Живой позавидует мертвому - Сергей Зверев

«Ситуация выбора». Сколько раз людям в своей жизни приходится сталкиваться с ней! Бесчисленное количество. Иногда сделать выбор легко. Иногда он мучителен до крайности. А иногда проблема выбора усложняется тем, что выбирать приходится из двух зол. И вопреки расхожему выражению среди этих двух зол нет меньшего! Жизнь человека в такой ситуации превращается в сущий ад от одной лишь только мысли, что если не сегодня, то завтра придется выбирать.

По сути, в таком аду пребывал Кобзев. Что бы он ни делал, о чем бы ни думал – мысли его всё время возвращались к одному и тому же вопросу. «Что делать?» – спрашивал он себя, не видя перед собой ни одного стоящего пути. Ведь после очередной беседы с Анваром поля для маневра не оставалось. Егора загнали в новую ловушку. Надо было решать неразрешимую для нормального человека задачу. Стать пособником циничных убийц и подлых отравителей? Сопротивляться им до конца и тем самым сделаться причиной смерти своего старшего коллеги и друга Алексея Волошина? Ни то, ни другое в здравом уме нельзя было назвать оптимальным вариантом выбора.

А время шло. Даже не шло, а неумолимо бежало. Из отведенных дней прошло уже два. От переживаний у Кобзева постоянно ныл желудок. От этого болезненного ощущения, как и от докучливых мыслей, никак нельзя было избавиться. С Волошиным он данную тему не обсуждал, стараясь оградить того от лишних тревожных размышлений. Алексей Николаевич и без того был потрясен известием о расстреле коллег по «Асклепию».

Когда безвыходность положения стала ощущаться в полной мере, Егор перестал играть в молчанку. Он рассказал Волошину о поставленных Анваром условиях. По большому счету Алексей даже не удивился рассказанному. «Нечто подобное я и ожидал», – с горькой улыбкой промолвил он и высказал кое-какие свои соображения. Выслушав коллегу, Кобзев немного воспрянул духом. В глазах его блеснули едва различимые искорки надежды.

Во время очередного визита главаря террористов в лабораторию Егор первым начал разговор с ним.

– Послушайте, мне нужен настоящий помощник, – говорил он. – Без грамотного человека здесь трудно обойтись.

– А чем тебя Шакур не устраивает? Он всё-таки немного учился по схожей специальности, – напомнил Анвар.

– Вы меня, конечно, извините, – русский перешел на шепот, – но этот недоучка тупой, как пробковое дерево. Он ведь ни черта не смыслит в нашей работе! Только и бегает с этими книжками или ноутбуком в то время, когда надо срочно делать что-нибудь важное. Даже ваша обезьянка по сравнению с ним лучше бы справилась с работой.

Главарь, который только что грозно хмурил брови, рассмеялся и погладил свою ручную обезьянку по кличке Молли.

– Так, может, ты её и возьмёшь? – шутливым тоном поинтересовался Анвар.

– С вашего позволения я бы взял более-менее подготовленного специалиста.

– Волошина?

– Его самого.

– Ну, ладно, бери, – с лёгкостью согласился террорист. – Мне в принципе плевать, как будет достигнута цель. Да ты и сам знаешь, что мы работаем на конечный результат. Но только, смотри, не рассчитывай на побег. Вспомни еще раз о тех, кого видел мёртвыми у ангара. И еще. Мой человек всё-таки останется в лаборатории в качестве наблюдателя.

– Вы хотели сказать – надзирателя, – Егор осмелился на дерзость. Однако коварный собеседник не уловил в его словах ничего дерзкого и просто отметил:

– Что наблюдатель, что надзиратель – разницы никакой. – Он снова погладил ручную обезьянку и, обращаясь к ней, сказал: – Правда, моя дорогая Молли? Ты хочешь быть наблюдателем или надзирателем? Ах ты маленькая негодяйка! Неужели ты метишь на моё место?