Властелин неба - Сергей Зверев

Старые автомобили в Сирии — явление более привычное, чем новые. Туристам из развитых стран может показаться, что у здешних автомобилистов престижность автомобиля вырастает в зависимости от величины его возраста, хотя такая ситуация объясняется весьма просто — очень высокие таможенные пошлины. Поэтому полицейских, патрулировавших шоссе Дамаск — Амман недалеко от места, где был найден труп водителя автобуса, перевозившего российских паломников, отнюдь не удивил старый джип «Лендровер» кативший на север по направлению к сирийской столице. Это был видавший виды, возможно, даже раритетный внедорожник «Стэйшн Вэгон» защитного зеленого цвета с характерными узко посаженными глазами фар на радиаторной решетке.

Такие выпускались еще в начале пятидесятых годов прошлого века. Впрочем, конструкция, созданная почти сразу после Второй мировой войны в Великобритании для нужд фермеров и военных, оказалась на редкость удачной, и различных модификаций этой машины было выпущено за шесть десятков лет почти два миллиона.

Так что привлечь особое внимание стражей порядка этот джип не мог, если бы не одна деталь, издалека бросавшаяся в глаза и вызвавшая удивление. За рулем внедорожника сидела девушка с распущенными светлыми волосами. Причем в салоне, как показалось полицейским, она была одна. А когда они остановили джип, то удивились еще больше.

В салоне действительно больше никого не было, кроме блондинки-водителя, а самое главное — выяснилось, что старый автомобиль тянул за собой прицеп, в котором — кто бы мог подумать — стоял новехонький квадроцикл. Возникший относительно недавно, он из курортной забавы стал уникальным транспортным средством для езды по бездорожью. Ведь квадроцикл способен дать фору любому современному внедорожнику, потому что обладает воистину фантастической проходимостью.

Старший из полицейских, который и остановил «Лендровер», цокая языком, обошел его вокруг, а тот, кто был помоложе, — ему было не более двадцати пяти — вытаращив глаза, смотрел на девушку за рулем.

Хотя подавляющее большинство жителей Сирии мусульмане, это в то же время и многоконфессиональная страна. Здесь относительно мирно уживаются и приверженцы ислама, как сунниты, так и шииты, и христиане различных форм вероисповедания. И даже есть весьма незначительное, правда, количество иудеев.

Спокойное сосуществование представителей разных конфессий обусловлено, возможно, тем, что правящая элита, государственная и военная, в основном состоит из алавитов, которые в равной степени почитают и пророка Магомеда и Иисуса Христа. До сих пор ученые спорят, являются ли алавиты сектой шиитской направленности, или они представляют удивительный симбиоз ислама и христианства.

Как бы там ни было, женщина с непокрытой головой в Сирии отнюдь не редкость, особенно после того, как в стране резко увеличился поток туристов из европейских стран. Но девушка, сидевшая за рулем старого зеленого джипа без платка, была к тому же удивительно красива.

Реакция молодого полицейского не осталась ею незамеченной, и девушка широко улыбнулась, показав два ряда ослепительно-белых зубов.

— В чем дело, господин полицейский? — наконец спросила она сама на хорошем арабском языке, так не вязавшемся с ее нездешней северной красотой.

На помощь товарищу подоспел старший полицейский с двумя лычками на погонах, уже завершивший неторопливый обход джипа с прицепом.

— Здравствуйте, госпожа, — сказал он, оказавшись более устойчивым к чарам голубоглазой блондинки. — Ваше водительское удостоверение, пожалуйста.

Девушка с готовностью протянула прямоугольный заламинированый кусочек картона со своей фотографией.

Полицейский с двумя лычками на погонах — он был командиром патруля — взяв удостоверение и сравнив фотографию с оригиналом, протянул его младшему, поскольку, видимо, был не силен в иностранных языках.

Младший бережно, как драгоценность, принял документ в свои руки и, прочитав, сообщил своему начальнику:

— Это мадам из Латвии.

— Откуда?

— Из Европы. Такая страна в Европе, она входит в шенгенское соглашение.

— Вижу, что из Европы. Как ее зовут?

— Маргрита Рысь, — с готовностью ответил младший.

— Госпожа Маргрита Рысь, — с некоторым трудом повторив незнакомое имя, обратился к девушке полицейский с двумя лычками на погонах. — Вы путешествуете одна?

— Да, господин полицейский. Я уже бывала здесь и знаю, что Сирия на редкость гостеприимная, а главное — безопасная страна.

— О мадам, вы правы! — горячо поддержал ее старший полицейский, забрав у младшего водительские права девушки и продолжая держать их в своих руках. — В Сирии очень безопасно, и мы рады гостям, — тут он споткнулся, увидев, что блондинка за рулем джипа смотрит на него с нескрываемой иронией.

Полицейский стал более серьезным и, по-прежнему не отдавая водительское удостоверение, продолжил спрашивать:

— Позвольте осведомиться, мадам, о роде ваших занятий.

Он, конечно, понимал, что девушка никак не может быть танцовщицей из ночного клуба. Такая бы не заработала на джип, пусть старый, и уж тем более на квадроцикл. Тем не менее полицейский руководствовался принятой в правоохранительных органах страны установкой на особое внимание к одиноким молодым иностранкам. Считалось, что именно они могут нанести непоправимый урон традиционным нравственным устоям страны.

Въехать в Сирию молодой женщине без мужа было практически невозможно. Но число ночных клубов, на эстрадах которых танцевали девушки из России, Украины и других в основном восточноевропейских стран, постоянно увеличивалось. Непостижимым образом увеличивалось и число самих девушек, работающих в клубах.

Правда, подобные заведения создавались в основном для иностранных туристов, поток которых с приходом к власти сына Хафеза Аль-Асада Башара с каждым годом становился все большим. Иностранцы приносили немалый доход государству, и, возможно, поэтому на некоторые издержки, связанные с их пребыванием, приходилось закрывать глаза. Но до определенных пределов.