Секретный модуль - Валерий Рощин

– А что стало с ребенком?

– Дочери Успенского повезло больше других. Она лежала рядом с отцом – в шоковом состоянии и вся перепачканная его кровью. Это, видимо, ее и спасло.

– Каху взяли?

– Нет, – тянется шеф к сигаретной пачке. – Он был убит наповал первым же выстрелом лейтенанта милиции. К слову, того настолько потрясло увиденное в лаборатории, что его пришлось на неделю отдать в руки профессиональных психологов.

Внимая боссу и переваривая услышанное, я совершенно упускаю из вида главное. Улучив момент, интересуюсь:

– Сергей Сергеевич, ну а при чем же тут мы – боевые пловцы «Фрегата»? Мои ребята научных степеней не имеют…

Он слишком умен, чтобы не предвидеть моего вопроса, поэтому, не дослушав, перебивает:

– Все просто и вместе с тем невероятно сложно. Вскоре после той неприятной истории доктор наук Успенский и его семилетняя дочь бесследно исчезают, а работы по созданию уникальных газовых смесей прекращаются.

– Навсегда?

– Не навсегда, но почти на двенадцать лет. Лишь в начале 2004 года наша разведка сумела добыть кое-какие сведения, намекавшие на серьезные попытки американцев повторить успех доктора химических наук Успенского. В бюджете сразу нашлись деньги, и работы возобновились.

– Ее построили так быстро?

– Да. Когда люди во власти боятся чего-то по-настоящему – проблема решается мгновенно. Лабораторию построили менее чем за год и со всеми мерами предосторожности.

– И кто же теперь этим занимается, если злой гений куда-то испарился?

– Недостатка в талантливых людях наша страна никогда не испытывала, верно? – посмеивается босс. И тут же становится серьезным, если не сказать мрачным. – Одним словом, из лаборатории, где происходили эксперименты с этим чертовым газом, поступил сигнал бедствия.

– И что? – не понимаю его намеков.

– А то, Черенков! Секретная химическая лаборатория находится в одном из модулей научной станции «Ангар-004».

– «Ангар-004»? Никогда о такой не слышал.

– Немудрено. По ряду причин мы предпочитали не распространяться об этом объекте. Официально лаборатория занимается изучением животного и растительного мира озера Байкал; тамошние ученые время от времени публикуют результаты своих исследований, участвуют в международных конференциях. Кстати, по соседству – в пяти километрах – болтается американская лаборатория с учеными из разных стран.

– Что обозначает индекс «два ноля четыре»?

– Год постройки новейшей лаборатории.

Вероятно, моя удивленная физиономия начинает раздражать Горчакова. Покашляв в кулак, он торжественно произносит главное:

– Суть проблемы состоит в том, что сия лаборатория покоится на глубине пятидесяти метров. Вот здесь…

Развернувшись к карте, он вооружается указкой и тычет ее острием в одну из бухт восточного побережья Байкала.

– Усекаешь?

Да-а… Любите вы, Сергей Сергеевич, напустить туману…

– Вот такой у нас получается нанокрокодил, – барабанит генерал тонкими пальцами.

– Сколько нужно людей и когда собирать манатки?

Резко поднявшись, мой босс заканчивает беседу:

– Отбери человек восемь. Вылетаем ближайшей ночью…