Автономка - Сергей Самаров

1

Распечатку переговоров подполковника Елизарова с его руководством вскоре принесли. Начальник штаба бригады к тому времени уже ушел по своим делам, но отправить экземпляр пришедшего документа в казарму, где командир взвода с командиром роты дожидались его, не забыл.

В беседе, которая велась при помощи клавиатуры, ни разу не было названо имен и званий, кроме имени полковника Самойлова, которому, как решили собеседники, пора уже запускать информацию, чтобы вызвать к действию и старшего лейтенанта Арцыбашева, «разработка» которого велась в настоящее время. Тем не менее сразу было ясно, что это говорят не просто участники одной операции, но соучастники преступления. Однако до полного выяснения обстоятельств он сдержался: сказалась привычка военного разведчика сначала обдумывать все данные, а потом делать заключение.

В принципе, никакого для себя открытия спецназовцы не сделали. Беседа только подтверждала то, что почувствовали из разговора с Михаилом Афанасьевичем и сам старший лейтенант Арцыбашев, и начальник штаба бригады подполковник Совкунов. Причину, чтобы добраться до компьютера, подполковник Елизаров нашел подходящую. Хотел, дескать, отправить фотографии для оценки специалистом. Он это и сделал, и получил тот ответ, который передал Василию Ивановичу. Но успел поговорить и о многом другом. Необходимость пользоваться именно компьютерной связью Михаил Афанасьевич сам объяснил собеседнику: он видел на огороженной забором территории несколько мобильных радиолокационных станций, находящихся в рабочем положении. И потому боялся, что его телефонный разговор прослушают.

Относительно РЛС подполковник Елизаров не ошибся. Они в самом деле были в рабочем состоянии, причем на постоянной круглосуточной основе, только эти станции никакого отношения к бригаде спецназа ГРУ не имели. За забором территории бригады, окруженная собственным забором, находилась воинская часть ПВО, которая не занимается такой мелочью, как прослушивание телефонных разговоров, хотя часто создает в этих разговорах помехи. Подполковнику ФСБ следовало бы сначала узнать, в какие места он отправляется. Ведь никто не заставлял его пользоваться компьютером бригадного узла связи. Можно было и догадаться, что этот компьютер достаточно легко проконтролировать. Елизаров рассчитывал на то, что в нем видят не просто союзника, а представителя системы «Господь бог и компания», которая одна только и способна помочь старшему лейтенанту Арцыбашеву найти убийц своего отца. И потому испытывают чуть ли не благоговение. И не учел при этом, что любые несоответствия военные разведчики улавливают автоматически, на подсознательном уровне. А если возникают несоответствия, то сразу проявляют профессиональный интерес, поскольку понимают, что являются носителями многих военных тайн, и многие со стороны желали, чтобы они этими тайнами делились.

Подполковник Елизаров уже своим появлением в бригаде продемонстрировал первое несоответствие. Привлекать к следствию сына убитого генерала можно было прямо на месте и никак не задействовать при этом официальные источники. Если старшего лейтенанта Арцыбашева хотели использовать для работы в режиме «автономки», то это следовало бы делать втайне от командования спецназа ГРУ. Работа в «автономке» предусматривает неумение пользоваться законными методами следствия. И какая спецслужба пожелает показать другой спецслужбе, с которой порой и разногласия возникают, что прибегает к этим методам? Естественно, подполковник Совкунов это отметил сразу. Сам старший лейтенант, правда, несмотря на предупреждение начальника штаба бригады, сразу в ситуацию войти не смог, поскольку находился еще в маловменяемом состоянии. Кроме того, превалирующее в его состоянии чувство, желание найти и наказать убийц отца, играло на руку подполковнику Елизарову, и Михаил Афанасьевич это, конечно же, учитывал, когда заводил со старшим лейтенантом разговор. Но долго такое продолжаться не могло. К первому несоответствию почти сразу стали добавляться несоответствия новые, и разведчик их оценил и воспринял адекватно.

Василий Иванович дважды прочитал текст. Дважды же прочитал его и капитан Твердовский.

– Я из этого одного понять не могу, – сказал Дмитрий Евгеньевич. – Отставной полковник КГБ Самойлов работает на Нариманова или на ФСБ? Здесь можно и тот, и другой вариант допустить. Но в обоих случаях непонятно, какую роль они отводили тебе, Василий Иванович.

– Я думаю, что они вообще не отводили мне никакой роли, кроме как возможного носителя информации. А теперь мне хотелось бы знать, что они с ней собираются сделать. И что еще намерены мне предложить, кроме гипноза.

– Подполковника Елизарова разместили в гарнизонной гостинице. Уезжать сразу он не собирается. Значит, надеется еще что-то из тебя выудить.

– Я бы и сам хотел что-нибудь из себя выудить, – признался Арцыбашев.

– А я бы хотел вместе с тобой включиться в эту странную игру, даже если ФСБ не планирует включать тебя в нее, – сказал вдруг капитан.

– То есть?

– Что мы имеем? Совершено убийство, похищена сабля. Знаем, что ФСБ ведет с убийцами какую-то игру. Если они откажутся от твоей помощи, кто в состоянии запретить тебе вести самостоятельное расследование? Даже рассматривая дело с точки зрения буквы закона. Кто может запретить тебе?

– Командование, – неуверенно произнес старший лейтенант.

– Думаю, командование тебя поддержит. И я поддержу твое обращение к командованию. Со мной уже говорил Валерий Валерьевич. Отказ ФСБ от твоих услуг ситуацию не меняет. Мы можем начать действовать самостоятельно.

Василий Иванович тряхнул головой, будто сгоняя с себя остатки состояния, в котором он вернулся с похорон.

– А что, я с тобой соглашусь. Елизаров знает, кто убийца. Конечно, допрашивать Елизарова мы не будем.

– По крайней мере, сегодня и здесь, на территории бригады. А дальше лучше не зарекаться, потому что неизвестно, как карты лягут.

– И с этим соглашусь.

– Тогда пойдем к Валерию Валерьевичу.

* * *

Начальника штаба пришлось ждать, поскольку он был у командира бригады, а идти ко всему начальству офицеры сразу не решались. Конечно, сперва следует все обговорить с начальником штаба, а командира бригады обойти по краю все равно не удастся. И конечное разрешение в итоге дать должен все равно полковник. Потому сорок минут сидели в ожидании подполковника Совкунова.

Тот вроде даже и не удивился, увидев офицеров у своих дверей.

– Заходите. Чай заказать?

– Мы в служебное время не пьем, товарищ подполковник, – пошутил за двоих капитан.