Зачистка. Роман-возмездие - Владимир Соловьев

Стоп! А Бродвей!!! Как я мог забыть про Бродвей? Мюзиклы, именно отсюда начинающие свой триумфальный поход по свету и сюда же возвращающиеся в лучах славы, чтобы годами блистать на подмостках на радость туристам. Лучшие голоса, потрясающие танцы, мелодии, которые потом тиражируются на всех континентах.

Как можно приехать в Нью-Йорк и не сходить на мюзикл?! Это преступление! И я его уже совершал. Был в Нью-Йорке, а на Бродвей не пошел.

Думаю, вы уже привыкли к моим закидонам. Извините, ну вот такой я человек. Конечно, согласно стереотипам мировой классической литературы я должен переживать после жестоких убийств, долго пытаться отмыть руки от крови, шарахаться от привидений и страшиться ночных кошмаров, ибо души загубленных мною людей ведут со мной душеспасительные речи, а с первыми петухами исчезают, испуская жалобные стоны… а может, вы ожидали, что я наркоман? Или алкоголик? Или просто бесчувственный? Тогда перечитайте начало книги, там я уже об этом рассуждал. А сейчас я действительно хочу посмотреть бродвейскую постановку.

— Сью-Эллен, может, сходим на мюзикл?

— Ты с ума сошел?

— Почему? Просто грешно быть здесь и не сходить на Бродвей. Потом бы где-нибудь перекусили. Я голоден.

— Это кто говорит? «Ситуация выходит из-под контроля» — это разве не твои слова?

— Упс, а я-то думал, что говорю про себя.

— Прекрати. На нас объявлена охота. Пять трупов. Тебе мало? Какие еще представления ты хочешь устроить?

— Резонно.

— Заказываем еду в номер.

— Минуточку, это решает проблему хлеба, а не зрелищ.

— Ах, вот к чему все это было!

— Так я же должен узнать, где ты все это время держала пистолет! Я ни о чем другом думать не смогу, пока не разгадаю эту загадку.

— Так. Отставить. Сначала мы закажем еду. Потом примем душ. Потом поедим. А уже потом я тебе устрою такое представление, что Бродвей сдохнет от зависти. И ни слова о работе до утра. Ни одного!

Что я нашел в этой женщине? Почему именно с ней возникает особая «химия»? Что это? Дурман, колдовство? Не могу ответить. Не знаю. Будто набрала правильную комбинацию от сейфа моей души, и я оказался весь перед ней нараспашку. И дело не в сексе. Ну чем можно удивить опытного зрелого мужчину? Анатомия давно изучена, набор технических действий очевиден. За долгие годы все испробовано, все освоено. Конечно, с возрастом от травмоопасных камасутровских закидонов приходится отказаться, да и радости особой они на самом деле никогда не доставляли. Чистый выпендреж. А тут, без всяких гимнастических комбинаций, ты просто прикасаешься к человеку — и тебя пронизывает чувство такой силы, что сбивается дыхание и начинаешь ощущать пульсацию крови в висках. Мысли только о ней. Физически ощущаешь, как каждая клеточка твоего организма тянется к объекту страсти. Ты жаждешь прикосновения к телу любимой, лишь в ее объятиях ты ненадолго находишь успокоение.

Тревожное, томящее, мучительно-сладостное и тягостное чувство. Вожделение. Такая страсть уже сродни болезни. Только выздоравливать не хочется совсем. И все-таки — почему Сью-Эллен? Конечно, есть очевидный ответ: мол, все дело в том, что в этих отношениях мне не надо скрывать, кто я такой на самом деле. Но ведь это не соответствует действительности. Меня сразу словно пронзило молнией, как только я ее увидел. Сразу. Пригвоздило. Просто все оказалось мое. Дыхание, походка, движения глаз, стать, фигура, речь, каждый жест, каждая клеточка…

Довольно. Вас интересует, что было дальше?

Не ждите подробностей. Вы люди взрослые, и так все понимаете. Бродвей обзавидовался бы. Ради таких ночей и стоит жить.

И я никогда не думал, что еда в постели может быть настолько эротичной.

Угомонились мы лишь под утро.

Я так и не узнал, где Сью-Эллен прятала «сфинкс».