Тюрьма, зачем сгубила ты меня? - Владимир Колычев

– Кто?

– Я не знаю… Пожарные сказали, что это был умышленный поджог…

– А деньги?! – спросил Георгий с надеждой. – Ты же говорила, что продала дом.

– Продала, – жалко кивнула она. – Были покупатели. Составили договор, договорились с регистрацией, обещали за день-два сделать. Они бы завтра забрали свидетельство о регистрации, а я бы забрала деньги… Но нет больше дома. Покупатели отказались отдавать деньги…

– Они что, сразу узнали о поджоге?

– Да, сразу.

– Может, это они и подожгли дом?

– Зачем?

– Чтобы деньги обратно вернуть.

– Они приличные люди. Им легче было бы расторгнуть сделку, чем поджечь.

– Дом застрахован.

– Частично. Всего на двести тысяч рублей… Да и деньги раньше чем через месяц не получишь…

– А мне деньги нужны завтра!

– Придется немного потерпеть… Я договорилась в банке, мне дадут кредит… Но на это нужно время. Минимум неделя…

– Сразу надо было договариваться.

– Но ты же сам сказал дачу продать…

– Я же не знал, что она сгорит. И в регистрации у нас блат… Короче, делай что хочешь, но чтобы завтра деньги были.

– Я наскребла четыреста тысяч.

– Мало. К Вадиму сходи. Он, конечно, не Рокфеллер, но, может, хоть стошку накинет…

– Может, лучше к Максу?

– Он в Москве?

– Нет, я его здесь видела.

– Тогда к нему! И чем быстрей, тем лучше!

Сейчас Карцева могло радовать только то, что Екатерина целиком и полностью стоит на его стороне. Девятьсот тысяч – деньги не шуточные, но она готова добыть их любой ценой, лишь бы выручить мужа из беды… Но не было радости. Только тоска до тошноты в горле и горькая жалость к самому себе.

После свидания с женой конвоир должен был отвести его в камеру, но он доставил его в кабинет начальника оперчасти.

– Ну что с деньгами? – вроде бы участливо, но со скучающим видом спросил майор Сизов.

– Пока никак, – с обреченным видом кивнул Карцев. – Сгорели деньги, вместе с дачей…

– Дача сгорела?

– Только стены остались.

– Незадача.

– Как будто нарочно кто-то постарался.

– Кто?

– Хотелось бы знать…

– Не думаю, что это пособники Скачка.

– Зачем им это? Им деньги нужны… Завтра они к жене моей за деньгами придут. А если она не достанет?

– Друзья у вас на воле есть? – в раздумье спросил Сизов.

– Да, есть… Но они сейчас на мели. У Вадима фирма своя, но у него не особо разживешься. Макс хорошо поднялся, если он сейчас здесь, то поможет…

– Поможет, то есть денег даст?

– Точно. Без процентов и без гарантий… Лишь бы только Катя его нашла…

– С деньгами вы уж сами разбирайтесь. Меня больше ваша безопасность интересует. И безопасность вашей жены, если уж на то пошло. Пусть завтра с ней друзья ваши будут. Если ваш Макс такой богатый, пусть охрану к ней приставит…

– Мне бы Максу позвонить…

– Как?

– Вот я и думаю, как…

На столе начальника оперчасти стоял телефон с наборником номера. По нему можно было бы позвонить Максу.

Сизов понял намек, показал на телефон.

– Что ж, называйте номер.

– Я только что с ней говорил, – вспомнил Карцев. – Она к Максу должна была ехать. Вряд ли доехала… Мне бы попозже позвонить…

– Когда?

– Ну хотя бы часиков в семь вечера.

– У вас должен быть мобильный телефон.

– Не положено, – мотнул головой Карцев.

– Так уж и быть, я закрою на это глаза.

– Есть телефон, а что толку?

Сотовые телефоны были у многих, но ни один из них не мог обеспечить связь с волей. В тюрьме круглосуточно работал мощный генератор помех, глушитель сотового сигнала.

– Могу посодействовать. Сегодня вечером ровно в восемнадцать тридцать я отключу генератор. Но всего на пять минут… И завтра. В то же время. Чтобы вы позвонили жене…

– Спасибо большое.

– Чем могу, тем помогу. Но не более.

– Я понимаю…

Вернувшись в камеру, Карцев первым делом достал из тайника мобильный телефон. Для вида попытался позвонить раз, другой. Федя Скачок не обращал на него внимания, преспокойно играл в нарды с Гудком. Лишь один Дема, глядя на него, с презрительной гримасой покрутил пальцем у виска.

Но Георгий продолжал набирать номер жены. И ровно в восемнадцать тридцать, как и было обещано, он смог услышать ее голос.

– Катя! Как дела? Была у Макса?

Он торопился. За пять минут нужно было успеть и с женой поговорить, и подзабытый телефон Макса узнать.

– Была. Он обещал. Завтра с утра снимет со счета, передаст мне…

– Отлично, – облегченно выдохнул Карцев.

Отпала необходимость звонить Максу. С Екатериной будет говорить, пока генератор не включат.

Краем глаза он видел, как очумевший Дема лезет под подушку за своим мобильником.

– Ко мне уголовники приходили, – упавшим голосом сообщила Катя.

– Как – приходили? – содрогнулся от дурного предчувствия Георгий. – Когда?

– Только что ушли… В дом не заходили, вежливые такие, а глаза страшные-страшные… Я сказала им, что деньги завтра будут. Сказали, что…

Что сказали жене посланники Феди Скачка Карцев не узнал. Включившийся раньше времени генератор растворил голос жены в оглушительном эфирном шуме.

– Черт! – вслух выругался Дема, который, похоже, кому-то дозвонился, но не успел сказать ни слова.

Глянув на Карцева, он сполз со своей шконки, подошел к нему. Подозрительно спросил:

– Слышь, а как ты узнал, что менты глушилку вырубят?

– Это что, предъява? – вскинулся Георгий.

Дема был для него дешевой сявкой, с которым совсем не боязно было связываться. И кулаком в морду заехать – без проблем. Если, конечно, смотрящий позволит.

– Что за шум, а драки нет? – поднимаясь со своего места, спросил Скачок.

На лице все та же фирменная простодушная улыбка, но Карцев уж знал, какой черноты душа за ней скрывается.

– Да, это, телефон вдруг заработал, – сконфуженно сказал Дема. – А Гоша сигнал поймал. Говорил с кем-то…

– И что?

– Ну, подозрительно… Может, подсказал ему кто, что глушилку отключат…