Месть длиннее жизни - Кирилл Казанцев

И тут накрыло, как обычно бывает после пережитого, когда побывал на краю и чудом вернулся обратно: взмок, руки задрожали, к горлу подкатила тошнота, а голову сдавило так, что едва сознание от боли не потерял. Обезболивающее пришлось кстати: Андрей проглотил капсулу и сел на продавленный диван. Перебрал мысленно еще раз сегодняшнее утро эпизод за эпизодом, понимая, что повезло не по-детски. Рейдеры оказались не пальцем деланные, и башка у них варит будь здоров: одна фишка с голубем чего стоит. Отвлекли умело, качественно, и чуть-чуть им везения не хватило до финала дело довести, силы равны оказались, и еще неизвестно, чья возьмет. Одна надежда, что Глухов вернется через пару дней, шепнет, кому следует, и последнего бандита силы правопорядка непременно отловят. А вот второму, похоже, уже ничто не поможет, как и голубю, будь он неладен, хотя если «Скорую» кто вызовет, то, может, еще и выкарабкается. И сдавать Глухову, стало быть, некого, кроме Риты. С нее толку мало, конечно, больше слез и эмоций, чем фактов, но хоть что-то, кроме его слов, она единственный свидетель, как ни крути, и поговорить с ней надо сегодня же, предупредить, что так будет лучше для всех. Если не дура, то поймет, что от Глухова скрываться бесполезно.

К желтой пятиэтажке Андрей подошел ближе к вечеру, постоял, глядя на окна. Шторки прикрыты, непонятно, есть кто дома или пусто там, синего «Ситроена» поблизости тоже не видно. Поднялся на третий этаж, надавил кнопку звонка. В ответ тишина, Андрей, как ни старался, не смог выжать из устройства ни единого звука. Постучал, прислушался к тишине за дверью. Показалось, что там есть кто-то, послышался легкий звук, но дверь не открылась. Стукнул еще раз, потом еще, уже сильнее, потом грохнул кулаком в створку что было сил.

— Рита, откройте, надо поговорить! — крикнул, наклонившись к замочной скважине, но зря старался. В квартире по-прежнему тишина, открывать ему никто не собирался. Зато в соседней двери заворочался ключ в замке, раздался недовольный голос:

— Чего надо? Я полицию сейчас вызову!

Андрей повернулся на старческий голос. Тот доносился из-за обитой ободранным дерматином двери, предусмотрительно закрытой на цепочку, виднелись лишь седой клок волос над морщинистым лбом и кривые очки: они развалились пополам и держались за счет намотанного на дужку переносицы скотча.

— Чего надо? — зло бросил дед. — Нет там никого, никто не живет давно. Проваливай…

— Я Маргариту Романову ищу, — выпалил Андрей, — это ее квартира?

Не совсем понятно, что дед имел в виду под «никто не живет», но уточнять времени не было. Что значит никто не живет, когда он сам тут недавно отлеживался? Дед из ума выжил на старости лет, такое в жизни бывает.

— Ритка? — уже другим голосом уточнил старик. — С чего это она снова Романовой стала?

Он привалился к стенке, подтолкнул пальцем сползавшие очки и заинтересованно глянул на Андрея. Тот, в свою очередь, смотрел на деда, который звякнул цепочкой, приоткрывая дверь.

— Не живет она тут давно, — проговорил он, — то ли продала, то ли собирается. То ли в банк заложила, за деньги. Последнее отдает, знать, совсем ее приперло.

Дед фыркнул, точно смешно ему было. Андрей подошел ближе, из квартиры пахло капустой и влажной сыростью, как бывает в старых домах.

— Давно не живет? — уточнил Андрей, припоминая свое недавнее пребывание в соседней квартире. Недолгое, но рассмотреть успел он достаточно, и сейчас те подозрения подтверждались. Квартира сразу показалась ему странной, нежилой, но тогда он списал все на болезнь сына Романовой, что она отвезла мальчишку к родителям, прихватив все его вещи. И свои заодно, как понял сейчас, вспомнив голые стены и гулкую пустоту комнат. А теперь история оборачивалась другим боком.

