Месть длиннее жизни - Кирилл Казанцев

— Звонок не работает, — она осеклась, прислушалась.

Андрею показалось, что из квартиры слышатся шаги, но уверенности не было. Анютка грохнула кулаком со всей дури, крикнула:

— Пашка, открой!

— Чего пришла? — донеслось из-за двери. Голос был знакомый, Андрей сразу узнал его. Анютка показала на дверь пальцем: нате, мол, получите.

— Пусть откроет, — проговорил Андрей. Барышня скривила губы и проговорила негромко, чуть ли не носом ткнулась в дверь:

— Я тебе долг принесла, две тысячи. Помнишь, занимала до материной пенсии…

Дверь приоткрылась. Андрей бросил деньги на пол, плечом навалился на створку и ввалился в прихожую. С ходу врезал Мартынову промеж глаз, показал обалдевшей Анютке кулак:

— Молчи, или башку тебе оторву.

Барышня кивнула и пропала с глаз долой за дверью. Андрей повернул торчащий в замке ключ, кинул его в карман и поволок Мартынова в ванную. Перекинул, как тряпку, через бортик облупленной, в желтых разводах емкости, включил воду, душ и лил на голову шапочника, пока тот не пришел в пригодное для общения состояние. Замычал членораздельно, захлюпал носом, крови на желтом в пятнах дне стало меньше.

— Где Романова? — Андрей дернул Мартынова за волосы.

— Почем я знаю, — гнусаво отозвался тот и принялся отплевываться.

Андрей рванул еще разок, сильнее, задрал Мартынову башку и зажал ему нос. Шапочник задергался, закрутил башкой, и тут глаза у него закатились. Андрей разжал пальцы, Мартынов грудью навалился на бортик ванной.

— Почем я знаю, — донеслось точно из колодца, — я ее тоже ищу, курву эту…

— Чего? — Андрей решил, что показалось, или он неверно интерпретировал утробные звуки из мартыновской тушки.

— Ищу, говорю, тоже, — прогудел тот, — она мне денег должна до фига.

Андрей подхватил Мартынова под мышки, оторвал от ванной и кинул на пол у раковины. Шапочник поднял голову, под глазами у него расползалась синева, рожа вымазана в крови, глаза в кучу, и видно, что соображает он неважно. Андрей легонько хлестнул его по щеке, Мартынов поджал ноги.

— В смысле — должна? — Андрей опасался, что Мартынов сейчас вырубится, поэтому воду пока не отключал. Тот принялся тереть рожу ладонью, размазывая кровь.

— За работу, — пробубнил он, задрав голову к потолку, — и не только мне. Куче народа задолжала. Обещала хорошие деньги и кинула, мне пожрать купить не на что…

— Кому еще должна? — оборвал его Андрей.

Мартынов скосил на него глаза.

— Ты их знаешь. — Он скривился то ли от боли, то ли в ухмылке.

Андрей пнул его по ноге, Мартынов побледнел.

— Подельникам твоим? — уточнил Андрей, и шапочник кивнул. — За что? — Еще один пинок отлично стимулировал угасшую, было, память.

— За помощь с заводом. — Мартынов подтянул сползшие треники и зажал пальцами нос, хоть кровь уже почти остановилась. — Они в доле, Ритке обещали что-то, когда ее бывшего муженька выпрут. Процент от сделки или должность на заводе, я не в курсе. Мне поручения давали, я выполнял, в чужие дела лезть не приучен…

Уставился в потолок и не двигался, Андрей присел на бортик ванны, в темпе соображая, как дальше строить разговор. Новость ошеломила, Андрей пока задвинул это новое знание в сторонку и хлопнул Мартынова по плечу:

— Завод ее бывшего мужа?

Мартынов легонько тряхнул башкой и разжал пальцы.

— Она бандитов наняла, чтоб завод своего отца себе отжать, а те облажались. Но я-то при чем? — Он смотрел на Андрея так, точно ждал жалости или поддержки. А вместо этого получил несильный удар в бедро.

