Месть длиннее жизни - Кирилл Казанцев

Она отвернулась и неприятно хрустнула пальцами. Телефон в кошелке снова заурчал, Титова накрыла его ладонью.

— В психушке? — уточнил Андрей. Титова повернулась, побагровела еще сильнее.

— Вы сами все знаете, зачем я вам?

«Если бы все». — Пока слова деда подтверждались, а история обрастала новыми деталями. Титова явно куда-то спешила, все порывалась достать мобильник и сдерживалась уже из последних сил.

— Почему они развелись?

Титова молча смотрела на дверь и не шевелилась. Андрей сел на стол, осмотрел ссутулившуюся тетку с ног до головы и хлопнул в ладони. Титова отшатнулась, врезалась спиной в край стола.

— Это не мое дело! — прошипела она и накинула плащ, точно холодно ей было.

— Почему они развелись?

В ответ — тишина, Титова смотрит точно сквозь стену, левым глазом косит в сторону собеседника, и выглядит это жутковато, чего уж там.

— Решать вам, — Андрей поднялся с места. — Хотите потерять работу, чтобы вас выгнали по статье?

Титова по-прежнему смотрела в стену.

— Я не знаю точно, только слухи, — пробормотала Титова.

Андрей наклонился к ней:

— Пойдет. Так почему?

Снова этот жуткий косой взгляд и запах кошачьей мочи, от которого вот-вот вывернет. Андрей сдержался и даже смог улыбнуться. Титова быстро зашептала, он еле успевал разбирать слова:

— Глухов получил должность директора и выгнал Риту из дома. Та пыталась судиться, но оказалось, что все их имущество переписано на Глухова, он забрал у нее все. Оставил только квартиру своей бабки.

— В смысле выгнал? — Та почти слово в слово повторила старика, но Андрей не был уверен, что верно разобрал ее шепот.

Титова кивнула, краска сбежала с ее лица, кожа посерела, губы вытянулись.

— В прямом. Игорь Владимирович был против их связи, их романа, не разрешал Рите встречаться с ним, говорил, что Глухов не их круга. Она ушла из дома, жила с ним на той квартире полгода, потом ее отец сдался и разрешил свадьбу. Глухов работал день и ночь, не вылезал с завода, окончил институт, потом еще один, изучил бизнес и стал первым помощником тестя. У них с Ритой уже был сынок, потом Игорь Владимирович заболел, Сергей замещал его, хотя остальные собственники были против. Но он хорошо показал себя. Игорь Владимирович настоял, чтобы его включили в совет директоров, потом передал свою должность и умер. А Глухов выгнал Риту из дома, а через полгода после похорон отца в ДТП погибла ее мать. Я больше ничего не знаю, честно!

Она вскочила, Андрей попятился, пропуская Титову. Та принялась торопливо надевать плащ и боком пробиралась к двери.

— Дом в Шильцах, вы сказали? — в спину Титовой спросил Андрей.

Тетка обернулась:

— Да. Но я этого не говорила.

Собралась уже выскочить прочь, Андрей легонько придержал ее за рукав.

— Разумеется. И о нашем разговоре знать никому не надо. Если будут проблемы, то обращайтесь ко мне лично, я постараюсь вам помочь.

Титова вырвалась и рванула по коридору к лифту, пропала за поворотом коридора. Андрей дождался, пока тетка не уберется подальше, спустился по лестнице и пошел к машине. Посидел пару минут в раздумьях, поглядел на мутное низкое небо, на часы и поехал в Шильцы.

Недалеко, как оказалось, до элитного пригорода, этакий город в городе, Андрей добрался за четверть часа с учетом, что немного поплутал по посадским задворкам. Местечко оказалось приятным, устроенным по европейскому образцу, со своей школой, магазинами, фитнес-центрами и медицинским центром. Коттеджи не прятались за глухими купеческими заборами, почти перед каждым имелась лужайка с парковочными местами, отгороженная максимум живой изгородью высотой по грудь. Глуховский дом оказался в конце неширокой улицы, сразу за ним начинался небольшой парк, переходивший в лес. Андрей оглядел трехэтажный коттедж, прикидывая, сколько этакая радость может стоить, и направился к широкому крыльцу. Сбоку виднелась грузовая «Газель», входные двери были настежь открыты. Едва Андрей оказался на середине лужайки, как в дверях появилась невысокая, очень полная женщина в сером платье, заторопилась навстречу.

— Продали, — махнула она в сторону дома, — вчера новый хозяин ключи забрал, сегодня последнее вывозим.

И мило улыбнулась.

— Как продали? — возмутился Андрей. — Мне Серега вчера из Италии звонил, предложил за хорошую цену. Жалко как. Вот повезло кому-то!

И душой ни капли не покривил при этом, Глухов действительно отдавал дом чуть ли не за полцены, как сам говорил, лишь бы сбагрить побыстрее и рассчитаться с долгами. Женщина кивнула, вид у нее сделался расстроенный.

— Уж нам как жалко, — в ее речи слышались южнорусские нотки, — так жалко, так жалко! Петеньке будет плохо в городе, у мальчика астма, только здесь без лекарств обходился. Зря Сергей это затеял, они тут так хорошо с Наташенькой жили, на природе. Сергей к ним часто приезжал…

— У мальчика? — невольно выпалил Андрей — и тут же прикусил язык. Женщина прижала пухлые ладошки к груди и стала похожей на матушку-кормилицу, ну чисто иллюстрация к умильным немецким сказкам.

— Восемь лет ему, болеет с рождения, — жаловалась она Андрею, — Сергей его так любит, так любит…

Андрей не слушал ее воркования, в голове мигом сложилась новая картинка: больному Петеньке восемь, Митьке шесть, стало быть, Петеньку Глухов заделал еще в браке с Ритой. «А он не промах, директор наш», — Андрей старательно держал расстроенную физиономию и сделал самый заинтересованный вид, решив уточнить кое-какие моменты.

— Астма? — переспросил он, — надо же, какая досада, такая хорошая семья.

Тетенька перекрестилась на куст поблизости, зачем-то оглянулась и проговорила вполголоса:

— Это сейчас у них все складно, а первая жена Сергея сумасшедшая была.

— Как сумасшедшая? — старательно удивился Андрей, подошел ближе. Тетка, похоже, соскучилась тут в одиночестве и охотно трепалась на интимные темы, выбалтывала сведения, за огласку которых ее гнать надо из дома, и чем быстрее, тем лучше.

— Говорила, что повесится, если Сергей ее бросит, — сообщила женщина, — он полтора года ждал. А потом ушел-таки, и все у них с Наташенькой теперь хорошо. Только вот заболела она…

Полтора года — Андрей быстро прикинул в уме даты и события. Титова называла примерно тот же срок, когда умер отец Риты. Пока все сходится. Глухов прямо рыцарь, мать его, не лапшу Наташеньке вешал, а поступил как мужик, бросил постылую жену и ушел к истинно любимой. Тетка снова перекрестилась.

— Заболела? — очнулся Андрей. — Серьезное что, Сергей в курсе?

Тетушка поджала губки, недовольно поглядела вбок и проговорила:

— Не в курсе, Наташенька не велела ему звонить.