Властелин неба - Сергей Зверев

При ней Пальмира достигла апогея своего благосостояния, которое, однако, продолжалось лишь короткое время. Император Аврелиан решился сломить непокорность гордой царицы Риму, и в 273 г. принудил Пальмиру сдаться; Зенобия стала пленницей, ее столица подверглась опустошению, а владения превратились в провинцию Римской империи.

Диоклетиан и затем Юстиниан пытались восстановить разрушенный город, но не могли возвратить ему прежний блеск. Наконец, будучи еще раз разрушен арабами в 744 году, он превратился в жалкое селение, в течение многих веков не обращавшее на себя внимания образованного миpa.

А сейчас развалины Пальмиры лежали среди каменистой пустыни — на плоском, выжженном солнцем желтом пространстве под ярко-синим небом высились остатки белокаменных колоннад, арок и храмов. И от этого зрелища трудно было оторвать глаза, особенно если видишь его первый раз в жизни…

«Лендровер» въехал вслед за бело-синим «Опелем» в некое подобие двора, вымощенного каменными плитами и частично огороженного полуразрушенной кирпичной стеной. Машина лже-полицейских остановилась, затормозил и Романчук.

— Подождите немного, — сказал бородач. — Я сейчас.

Второй лже-полицейский по-прежнему оставался в «Опеле», все также направляя ствол автомата в сторону джипа.

— Выйдем, разомнемся, — предложила Людмила Петрухе. — У тебя, небось, пятая точка опоры одеревенела.

— Ничего не одеревенела, — буркнул в ответ на такую вольность Романчук, не найдя что ответить девушке, которая чувствовала себя совершенно в своей тарелке даже под бдительным взглядом автоматчика из «Опеля».

Пертуха все же выбрался из машины, однако не отходил далеко, чтобы иметь возможность в любой момент вытащить из-под сиденья свой «Вереск».

Люда, напротив, стала бродить по двору, с интересом рассматривая развалины античных терм, которые ограничивали двор с противоположной от полуразрушенной кирпичной стены стороны.

А в это время из неприметной щели ее рассматривали в бинокли Абдалла и его заказчик, резидент ЦРУ Ричард Бэрроуфильд.

— Птичка залетела в клетку, — удовлетворенно отметил Бэрроуфильд. — Все идет, как и задумано. Ты знаешь, кто эта девушка, Абдалла?

— Я ее первый раз вижу, — с некоторым раздражением отозвался главарь террористов, который не любил, когда с ним говорили загадками.

— Это дочь русского генерала, руководителя проекта русского вертолета.

— Ну, тогда дело сделано, — воодушевился террорист. — За такого заложника генерал душу отдаст, любые деньги.

— Ты плохо знаешь русских. Можно получить не деньги, а страшную месть. Не надо действовать столь примитивно. Твои люди не могли сбить вертолет. А мне нужен он, а вовсе не деньги. Мы с тобой о чем договаривались? Пусть делают вид, что ищут воду. Иди, поговори с ними, успокой, а то ее спутник, по-моему, готов в любой момент открыть пальбу. Готов поручиться, что в джипе у него целый арсенал.

— Это ему не поможет, — самоуверенно заявил Абдалла. — Мои люди быстро сделают из него решето.

— Как знать, — задумчиво отозвался цэрэушник. — Мне они нужны живыми и здоровыми. Пока, во всяком случае. Иди, поприветствуй гостей.

Абдалла не стал перечить — уж очень большой гонорар был предложен американцем за вертолет, поэтому он беспрекословно повиновался резиденту американской разведки.

Поднявшись на поверхность, главарь террористов радушно приветствовал Людмилу:

— Добрый день, госпожа! Сам Аллах послал вас к нам. Мои люди вынуждены экономить каждый глоток питьевой воды, ее сюда привозят. А вы, говорят, умеете искать подземные реки в пустыне. Мы рады приветствовать вас, и готовы заплатить две тысячи долларов, если вы сумеете обеспечить нас водой.

— Думаю, что смогу отыскать для вас и ваших полицейских надежный источник воды, — уверенно ответила Людмила, посмотрев в глаза Абдалле. — Но только при одном условии.

— Мы готовы сделать все, что в наших силах! — с легким полупоклоном, приложив правую руку к сердцу, ответил тот.

— Условие одно. Не мешать.

— То есть?

— То есть не ходить за нами следом. И не препятствовать передвижению по всей территории бывшего города.

— Но здесь не очень безопасно…

— Мы с мужем не первый год ездим в экспедиции в самые разные пустыни мира. Змеи и скорпионы нам не страшны. Что касается людей — злоумышленников — то, насколько я понимаю, ваше присутствие здесь — лучшая гарантия их отсутствия.

— О да, конечно, госпожа! Вы совершенно правы! — заулыбался Абдалла, но мне вы могли бы хотя бы немного объяснить, каким образом вы будете искать воду?

— Хотите отобрать у нас кусок хлеба? Стать нашими конкурентами? — вполне серьезно поинтересовалась Людмила.

— Ну что вы, госпожа, ни в коем случае! Просто очень интересно, — даже немного смутился террорист.

— Вот эта рамка реагирует на присутствие воды под землей, — девушка продемонстрировала свой нехитрый прибор. — Новое всегда бывает хорошо забытым старым. Давным-давно люди по все земле успешно искали воду с помощью таких или почти таких рамок. Но с течением времени появились другие способы и методики поиска, а этот был незаслуженно забыт. Но мы с мужем сумели возродить его, и он доказывает свою высокую эффективность.

Рамка в руках Людмилы чуть повернулась.

— Тут есть вода? — недоверчиво спросил Абдалла.

— Тут есть вода, — строго сказала девушка. — Но один поворот еще ни о чем не говорит. Мы должны обследовать достаточно обширный район, чтобы точно указать место, где надо рыть колодец.

— Может быть, вам все-таки нужно какое-то содействие?

— Не мешать! — опять повторила Людмила строго. — Еда и вода у нас своя. Когда мы закончим, мы попросим землекопов. Все. Расчет по факту. Договорились?

— Договорились, — развел руками Абдалла. — Но если вам все же что-нибудь понадобится, мы всегда рады помочь.

— Хорошо. Мы будем иметь в виду. Let us goy, Honey![18]— адресовала Людмила последнюю фразу Петрухе.

Романчук, тоскливо оглянувшись на джип, под сиденьем которого лежал десантный автомат «Вереск», нехотя последовал приглашению. Проходя мимо Абдаллы, Петруха буркнул ему короткое приветствие по-английски, на которое тот ответил коротким поклоном. Скорее всего, для того, чтобы спрятать ироническую улыбку.

Раскланявшись с Петрухой, главарь террористов поспешил к себе в блиндаж, оборудованный под развалинами античных бань. А Людмила, заметив явное нежелание своего мнимого мужа удаляться от джипа, вручила ему рамку и велела стоять на месте, держа ее в руке. Сама же стала гулять по двору, мощенному мраморными плитами, время от времени оборачиваясь к старшему лейтенанту якобы для координации направлений рамок. Примерно так, как это делают геодезисты с теодолитами и мерными линейками. Вид у Петрухи был откровенно глуповатый.