Тайна острова Солсбери - Сергей Зверев

Поверженная троица ползала по полу, кряхтела, стонала и размазывала по лицам кровавые сопли. Я, Чубаров и уголовник ответили молчанием. А что было говорить, когда и так все ясно?

– Кто устроил беспорядок? – высверливал охранник злобным взглядом каждого, кто стоял на ногах.

Один из ползавших выплюнул кровавый комок и громко выругался матом. За что моментально получил удар дубинкой по башке.

– Повторяю вопрос! Кто устроил беспорядок?! – допытывался блюститель порядка.

Проанализировав детали ристалища, он подошел ко мне. – Ты?!

– Выходит, я.

– Всем присутствующим штраф по тысяче долларов! А тебе – сутки карцера! – объявил он вердикт.

Я попытался обжаловать приговор:

– За первое нарушение полагается штраф.

Не говоря ни слова, сержант взмахнул палкой и огрел меня по плечу.

Помимо простой ударной функции, дубинка была оснащена электрошокером. Получив сильнейший разряд, я отключился…

* * *

Пока меня тащили по коридору, везли в лифтовой кабине и снова волокли под руки, я пребывал в полубессознательном состоянии. В памяти остались лишь бессвязные обрывки и смазанные картинки проплывающих мимо бесконечных дверей.

– В следующий раз поселишься здесь на неделю, и посмотрим, выйдешь ли ты отсюда живым! – отрезал сержант, бросая вслед оранжевый комбинезон. – А пока посидишь сутки. На воде и черством хлебе…

Металлическая дверь гулко хлопнула, отрезав меня от остального мира. Я остался наедине с самим собой в чулане размером два на полтора метра. Цементный пол, вырубленные в скале стены и крохотное окошко над дверью, зачем-то перетянутое решеткой. Сквозь него пробивалось немного света из коридора, по которому меня волокли, прежде чем бросить в карцер.

С трудом поднявшись, ощущаю головокружение от полученного удара током. Мышцы плеча прилично побаливают.

Отыскав на полу вещи, одеваюсь, ибо успел изрядно продрогнуть. Придя в себя, обхожу по периметру временное пристанище.

– Придется почивать на полу. – Нагнувшись, ощупываю цементную стяжку. Пол чертовски холодный. – Нет, сон откладывается до лучших времен. Иначе эта шахта станет моим последним местом работы…

Всю ночь я вышагивал вдоль стен, вспоминал свою жизнь, службу во «Фрегате», боевых товарищей, коих судьба после расформирования отряда и увольнения разбросала по всей стране.

Затем память отчетливо восстановила образ Катрин Кораблевой, ее веселую смешливость, наивную доверчивость ну и, конечно же, великолепную «лечебную» грудь. «Где Катрин сейчас и чем занимается? – думал я. – Готовит очередной сюжет для телевидения или спит после тяжелого рабочего дня? Вот вернусь через год с шахты и первым делом наведаюсь к ней. Соскучился…»

Потом почему-то вспомнился пожилой сосед дядя Паша, приютивший в гараже моего «шведа»; его великое пристрастие к рыбалке. Припомнив растерянность Павла Петровича, когда он оправдывался по поводу неиспользованных динамитных шашек, я невольно улыбнулся…

Часто память подкидывала впечатления от перелета на остров Солсбери. Я попытался восстановить черты лица юного парнишки по имени Василий, которого избивал на аэродроме плечистый бородач в синем комбинезоне. Не вышло, слишком мимолетным было наше знакомство.

– Интересно, как он там поживает, на острове Земля Александры? – улыбнулся я. – Все так же разгружает самолеты или перебрался на Большую землю? Тяжело ему, наверное. Совсем еще пацан…

Позже представлял изумленное, уставшее лицо бывшего доктора Чубарова, помогавшего упаковывать в мешки внутренности погибших людей. Пытался разобраться в устройстве шахты и ее уровней. По крупицам восстанавливал разговор с менеджером Баталиной и счастливчиком Анатолием Евграфовым, сорвавшим хороший куш в каком-то турнире…

Ближе к утру я все отчетливее понимал, что встрял в какую-то жуткую авантюру. В какую именно – предстояло разобраться в процессе работы.

«А для того чтобы выяснить это и остаться в живых, мне следует быть осторожнее: не перечить и не навлекать на себя гнев местного начальства, – решил я для себя.

– Иначе мои останки кто-нибудь тоже будет соскребать лопатой с цементного пола…»

Подустав бродить по карцеру, я присел на корточки, привалился спиной к холодному камню стены. И сам не заметил, как отключился…