Взорванная акватория - Сергей Зверев

Начальник отделения внутренних дел лично вышел к звезде российского спорта. Однако к словам дежурного ему добавить было нечего. На лице майора Чиндарева блуждала приторная улыбка. Его взгляд буквально сканировал необычную гостью с ног до головы. Юлия не находила в этом ничего приятного.

– Так вы ответите на мой вопрос? – спросила девушка.

– Вы уж будьте любезны простить нас, – с нарочитой вежливостью проговорил милицейский начальник. – Но необходимой вам информации у нас нет. Мы действительно задержали сегодня несколько человек. Но никто из них не подходит под описание, которое вы нам предоставили. Я, безусловно, рад был бы оказать вам содействие. Но, к сожалению, мне нечем вам помочь. По крайней мере на данный момент. Если нам что-либо станет известно о вашем друге, мы непременно дадим вам знать. Как с вами лучше всего связаться? Может быть, номер телефона оставите?

– Я вообще-то номера своих телефонов налево и направо не раздаю и раздавать не собираюсь, – еле терпя сюсюканья милиционера, твердо заявила Баскалова.

– В таком случае, дорогая моя, я не понимаю, зачем вы к нам вообще обратились. Позвоните в передачу «Ищу тебя», – отреагировал Чиндарев и, козырнув, попрощался со спортсменкой.

Юлия недоброжелательно стрельнула взглядом ему вслед и вышла из отделения. Майор остался в коридорчике у дежурки и медленно подошел к окну. Он ненадолго замешкался, посматривая на улицу. Звездная девушка завела «Кавасаки Ниндзя» и уехала с подведомственной майору территории. Он проводил Юлию долгим взглядом. Затем ухмыльнулся и еле слышно щелкнул пальцами.

Повернувшись к дежурному, начальник кивнул и указал на заблокированную дверь. Тот немедля нажал на нужную кнопку. Дверь, ведущая в основную часть ОВД, распахнулась. Чиндарев с важным видом прошел мимо дежурки. После он направился в глубь полутемного коридора, в самом конце которого свернул на лестницу. Поднявшись на второй этаж, он скрылся в комнате для допросов.

Посередине комнаты на деревянном стуле сидел Полундра. Руки его были заведены за спину. На запястьях тускло мерцали наручники. Два сотрудника милиции стояли вблизи Сергея. Их лица выражали готовность пресечь любые попытки сопротивления со стороны задержанного. Дознаватель расхаживал возле письменного стола и нервно курил, выпуская дым в широко открытое окно. Вопросы у него давно закончились. Он ожидал дальнейших распоряжений начальника.

– А ну-ка прекратить сейчас же курение на служебном месте! – приказал Чиндарев, едва войдя в помещение. – Я смотрю, вы тут совсем без меня оборзели.

– Есть прекратить курение, – виновато промолвил дознаватель и быстро затушил сигарету.

– Как проходит допрос? Что-нибудь выяснили? Или этот мужчинка в молчанку продолжает играть? – спросил майор, уставившись на подчиненного. Тот не выдержал его взгляда и отвел глаза в сторону. На вопрос начальника дознаватель отвечал, глядя в стенку:

– Абсолютно ничего не выяснили. Задержанный молчит как рыба замороженная.

Чиндарев нахмурил брови, поглядывая то на Полундру, то на милиционеров. После непродолжительного молчания обратился к своим подчиненным:

– Так, ребятки, слушай мою команду. Идите-ка вы прогуляйтесь чуток по коридору. Я хочу сам поработать с этим типом. По индивидуальной программе. Тряхну, так сказать, стариной. Может быть, тогда он не только заговорит, но и запоет не хуже Киркорова. Давайте скоренько.

Стражи правопорядка один за другим быстро покинули комнату. Майор подвинул первый попавшийся стул и уселся напротив Полундры. Стараясь быть непринужденным, милиционер начал разговор:

– Предлагаю пока поговорить по душам. Как говорится, не для протокола. Что-что, а бумаги мы всегда успеем написать. Бумаги, конечно, важны. Однако есть вещи и более важные. И я вам хочу сказать, что на данный момент весьма важным является характер вашего поведения. Понимаете, о чем я? Ваша откровенность и желание оказать помощь следствию сейчас просто незаменимы. Можно даже сказать – на вес золота.

– Звучит слишком высокопарно для банальной милицейской игры, – спокойно сказал задержанный.

– Ну, почему же сразу игра? Не игра, а попытка сделать вам шаг навстречу. Даже несколько шагов. В противном случае зачем бы мне с вами здесь разговаривать? В том-то и дело, что я хочу вам помочь. Милиция ведь не только наказывать призвана. Она в первую очередь помогать должна. Чтобы человек не пропал. Чтобы он на путь истинный встал.

– А кто вам сказал, что я заблудшая овца, которую следует направлять на какие-то пути? – Речь Полундры продолжала источать холодное спокойствие. Допрашивающего подобная тональность не устраивала. Однако он допускал ее, поскольку задержанный наконец-то начал вести диалог.

– Но что поделаешь, если вы ведете себя не вполне разумно? – с фальшивой тоской вздохнул Чиндарев. – Вот у вас при себе нет никаких документов. Это, безусловно, плохо. Вы должны их всегда иметь при себе. Но это еще полбеды. Гораздо хуже выглядит другое обстоятельство. Объясните мне, что вас заставляет молчать и не назвать свои имя и фамилию? Зачем упрямствовать? Ваше поведение безрассудно.

Он пристально смотрел в глаза Сергея, будто пытался его загипнотизировать. Однако ни гипноз, ни полные фальши речи не могли сбить с толку или каким-то образом смутить боевого пловца. Он оставался совершенно невозмутимым. И даже несмотря на то что был скован наручниками, казалось, будто задержанный доминирует над милицейским чином. Майор спешил скорее отделаться от неожиданного ощущения. Однако Полундра не позволял ему этого совершить.