Боцман. Подводная одиссея - Сергей Зверев

Время было довольное позднее. Однако Годзо вместе с другими полицейскими последовал за старшим лейтенантом Такэси. Целью поездки оказался небольшой жилой район, прилегавший к испытательной базе. В основном здесь проживал обслуживающий персонал корпорации.

Машина Такэси остановилась у одного из домиков. Полицейские авто тоже затормозили.

– Может, объясните, куда мы приехали? – спросил Годзо.

– Здесь живет уборщица служебных помещений, – ответил Кайко, кивая на окна, в которых горел свет.

– И что?

– Она… Как бы это сказать? Немного не в себе. Пойдемте. Задайте ей несколько вопросов об этих бутылках, и вам все сразу станет ясно.

Полицейские пошли первыми. На звонок в дверь женщина отреагировала сразу. Она открыла дверь, обвела людей в форме странным взглядом и промолвила:

– Полиция. Наконец-то. Проходите в дом. Я вас заждалась.

Кроме нее в доме никого не было. Работал телевизор. Причем громкость была включена чуть ли не на всю катушку. По одному из каналов шла передача об НЛО и инопланетянах. Годзо попросил уменьшить звук. Когда просьба была выполнена, он поставил на стол бутылку и рядом положил записку.

– Вы узнаете эти предметы? – спросил он.

– Да. Это бутылка от моего любимого лимонада и бумажка с какими-то надписями, – ответила та.

– И все? Вы знаете, что там написано? – не отставал полицейский.

– Вы меня простите, если можно, – пробормотала уборщица, меняясь в лице. – Это я писала. Писала, запаковывала в бутылки и бросала в море.

Годзо фыркнул и переглянулся с коллегами.

– Но зачем вы это делали? – решил уточнить тот.

– Это все голоса… – призналась уборщица.

– Какие голоса? – не понимал полицейский.

– В голове у меня голоса звучат. Я не знаю, что это такое и откуда взялось. Но бывает так четко слышно, как говорят. Обычно просто разговаривают между собой. Но бывает, что обращаются ко мне. Вот и недавно так было. Я думаю, что это инопланетяне. Они ведь давно контролируют наш мир. Где явно, где тайно. Через своих посланников, например.

– Каких еще посланников? – недоверчиво переспросил Годзо.

– А разве вы никогда боковым зрением не видели что-нибудь странное? А если повернуться, чтобы рассмотреть внимательнее, то там уже никого нет. Будто ускользают. Всякие. То крокодилы или ящерицы, то осьминоги или кальмары. Страшные, но не нападают, если подчиняешься голосам и делаешь все так, как они просят. Я все время слушаюсь. Поэтому и жива до сих пор, – разоткровенничалась женщина.

Полицейские слушали и пытались понять, что они видят перед собой: бедную больную на голову женщину или талантливую актрису, разыгрывавшую перед ними спектакль. В особенности этот вопрос озаботил Годзо. Ему хотелось спросить у уборщицы что-нибудь такое, с помощью чего ситуация сразу бы прояснилась. Однако ничего подходящего в голову не приходило. Тогда он решил просто уточнить:

– Скажите, но почему именно русские гидронавты?

– Как почему! – воскликнула уборщица. – Вы что, телевизор не смотрите?! Русских похитили инопланетяне! А эти записки они заставили меня написать, чтобы замести следы! Я только прошу вас об одном: если инопланетяне спросят у вас обо мне, то скажите, что я ничего вам не говорила. Хорошо?

– Хорошо, – с грустью согласился Годзо и подался к выходу.

На улице Такэси обратился к нему:

– Вы убедились?

– Да. Она же по-настоящему больна, – сказал пожилой полицейский. – Как она может у вас работать?

– Вот так и работает, – проговорил Кайко. – Наша корпорация вопреки слухам, распускаемым недоброжелателями, все-таки социально ориенированная. А это значит, что мы помогаем обездоленным. Да, у этой женщины нелады с психикой. Но она не буйная. Работу свою знает. Выполняет старательно. А что телевизора насмотрелась, так это разве повод ее увольнять? У нас так не делают.