Тайна острова Солсбери - Сергей Зверев

Я неплохо выспался и плотно позавтракал в столовой, отметив про себя, что хорошая кормежка – единственное, в чем не обманула в московском офисе стерва Баталина. Затем появился комендант и грозным голосом поставил задачу: до полудня очистить подвижную створку ангара. Это нужно сделать для того, чтобы вертолет мог слетать на соседний остров за очередной партией продуктов.

Закутавшись в теплые куртки, мы подходим к одному из рабочих лифтов и поднимаемся на сверкающий глянцем уровень № 3 под названием «Офис».

Здесь встречает свора охранников во главе с сержантом.

Перед посадкой в парадный лифт они производят процедуру тщательного досмотра. Один шмонает наши карманы и ощупывает одежду, другой осматривает обувь, третий тщательно сканирует тела металлодетектором. Мы молча обалдеваем: откуда у нас оружие и прочие запрещенные штучки? И вообще, зачем подобная строгость?! Разве это режимный объект?.. Но деваться некуда, терпим. Ведь о жестких правилах и железной дисциплине нас предупреждал господин гаулейтер. То есть комендант.

Заходим в чистенькую кабину и несколько долгих секунд любуемся подмигивающими лампами…

Подземелье изрядно поднадоело, и я снова представляю бесконечный арктический простор. Ровную, как бильярдный стол, поверхность из скальной породы, местами покрытую льдом или снегом, и ничего вокруг на десятки километров. Ничего, кроме раздвижного ангара – ребристой конструкции из прочного металла. Неудивительно, что в период обильных снегопадов конструкцию изрядно заметает, и мощные электродвигатели не справляются со своей задачей – раздвижной механизм попросту заедает. Наверное, ночью шел снег, поэтому местное начальство с раннего утра и снарядило наверх бригаду из прибывших новичков.

Долгожданный толчок, от которого слегка холодеет в груди – лифт замирает внутри внушительного бетонного бункера, устроенного под крышей ангара. Двери бесшумно расходятся в стороны, и наши лица сразу ощущают невероятный холод, обитающий на поверхности. И как здесь работает бригада авиационных техников?.. Внизу работа потяжелее, но температура все же комфортнее.

Подходим к ящику с инвентарем. Дядька в синем комбинезоне выдает лопаты.

Все формальности позади. Мы под бдительным оком охраны направляемся к маленькой калитке, врезанной в неподвижную часть ангара.

Охранник с сержантским шевроном набирает код, вставляет в прорезь хитрый ключ и делает два полных оборота. Калитка легко открывается, и мы поочередно вываливаемся наружу.

У самой калитки снега нет – за чистоту этих трех квадратных метров, вероятно, отвечает бригада ребят в синей одежде.

– Ого! – оценивает объем работы бывший врач. – Да тут до вечера не управиться…

За ночь снегопадом ангар занесло примерно до половины его высоты, и поработать нам придется ударно. Мы с Чубаровым сразу же беремся за расчистку прохода вдоль стены – без прохода откидывать снег от створки неудобно. Остальные выстраиваются гуськом, идут следом и расширяют проход…

* * *

Половина работы выполнена. Мы расчистили проход вдоль сдвижной крышки с одной стороны ангара. Теперь предстоит сделать то же самое, но с другой стороны. Через каждый час работы охранники дозволяли нам немного передохнуть, а сейчас объявили о двадцатиминутном перерыве. Мы и впрямь устали.

Работяги дымят сигаретами, мы с Чубаровым сидим в сторонке. Он жалуется на свою жизнь, я вполуха слушаю, думая о своем…

До сознания с опозданием доходит смысл фраз.

– Честно признаться, с женой мне не очень повезло. Она красива, стройна, обладает утонченным вкусом; неплохо готовит, когда захочет. Но последние пару лет буквально помешалась на деньгах и запилила: бросай свою медицину, устройся в коммерческую структуру или поезжай куда-нибудь на Север, где хорошо платят…

– Сама-то работает?

– Нет. Окончила гуманитарный колледж по специальности «Техника и искусство фотографии», но подходящую работу так и не нашла.

– Сидит дома, чистит гнездышко и встречает вкусным ужином?

– Ни то, ни другое и ни третье, – кисло признается Чубаров.

– Чем же она занимается?

– Ходит с подружками по дорогим магазинам, часами трещит с ними в кафе…

Он рассказывает, как познакомился с будущей женой в ночном клубе, как ухаживал за ней и добивался расположения. Говорит о ее капризах и любви к дорогой обуви, одежде, золотым украшениям.

– Вот скажи, – начинаю понемногу заводиться, – на кой черт она тебе нужна?

Отпрянув от неожиданной прямоты, врач глядит на меня широко раскрытыми глазами. И, оправдываясь, мямлит:

– Но я люблю ее…

– Ну-ну. Приискал себе подружку в клубе, «купил» за два коктейля и теперь удивляешься, почему она не работает, не готовит, почему у нее все валится из рук. А раньше ты о чем думал? Надеялся, что она единственный раз в жизни решила смотаться в ночной клуб, а тут подворачиваешься ты – весь такой неотразимый.

Андрей Викторович мычит что-то невразумительное.

– Теорию вероятности проходил? – наседаю я.

– В школе…

– Ноль процентов и восемь нулей после запятой. Понял?

– Да, – грустно соглашается он, – женщина – это тайна.

– Ага. Покрытая макияжем.

– А я – неудачник…

Кажется, он намеревался сказать что-то еще, но старший охранник громко объявляет об окончании перекура.

Смотрю на опущенную голову врача, на сутулую спину и худые плечи. Мне становится жаль беднягу.

– Ладно. Пошли работать, – поднимаюсь и тяну его за руку. – Еще один штраф, и наши заработки уйдут в минуса…

* * *

Работается на свежем воздухе хорошо. Невзирая на тяжелый труд по расчистке подвижной конструкции, отправиться наверх и помахать лопатой, уверен, мечтает любой из сотен работающих под землей шахтеров. Что ни говори, а свежего воздуха внутри черной скалы не хватает. Там его не может быть по определению.

К обеду мы справляемся с задачей – подвижная створка и ее направляющие полностью очищены от снега. Возвратившись под крышу ангара, укладываем в ящик инструменты и, уставшие, плетемся к «доту».

Сержант подгоняет:

– Живее! Свое теряете время! На обед дается ровно сорок пять минут.

Сделав пересадку на чистеньком уровне, спускаемся в свой гадюшник и сразу идем в столовую. Здесь уже полно народа – обедает свободная смена шахтеров.

Встаем в очередь и двигаемся вдоль раздачи, постепенно заставляя подносы тарелками и стаканами. Впереди перед нашей компанией маячит чернокожий парень в такой же ярко-оранжевой одежде. Невольно удивляюсь: «Откуда он здесь?! Каким ветром занесло выходца из жаркой Африки в российское Заполярье?..»

Негр довольно общительный и неплохо говорит по-русски, правда, со смешным акцентом. Вокруг собралась компания гогочущих мужиков, он же, ощущая себя в центре внимания, не перестает сыпать шутками. Ближе других к нему стоял высокий крепкий парень лет двадцати семи; несмотря на молодость, голова парня была абсолютно лишена волосяного покрова.