Черный Стрелок 2 - Александр Мазин

– Вы раскрыты! – раздался в трубке голос Андрея Игоревича. – НЕ ПОКИДАЙТЕ ДОМ! И постарайтесь продержаться как можно дольше! Отбой!

– Минуту… – перебил Алеша, мгновенно мобилизовавшийся. – Здешний пароль: «Лидер», отзыв «Война». Надеюсь, вам это поможет.

Чем дольше Дыня смотрел на пацанов, которых привез Веня, тем меньше они ему нравились. Одни – тупые будки, другие – отмороженная крутизна. И тем, и другим человека загасить – как высморкаться. Сам Дыня тоже был не святой – святые бригадирами не становятся – но всегда жил строго по понятиям и очень этим гордился. Правда, его никогда не заряжали сопровождать караваны с оружием. Он был никитский, а под это дело всегда использовали курганских. Может, это курганские? Если так – надо звонить Мише. Миша по гарнизону – старший. Миша сам курганский. Миша у Стены три года в личных телохранителях прослужил: разберется, что с Веней не так…

Одна проблема: Миша – человек Стены. Стена же его и поднял. Так что, если с Веней действительно что-то не так, то крайним, точняк, окажется Дыня.

Поэтому Дыня, тихонько слиняв из холла, не стал звонить Мише по местному телефону, а, немножко поколебавшись, позвонил по мобиле Тише Кочко.

– Тихон Матвеич, это Дыня. Тут такое дело: Стена к нам приехал…

– Тебе что за дело? – сердито сказал разбуженный Тиша.

– Так он, типа, не в себе. Вроде как пьяный, а не пахнет. И пацаны с ним – незнакомые.

– И что с того?

– Так они приехали жену Николая Григорьича забрать.

– Хочешь, чтобы я разбудил хозяина и поинтересовался, действительно ли он послал Застенова за женой или нет? – ядовито осведомился Тиша.

– Ну… Я, типа, на всякий случай… – Дыня лихорадочно искал, что бы еще такое сказать… Существенное. Про морды подозрительные? Нет, не стоит… Про ширгородские ментовские номера на крузаке? А может…

– А еще с ними пацан этот, молодой, – сказал Дыня.

– Какой еще пацан?

– Воспитанник Николай-Григорьича. Ну этот, как его… Лехой зовут.

– Что?! – Весь сон с Кочко как рукой сняло. – Ну-ка еще раз, поподробнее…

Через две минуты он уже звонил Хлебалову. А еще через две минуты телефон спецсвязи на столе «коменданта» поселка Праздничное разразился злобной трелью.

– Мать вашу так! – заорал Хлебалов ошарашенному дежурному. – Спите, бля! Все, бля, просрали, мать вашу! Мишка где? Спит? Ах он, сука, еще и спит! Ну-ка живо его сюда!..

Организовать прослушивание телефонной линии хлебаловской спецсвязи было весьма затруднительно. Зато оба его мобильника, сотовый и спутниковый, стояли на постоянной прослушке и все сколько-нибудь интересное немедленно сообщалось куда следует. А разговор Тиши Кочко со своим шефом показался дежурному оператору очень интересным…

– …Постарайтесь продержаться как можно дольше! – сказал Андрей Игоревич. – Отбой.

– Минутку!.. – раздалось в трубке прежде, чем подполковник отключился.

И Шелехов сказал ему два слова, которые вот уже двенадцать часов безуспешно пытались выяснить все задействованные операторы Андрея Игоревича и двое вооруженных направленными микрофонами спецназовцев, скрытно расположившихся у обоих ворот поселка.

– Поможет, сынок, еще как поможет, – сказал подполковник, отключившись и пряча трубку в чехол. – Возможно, тебе даже удастся уцелеть.

Лично подполковнику этого очень хотелось. Не в ущерб государственным интересам, конечно…

Андрей Игоревич достал из бардачка рацию.

– Орел, я – Рысь. Время «Ч» – четыре тридцать. Вариант три-один.

– Я – Орел. Для три-один нужен ключ.

– Ключ я везу, Орел. Ждите.

Подполковник засунул рацию в нагрудный карман куртки. Не то, чтобы он допускал возможность прослушивания противником его собственных переговоров, нет, это скорее, был приобретенный за годы службы рефлекс.

– На точку! – скомандовал подполковник шоферу и пристегнулся.

Взвизгнув покрышками, старенькая с виду, но весьма навороченная под капотом «волга» вылетела из ворот в/ч 123-22 Ширгородского ВО, располагавшейся на окраине города Краснянска, и, отбрасывая в темноту синие блики, понеслась в сторону моста через Юрь. С трудом поспевая за «волгой», туда же покатил белый фордик с синей полосой поперек туловища. Группа прикрытия. Командирские часы на запястье лейтенанта, командовавшего охраной подполковника, показывали два часа восемь минут.