Резервный агент ГРУ - Анатолий Сарычев

Беседа в Комитете государственной безопасности.

— Объект ушел от наблюдения на закрытом участке дороги! Никто ничего не видел и не слышал! Такое ощущение, что мы имеем дело с призраком товарищ полковник! Ни милиция его не остановила, ни наши оперативники на куйбышевском шоссе, которое было перекрыто от Переушки и до УзБума[59]. Дальше дорогу перекрыла милиция для проезда правительственного кортежа! — рассказывал коренастый майор, расстилая на полированном столе карту города.

— Это, что за забор майор? Что за предприятия? — раздраженно ткнул пальцем полковник.

— Этот забор отделяет Тепловозовагоноремонтный завод от автомобильной дороги! — доложил майор, вытянувшись перед столом.

— Мог наш санитарный врач заехать в эти ворота, сойти и оставить машину в любом месте. Сунуть бабки или удостоверение санитарного инспектора и оставить машину, а сам уйти пешком? — спросил полковник, уставив бешенный взгляд в стоящего перед ним майора.

— Не могу знать товарищ майор! Я командую топтунами, а не оперативниками! В течении двух дней объект ни дома, ни на работе не появлялся.

— Разрешите снимать людей? Я не могу больше держать людей без санкции руководства! — спросил майор.

— Снимай! — разрешил полковник и пожевав губами, уселся за стол.

Дождавшись, пока майор выйдет, полковник набрал короткий номер и, не представляясь, спросил:

— Разрешите зайти сейчас?

— Потерпеть не можешь? — рыкнуло в телефонной трубке.

— Есть вопросы, которые можете решить только вы! — твердо сказал полковник.

— Через час я тебя жду! — снова рыкнуло в телефонной трубке.

Час полковник потратил подшивая документы в папку. Рассматривая копию военного дела Игоря, полковник обратил внимание на пометку Особого отдела:

«Задерживался по обвинению в изнасиловании несовершеннолетней»

Ниже была пометка:

«Освобожден за недоказанностью»

Больше в личном деле старшего лейтенанта медицинской службы, а к демобилизации и капитан-лейтенанта, ничего интересного не было. Всю службу лейтенант, а потом старший лейтенант Караваев провел в береговой части номер шестьдесят восемь тридцать сорок шесть. В эту часть лейтенант призывался и из нее он ушел на дембель, честно прослужив три с половиной года.

— Найдите мне месторасположение воинской части шестьдесят восемь тридцать сорок шесть! — приказал полковник, набрав короткий трехзначный номер. Мотнув головой и скривившись, снова беря в руки папку с делом Игоря.

«Почему лейтенант, только что пришедший на службу через полгода получает старшего лейтенанта, а через три года кап-лея?» — задал себе вопрос полковник, набирая номер телефона городского военного комиссариата.

— Пришлите мне наградные листы на капитан-лейтенанта медицинской службы Караваева Игоря Алексеевича! — представившись, приказал полковник.

Раздалось негромкое пощелкивание, и властный голос произнес:

— Генерал-майор Решетов у телефона!

— С вами говорят из комитета государственной безопасности…, вальяжно начал говорить полковник, но был прерван:

— Пришлите письменный запрос полковник с визой начальника комитета! А еще лучше за его подписью! — жестко сказал генерал-майор.

— Извините, товарищ генерал-майор, а почему такие сложности? Нельзя разве отправить документы с нарочным по устному запросу? — удивился полковник, давно не получавший такого жесткого отпора. И от кого! От военкома города! Без пяти минут пенсионера!

«Ну я тебя достану! Я тебе покажу, как грубить полковнику КГБ! Ты у меня комариком вылетишь на пенсию!» — мстительно подумал полковник, закрывая дверь собственного кабинета.

Едва полковник вошел в кабинет генерал — лейтенанта, как на него обрушилась площадная брань всегда выдержанного начальника управления:

— Какого рожна ты начал звонить военкому! Кто тебе разрешил! Он родственник самого Шараф Рашидовича[60]! Хоть и дальний, но все-таки родственник! Ты, понимаешь, козел, куда полез? — напоследок рявкнул начальник управления, протягивая руку за папкой.

— Я не мог этого знать! У военкома русская фамилия! — попробовал оправдаться полковник.

— Проехали! Докладывай по существу! — приказал генерал-лейтенант, досадливо махнув рукой.

— Выяснились интересные подробности про этого санитарного врача! Караваев получил старшего лейтенанта через шесть месяцев после поступления на военную службу! В конце службы его чуть не посадили за изнасилование несовершеннолетней! И тут же присвоили звание капитан-лейтенанта! Надо поднять это дело!

Восстановим все обвинения против санитарного врача! Как можно очень сильно надавить на объект! С таким криминалом лепила[61]будет ходить как дрессированная собачка на канате в цирке! — быстро проговорил полковник, испытывая прямо ненависть к совершенно незнакомому Игорю, который невольно так подставил его, полковника госбезопасности.

— Я посмотрел план вербовки этого санитарного врача! Одобряю! Изящная операция! А если сможешь надавить с помощью старого дела об изнасиловании, то честь тебе и хвала! — скривил губы начальник управления КГБ.

— Я все понял товарищ генерал-лейтенант! Больше он вас не потревожит! — забирая листок с размашистой подписью генерал-лейтенанта, заверил полковник.

— Через два месяца ткань должна стоять в аппарате!

Не будет ткани и нас с тобой не будет! Несчастные случаи не только с рабочими бывают! — напомнил генерал-лейтенант.

— Но ткань хороша! Положил в карман пиджака клиента и он через два часа труп! — от самой двери сказал полковник.

— Рот закрой, идиот! — негромко рявкнул генерал — лейтенант, про себя решив, что проверить эффективность ткани чалмы в первую очередь надо на не в меру разговорчивом полковнике.