Тельняшка – наш бронежилет - Сергей Зверев

Через неделю на пристани пришвартовался «Сомалиленд».

Капитан Газиф Букмассо подал в полицию заявление о пропаже своего компаньона Омара…

Вскоре Газиф стал полноправным владельцем «Сомалиленда». Газиф быстро уладил все дела и с полицией, получив от нее нужные бумаги, и с нотариусом… Газиф уже хорошо знал золотое правило жизни: когда имеешь деньги, то все дела можно делать быстро, очень быстро…

Теперь ему не нужно было ни с кем делиться… Теперь Газиф и в самом деле мог жить так, как ему хотелось… Многие ли из нас могут себе позволить такую роскошь — жить так, как им хочется?

«Сомалиленд», раскачиваясь на волнах, быстро несся вперед. Обычно чистое, безоблачное небо на этот раз хмурилось. Приближалось время муссонов. И еще радист, знающий все новости, сообщил, что ожидался циклон…

Радист-переводчик был самый грамотный в команде. В свое время он учился в далекой Москве, там он изучал разные языки… Матрос-переводчик был вторым человеком на судне после Газифа. Среди пиратов он пользовался огромным уважением за свои удивительные рассказы о холодном, как мороженое, белом пушистом снеге, тающем на лице и на руках, о белых женщинах, стоящих на улицах и смело заглядывающих в глаза проходящих мимо мужчин. Неважно каких — старых или молодых, главное для тех женщин было, есть ли у мужчин деньги… И еще он рассказывал…

Затаив дыхание и не сводя восхищенных взглядов с радиста, побывавшего в сказочной стране, матросы слушали его рассказы.

Газиф находился в рулевой рубке возле радиста. Радист покручивал ручку настройки рации. В наушниках он слушал то усиливающийся, то пропадающий сигнал.

— Он должен быть где-то в этом квадрате, — говорил радист, обращаясь к Газифу.

— Я и сам знаю, что он должен быть где-то здесь. Но где же он?

— Возможно, все это из-за низкой облачности. Возможно, он нас не видит… Еще и ветер усиливается, мешает ему нас увидеть, — заранее оправдывался радист перед Газифом.

В это мгновение с палубы послышались голоса:

— Капитан… Капитан, смотрите…

Газиф вышел из рубки на палубу и увидел, как из низких облаков вынырнул мотодельтаплан, словно первобытный сказочный ящер, пронесся он над «Сомалилендом». Ровное урчание мотора мотодельтаплана еще более усиливало ощущение чего-то необычного и сказочного.

Вся команда, в том числе и Газиф, рассматривала летательный аппарат с желтыми крыльями и маленького человека в шлеме, управляющего им.

Мотодельтапланерист сделал круг над судном, и пилот что-то выбросил в море. Небольшую желтую палочку, перевязанную в центральной части черными резинками. Палочка, упав в воду, тут же, словно поплавок у рыбака, приняла вертикальное положение, наполовину — до черных резинок — опустившись в воду.

Помахав рукой, пилот тут же, набрав высоту, исчез среди густых облаков.

— Есть… Есть радиобуй…

Газиф и сам видел радиобуй. Стоя у борта судна, он также видел, что к радиобую привязан черный целлофановый пакет.

Приказав команде поднять на борт радиобуй с пакетом, Газиф вернулся в рубку к радисту. А радист уже связался с нужными людьми. Теперь, когда радиобуй был близко, связь была устойчивой, и по этой причине радист был весел.

— Капитан, — обратился он к Газифу, — спрашивают, получили ли мы деньги?

— Передай, что деньги мы получили, — сдержанно ответил Газиф.

— Капитан, они говорят теперь, что нам надо уходить в седьмой квадрат. Это вот здесь. Здесь седьмой квадрат, — радист ткнул черным пальцем в жидкокристаллический экран монитора, разделенный на квадраты. На экране видно было все побережье Аденского залива, выкрашенное зеленым цветом…

— Какого дьявола! — взорвался Газиф. — Мы так не договаривались…

— Они говорят, что в седьмом квадрате скоро появится испанское судно. На судне, как говорят таможенники, находится богатый улов. Они везут телевизоры, бытовую технику, компьютеры…

— А этот сухогруз кому достанется? Вся добыча моя. Передай ему, что русский сухогруз мой. Моя законная добыча. Там контейнеры, и я не успел посмотреть, что в них находится.

Снова радист-переводчик заговорил на английском языке с невидимым собеседником. Время от времени он поглядывал на стоящего рядом Газифа, ожидая от него указаний.

Наконец он улыбнулся:

— Они говорят, шайтан с нами… Они дают нам сутки. А потом, они говорят, нужно будет срочно идти в седьмой квадрат. Они говорят, если мы вовремя не прибудем в седьмой квадрат, то там может быть Салех. Салех ждет от них указаний.

— Салех! — помрачнел Газиф. Но не надолго. — Дойдем. На наших моторах мы быстро дойдем. У паршивого Салеха нет таких мощных моторов.

Сказав это, повеселевший Газиф вышел на палубу.

Радиобуй с привязанным к нему пакетом уже подняли из воды, но пока никто к поднятым на борт вещам не притрагивался. Все знали о крутом нраве грозного капитана, без разрешения которого ничего делать было нельзя.

Газиф медленно подошел к радиобую. Отвязал от радиобуя черный пакет. Теперь уже не нужный радиобуй он отбросил в сторону, туда, где под брезентом лежали моторы резиновой лодки. Медленно стал разворачивать пакет.

Показались зеленые пачки. Вот они, доллары. Вот она, законная добыча, ради которой они рисковали жизнями.

— Ур-раа! — прогремело на палубе.

Подняв пачку долларов вверх, Газиф стал размахивать ею. Сейчас он напоминал фокусника, который на глазах изумленной публики извлек из цилиндра кролика.

Газиф с важным видом стоял перед своей командой. Нет, он был похож не на фокусника, сейчас он был похож на колдуна из своей деревни, которую он когда-то оставил.

Для своей команды сейчас он был значимее любого колдуна. Кем бы они были без Газифа? Они бы сейчас толкались голодные на рынке в Могадишо, они бы искали любую грязную работу за кусок хлеба, за лепешку из кукурузной муки. А сейчас под мудрым руководством Газифа они — пи-ра-ты… Сейчас они уважаемые люди, сейчас у них есть деньги и, вернувшись на берег, они смогут накормить своих родных и близких…

А сейчас с разрешения Газифа они будут гулять, отмечать свою победу…

Оглядывая свою команду, Газиф понимал, что сейчас команде нужен праздник. Нельзя все время держать людей в узде. Иногда им нужен праздник. Толпе нужен кнут. Но нужен и пряник. Это Газиф уже хорошо усвоил. Не зря он учился в университете. Он был мудрым капитаном.

Жалко, как жалко, что ему не удалось закончить учебу в университете. Сейчас он, возможно, был бы уже большим человеком в Могадишо. А может, и не в Могадишо, может, и во всей Африке…

— Гуляем, — сказал мудрый капитан Газиф.

— Ур-раа! — завопили пираты.

— Но, — капитан Газиф поднял вверх руку, требуя внимания, — гуляем два часа. А потом — за работу… Мы — не городская уличная банда, мы — пираты, мы благородные люди. У всех вас есть дети, родные, мы их должны кормить и содержать. От белых не убудет, если мы их немножко, словно куриц, общиплем. Они, белые, плавают в наших водах, они ловят нашу рыбу, они заставляют нас голодать…