Боцман. Подводная одиссея - Сергей Зверев

Боцман и Баттерфляй дождались условленного времени. Они сидели на берегу, держа в руках большой рыбацкий фонарь. Его луч они направили в сторону моря. Саблин включил режим мигания. Кореянка, словно невзначай, положила руку на плечо напарнику. Тот не отстранился, но не преминул съерничать:

– Это как так понимать? Мы же с тобой вроде боевые товарищи. Да? Или это снова твой любимый особый восточный массаж? Может, ты покажешь мне все эти волшебные точки на теле? Ну, те самые, на которые надо давить, чтобы вырубить человека так, чтобы он этого и не понял?

– Да ладно тебе, – примирительно промолвила женщина. – Если бы тебе нужны были эти точки, то тебя бы давно этому обучили. Точно так же, как обучили восточным боевым искусствам. Но если тебе вдруг понравился тот мой массаж, я могу и повторить, – последнюю фразу женщина вымолвила с улыбкой.

– Пожалуй, я откажусь, – тоже улыбаясь, ответил Виталий и тут же, будто только-только вспомнил и боялся забыть, спросил: – Кстати, а как ты сумела испортить мой компрессор, чтобы он сам собой остановился у меня на глазах, и что сделала с аквалангом?

– А ты так и не понял? – изумилась Баттерфляй.

– Да вот никак не могу понять, – пожал плечами Саблин.

– Ну, хорошо, – смилостивилась кореянка. – Смотри, объясню. В акваланге в соединение шланга с баллоном я просто-напросто положила смоченную в специальном растворе ватку. Я до сих пор не перестаю удивляться тому, что ты выжил. Ну, а компрессор – проще простого. Жуешь газетную бумагу, накладываешь ее на электрические разъемы и снова их соединяешь. Пока бумага мокрая, ток проходит. Когда слюна высыхает, бумага перестает его пропускать. Высохшая бумага остается внутри разъема, поэтому ее не сразу и заметишь. Вот компрессор и обрубился.

– Так просто? Элементарная физика. А я-то уже думал, не колдовать ли ты, часом, умеешь, – саркастично заметил Боцман.

Женщина собиралась в отместку отпустить какую-нибудь колкость, однако ее планы поменялись. В темноте почти над самой водой стал прорисовываться силуэт корейского планера. Стараясь не выпускать его из поля зрения, агенты подождали еще с десяток секунд. После этого кореянка взяла фонарь и направила его луч на летательный аппарат, начав целенаправленно сигналить пилоту. Тот ответил короткой вспышкой фонарика, давая понять, что все в порядке. Вскоре планер прошел прямо над тем местом, где только что сидели агенты. Они проводили его нетерпеливыми взглядами. Пилот выбрал подходящий момент и потянул рычаг сброса груза. Тот полетел к земле и с глухим звуком грохнулся на берег. Как только это произошло, летчик развернул планер и направил его в сторону моря. Через пару секунд он растворился в темноте.

Агенты сразу приметили место, куда был сброшен груз. Искать вслепую его не пришлось. Переключив фонарь в обычный режим, бросились к грузу. Солидный, запакованный в водонепроницаемую материю, лежал прямо за деревом, где недавно поли-цейский обнаружил камеру слежения. На раз-два мужчина и женщина взялись за сброшенный тюк и потащили к палатке. Когда груз наконец был перетащен, оба с облегчением вздохнули. Саблин глянул на свою напарницу и поинтересовался:

– Что в этом тюке?

– Что ты как маленький! Неужели не понимаешь?! – удивилась Баттерфляй. – Здесь почти все, что нам с тобой нужно для дальнейшего выполнения задания – оружие, боеприпасы, взрывчатка и еще много всего полезного. Скоро ты сам во всем убедишься. Имей терпение.

Боцман насупился и стал поочередно переводить недоверчивый взгляд с напарницы на запакованный груз. Заметив это, женщина уточнила:

– Что-то не так?

– Все так. Вот только обида гложет, – произнес Саблин.

– Да какая обида! Выражайся яснее, – порекомендовала напарница.

– А что тут неясно-то? Дожилась Родина. Какая-то нищая КНДР может поставить своему агенту сюда на бамбуковом планере что угодно. А у меня даже нож куплен в здешнем рыболовном магазине! Где это видано, где это слыхано…

Юонг резко повернулась к нему.

– Не думай о корейцах свысока! Особенно о северных! – воскликнула она. – Когда твои предки еще с дубинами за мамонтами бегали, чтобы в какой-нибудь овраг загнать, мои уже создали цивилизацию! У них уже и письменность была, и каменные храмы строить умели. А твои еле-еле утку на кости изобразить могли, а из построек только шалаши соорудить и умели.

Виталий не понимал, при чем здесь утка. Да и проблема неодинаковых стартовых условий разных народов была для него очевидной. Поэтому он не стал начинать спор об истории, а сконцентрировался на современности.

– Да! Конечно, у вас высокий уровень развития цивилизации, – проговорил он с сарказмом. – Фонариком самолетам сигналы подавать приходится. У вас что, радиомаяки в дефиците?

– Брось этот язвительный тон, товарищ, – назидательно промолвила кореянка. – Зачем здесь нужен радиомаяк? Его же японцы в два счета засекут, и меньше чем через час сюда прибудут армия, спецназ и еще бог знает кто! Ты этого хочешь? Думаю, что нет. Ты, как и я, желаешь, чтобы сюда никто лишний не совался. Даже наш знакомый коп, не говоря уже о силах самообороны Японии. Так вот фонарик для нас здесь самый лучший вариант. Его, в отличие от радиомаяка, не засекут. Это вы, русские, как и японцы, на электронике последнее время помешались. Все какое-то «умное оружие» пытаетесь выдумать. А сами забываете, что на деле дедовские способы самые надежные.

Боцман, посмотрев на женщину, пожал плечами. Какую бы чушь она ни несла про охоту русских на мамонтов, здесь же она была совершенно права. Использовать фонарик в качестве сигнального средства действительно было гораздо безопаснее.