— Где она? — Андрей схватил его за волосы и аккуратно приложил затылком о стену.

— Не знаю, говорю же! — кое-как проговорил Мартынов сквозь зубы.

— Не ври! — и врезал ему по щекам. Мартынов зажмурился.

— На фига мне врать, — пробормотал он, — я только телефон ее знаю.

— Звони. — Андрей схватил Мартынова за плечи и отодрал от стенки. Шапочник завалился набок и поджал колени.

— Звонил уже, пять раз, — еле разобрал Андрей. Наклонился к Мартынову и получил оглушительный удар в живот. Шапочник извернулся ужом, хотел врезать еще раз, но Андрей увернулся, хоть почти не соображал от боли. Вывалился из ванной, почти ничего не видя перед собой, догнал Мартынова у входной двери, повис у бандита на плечах. Шапочник лягался, что твой конь, матерился так, что уши вяли, крутился, но скинуть с себя ношу так и не смог. Андрей отдышался, кое-как пришел в себя, зажал Мартынову рот ладонью, пережал нос. Выждал, пока тот перестанет барахтаться, и скрутил ему руки найденным в шкафу ремнем. Прислонил полудохлого шапочника к стенке, пошел в кухню. По стенам и потолку носились потревоженные тараканы, сновали по грязной клеенке на столе, кидались под ноги. Холодильник грохотал, как самолет на взлете, в раковине громоздились грязные кастрюли и сковородки, на столе стояла почти полная пластиковая бутылка пива. Андрей вылил коричневую дрянь, набрал воды, вернулся в коридор и вылил ее Мартынову на голову. Шапочник зашевелился, замычал, Андрей врезал пустой бутылкой по мокрой макушке.

— Телефон где? — спросил невозмутимо, будто ничего не произошло.

— Там, — Мартынов кивнул в сторону комнаты, — у компа.

«У компа» — оказалось у ноута с крохотным экраном, рядом валялась пустая пачка из-под сигарет, стояла банка с окурками. Без звука работал телевизор, показывая какой-то сериал, на подоконнике валялись дохлые мухи, все вокруг покрывала пыль. Андрей нашел смартфон с разбитым экраном, вернулся к Мартынову.

— Номер? — тот назвал цифры, Андрей нажал вызов и слушал длинные гудки, пока не заговорил автоответчик.

— Я же говорил, — ухмыльнулся Мартынов, — не отвечает, сучка.

Андрей набрал номер со своего телефона, но с тем же успехом. Рита не отвечала, а после второй попытки раздалось «аппарат абонента выключен». Проверил мартыновский мобильник, обнаружил, что на этот номер тот действительно пытался дозвониться пять раз только сегодня. И вчера, и позавчера, но ответа не получил.

— Живи пока. — Андрей повернул ключ в замке, — Глухову тебя отдам, пусть он сам решает.

Мартынов ругнулся, сплюнул на пол.

— Руки развяжи! — крикнул он в спину Андрею.

— Перебьешься. — Он захлопнул дверь и пошел к машине. Ремень перекручен вполсилы, через час-полтора сам сползет, если Мартынов сообразит руками хорошенько пошевелить. А он сообразит, как догадается и из города смыться, но это не беда, отловить его не проблема. Та же Анютка внешность негодяя в лучшем виде обрисует, а уж полицейские всегда будут рады помочь господину директору.

У «Спиртного» толпа выросла в разы, слышались пьяные вопли, из распахнутой двери падал синеватый свет, сновали тени. Кто-то пил из горла, кто-то культурно, из стаканчика, Анютки в поле зрения не наблюдалось. Андрей выехал в центр, покрутился по ближайшим улицам чисто для собственного успокоения, ничего подозрительного не заметил и поехал в свое гетто. По дороге все думал, как доложить Глухову о результатах, по факту получалось, что сдавать придется мелкую сошку: Мартынова да бандита, что сбил женщин в Шильцах. Негусто, но их показания легко проверить, а рейдер с разбитой рожей запросто выведет Глухова на своих хозяев, и тот пусть сам решает…