— Как с мужем разошлась, — сообщил дед, поправляя очки и разглядывая Андрея через мутноватые стекла — А уж любовь у них была, ну чисто огонь! Это ж Серегиной бабки квартира, после ее смерти ему отошла, — значительно выдал старик, — они с Риткой тут целыми днями торчали, любовь крутили. Потом отец ее настоял, чтоб она домой вернулась, и расписаться им разрешил. Сынок у них родился, Митька, все хорошо было. Потом отец Риткин помер, а муж ее из дома выгнал. И дачу забрал в Шильцах, и квартиру в новом доме, и все машины, плоские такие, быстрые, а ей с Митькой эту халупу оставил. Она сына родителям отдала, сама вены резать пыталась, ее в психушку забрали…

— Риту в психушку? — Андрей не успевал за событиями из дедовой болтовни, да и концовка у приторной лав стори оказалась нелогичной. Дед убедился, что Андрей неопасен, и охотно болтал с незнакомцем, правда, через цепочку.

— А как же, всех, кто на себя руки неудачно наложил, туда сдают. Я ей говорил: как-то вышел на балкон покурить, а она на перилах сидит, вниз смотрит. Я ей: если решила, то наверняка надо, или заколют «дурью», будешь всю жизнь как кабачок на грядке. Или забудь. Она не послушала, а я дело говорил, у меня внук перед тем, как под поезд бросился, от инопланетян спасался и вешаться пытался, но веревка оборвалась. Но он пил все, что горит. Я к нему ездил пару раз, пока силы были …

— Кто бывший муж Риты? — оборвал старика Андрей. Дед запнулся, удивленно глянул на Андрея.

— Так Серега же, он у ее отца работал, потом на Ритке женился…

— Фамилия у него есть? — Андрей просунул носок ботинка в проем, чтобы старик не успел захлопнуть дверь. Дед попятился.

— Глухов Серега, он сейчас заводом заправляет, — донеслось из полумрака, — его Риткин отец заново, считай, построил. И дом у них был хороший, и квартир три штуки, и машины, Ритка шуб себе накупила, бриллиантов разных, за границей по полгода жила. Все у них было…

— Давно умер? — дожимал старика Андрей.

— Да пару лет назад, мой Витька как раз первую летающую тарелку увидел. Кроме этой квартиры, у Ритки ничего нет, и ту продала, дура бестолковая…

Дед еще бормотал что-то насчет глупой Ритки, но Андрей сбежал по ступенькам, оказался на улице. Постоял немного у подъезда под мелкой моросью и пошел к машине, не забывая «проверяться». Последний рейдер пока бегает на свободе, расслабляться еще рано. Топал, обходя лужи, стараясь справиться с мыслями, думать в одном направлении, а не в десяти сразу, как бы ни хотелось сейчас. Попытался представить Риту и Глухова вместе, но получилось через силу, не казались они ему парой, как ни крути. А новость, что Рита — дочка первого владельца завода, напрочь выбивала из колеи. Романова и старше Глухова, и социальный статус у нее другой, и положение пусть и местечкового разлива, но к какой-никакой элите принадлежала. Тот, по его словам, начинал простым рабочим в цеху, а взлетел ну чисто как в сказке, только успех был самый что ни на есть реальный. Хотя последнее в свете недавних новостей легко объяснить. «Давно они вместе, почему расстались?» — Андрей сидел в машине и следил, как «дворники» разгоняют по стеклу капли дождя. «Получается, что Митька — сын Глухова, а мне он сказал, что детей у него нет. Наврал, не захотел говорить?» — Андрей отчаялся сам разобраться в этой каше и решил начать с первого владельца завода и стартовать уже оттуда. И на месте оказался уже с твердой уверенностью, что все проблемы — дело рук бывшей глуховской жены, а господина директора ждет большой сюрприз. «Романова просчиталась, сдав рейдерам бывшего муженька, но она ж не знала, что все не по их пойдет». — Андрей решил машину на парковке не бросать и въехать на территорию. У ворот сигналил минут пять, пока не появился заспанный охранник. От него разило перегаром, Андрей малость обалдел от такой наглости, но решил сделать вид, что ничего не заметил, а в кадрах выяснить фамилию работничка и доложить Глухову, пусть сам разбирается. А через десять минут понял, что увольнять придется добрую половину сотрудников, ну через одного точно.