Специальный рейд - Сергей Самаров

– Я понимаю, как нехорошо делать из вольного и, несомненно, талантливого художника заведующего производством общепитовской столовой, – издалека начал Басаргин, – но время проходит незаметно, и невольно приходит в голову мысль, что неплохо было бы нам и пообедать.

– Иногда я понимаю даже очень прозрачные намеки, – сказала Александра и ушла в квартиру.

Басаргин повернулся в вертящемся кресле к Тобако.

– Мне кажется, нам надо определиться более конкретно в своих отношениях с «Альфой».

– «Альфа» не любит подпускать посторонних к своим делам, но любит пользоваться посторонней информацией. Поэтому действовать следует только самим и опираясь на собственные силы.

– Я о том и говорю. Если Ажигов со своими женщинами только попадет в прорезь прицела какого-то снайпера, их сразу положат. Без раздумий. Это вопрос безопасности граждан, и «Альфа» со своей точки зрения стремится выполнить собственную задачу правильно. Мы же опять останемся ни с чем.

– Конкретно – как ты видишь нашу миссию.

– Я вижу нашу миссию в том, чтобы оторвать Ажигова от «черных вдов». Женщин надо спасти...

– Ты уверен, что они не идут на это добровольно?

– Может быть, только единицы. А основная масса...

Телефонный звонок не дал Александру развить свою мысль. Он взял трубку.

– Да. Слушаю. Зураб, мы тебя ждем. Хорошо. Записываю. Ты когда будешь? Мы ждем. Саня уже обед готовит. Поторопись.

И тут же, только нажав на рычаг телефона, стал набирать другой номер.

– Владимир Васильевич! Опять Басаргин. Записывайте номер разыскиваемой машины. Так? Понял. Прекрасно. Будем надеяться... Да... Записываю. Понял. Спасибо.

И повернулся к Тобако.

– Ты будешь сам разговаривать с Текиловым?

– Да.

– Вот его адрес и домашний телефон. Хотя вполне возможно, что он на работе.

Андрей сразу набрал номер и нажал кнопку спикерфона. Трубку не брали долго.

– Алло? – наконец ответил мужской голос с сильным акцентом, неуверенный или, как тоже можно было предположить, заспанный.

– Мне Ахмат нужен, – сказал Тобако.

– Его нет... – ответили испуганно – и трубку тут же положили, даже не поинтересовавшись, кто звонит.

Александр с Андреем переглянулись.

– А кто вообще тебе сказал, что он живет один? – отвечая на не высказанный вопрос, сказал Тобако.

– Во-первых, обычно люди интересуются, кто звонит хозяину квартиры, чтобы передать тому сообщение.

– Это можно списать на плохое владение русским языком.

– Может быть... На сорок процентов возражение по первому пункту принимаю. Во-вторых, когда человек берет на себя миссию «кровника», согласно неписаным законам адата он старается действовать в одиночестве. Это связано еще и с тем, что «кровник» должен лично убить своего врага. Он боится, что это может сделать кто-то из его единомышленников. И потому старается таковых вообще не иметь. Поверь, что это серьезный аргумент. Я достаточно подробно изучал психологию «кровников», поскольку предыдущая моя служба заставляла часто с этим сталкиваться и иногда на этом строить свою работу. Ахмат Текилов должен жить или один, или с какой-то женщиной. Скорее, у какой-то женщины, оставляя квартиру для собственных нужд. Эта квартира – как пещера абрека в горах.

– В пещерах не регистрируются.

– Он никого в эту квартиру не водит. Поэтому может ею пользоваться по мере надобности.

– Принимаю на восемьдесят процентов. Но выставляю свое возражение. А если он эту квартиру просто сдал родственникам или землякам?

– Относительно «сдал» отметаю полностью. Человек, владеющий несколькими ювелирными магазинами, не будет сдавать квартиру. Ему проще оплатить съем посторонней квартиры для родственника, чем самому остаться без уголка в случае надобности. Нет, эта квартира должна быть его рабочим инструментом, как мастерок у каменщика.

В дверь заглянула Александра.

– Мужчины! Работнички! Столовая открыта, поспешите, пока нет очереди.

– Сейчас Зураб подъедет. Мы вместе пообедаем. Не остынет?

– Не остынет. Я пока мальчишек покормлю...

Александра ушла, а Александр с Андреем хотели продолжить обсуждение, но почтовая программа в компьютере подала звуковой сигнал.

– Это, должно быть, Камил уже расстарался. – Тобако пересел за компьютерный столик. – Так и есть. Сейчас я распечатаю. Кстати, мой тебе совет, если не хочешь, чтобы твоя переписка контролировалась Интерполом, удаляй сообщения сразу. Твои связи – это твои связи. И совершенно ни к чему, чтобы ими кто-то вздумал воспользоваться, передав от тебя привет.

Александр вытащил из принтера лист и стал читать вслух:

* * *

«Андрей, я понимаю, что говорить нехорошо о человеке, которому просишь не мешать, не совсем логично. Тем не менее я прошу тебя... Если Текилов свое дело сделает, а он его сделает обязательно, жить станет проще и воздух станет чище...

Ахмат был очень хорошим опером с хваткой настоящего клеща. Если он цеплялся за что-то, то начинал раскручивать любое дело быстро и настырно. Правда, методы он применял не всегда корректные. Было на него несколько жалоб на избиение свидетелей. Понимаешь? Не подозреваемых, а простых свидетелей, которые не хотели быть до конца откровенны, опасаясь за свою судьбу. Ты сам знаешь, что в наших краях быть откровенным свидетелем очень опасно. Вообще, это его главная черта характера – идти к цели любым путем. Не рвать на груди рубаху и бросаться на амбразуру, но своего добиваться, жертвуя при этом интересами других людей.

Сам Ахмат представляет сильный и влиятельный тейп. Очень богатый тейп. Его отец владеет многими предприятиями по золотодобыче и очень не любит платить налоги, что в нашей республике, как ты знаешь, делается очень просто. Того, кто будет платить налоги, никогда не будут уважать. Тейп Текиловых пустил в Москве прочные корни, оброс необходимыми связями на уровне первых лиц многих министерств и ведомств. Поэтому Ахмату не стоило труда удобно осесть в Москве и завести там свое дело. У него целая сеть ювелирных магазинов. Не отделов в разных больших магазинах, как у вас это принято, а именно отдельных магазинов. У него прочная «крыша» и большие связи в головном управлении МВД. Если он доберется до Ажигова, помогать ему будет вся ингушская диаспора Москвы, так распорядились старейшины. И никакие чеченцы не смогут остановить Ахмата.

Прошу тебя учесть, что сведения я передаю от себя, а номер его телефона вынужден был спросить у отца. Таким образом, если с Ахматом произойдет неприятность, неприятности ждут и меня.

Номер сотового телефона...

Позвони мне, когда все кончится. Инвалиды вроде меня живут одними слухами. И достоверная весть им всегда интересна. Удачи тебе.