел свой шашлык отдавать. Вот и нацепили его мозги на шампур.