Завещание олигарха - Чингиз Абдуллаев

– Как ты мог меня соблазнить?! Как я могла тебе уступить?! –крикнула она с неподдельным отчаянием в голосе. Она понимала, что разрыв сРинатом означает потерю того положения, в котором она пребывала последниемесяцы. И потерю тех невероятных доходов, которые у нее были.

– Хватит, – вдруг негромко произнес Ринат, – хватитустраивать показательные номера. Ты не на сцене.

– Он меня обманул, – заплакала она, – честное слово, он меняобманул…

– Ты была девушкой, а он лишил тебя невинности, –безжалостно произнес Шарипов, – а я, дурак, тебе верил. Мне говорили, чтотакие, как ты, не могут измениться. Ты порочна до такой степени, что тебяневозможно оставлять одну. Он накопил много сил для ночных игр? –поинтересовался Ринат, вспомнив ее слова.

В ответ она еще сильнее заплакала.

– Я не виновата, – сквозь слезы произнесла Светлана, –честное слово, я не виновата. Так получилось…

Изображать из себя ревнивого мавра в таких случаях простоглупо. Устраивать сцену – непродуктивно. Прощать – непростительная ошибка.Оставаться рядом – очевидный просчет. Ринат не сказал больше ни слова. Словабыли не нужны. Он повернулся и вышел из комнаты. Бас-гитарист снова поднялголову.

– Он ушел? – тихо спросил несчастный музыкант, так до концаи не понявший, за что именно его побили.

– Дурак, – всхлипнула Светлана, – нужно было тебе утром уйтив свой номер. А ты еще и заснул. Сколько раз я тебе говорила, что нужновозвращаться к себе. Я устала и заснула. А ты устроился рядом. Из-за тебя ясегодня такого богатого мужика потеряла. Настоящую дойную корову.

– А я при чем тут? – искренне удивился бас-гитарист, – тысама меня позвала. У меня вообще были другие планы.

– Я тебе покажу другие планы, – махнула на него рукойСветлана, – будешь всю жизнь на своей гитаре бренчать, дурак. Нужно деньгиделать, а не на сцене прыгать. Это я должна прыгать, чтобы вот таким мужчинамнравиться. Чтобы они платили за меня, хотели меня, любили. А такие, как ты,всегда будут без штанов ходить. С гитарой и без штанов.

– Почему без штанов? – обиделся гитарист. – Я их снимаютолько тогда, когда меня попросят.

– Вот именно. Ты только и можешь штаны снимать, когда тебяпопросят. Тоже мне бык-производитель. Головой работать нужно…

– Тебе ночью нравилось, – упрямо возразил музыкант, – развев первый раз? Зачем тогда сама меня зовешь?

– Нравилось, – передразнила она его, – мне много чтонравилось. Что тебе говорить, ты все равно ничего не понимаешь. Такого мужикаиз-за тебя потеряла… Как теперь я его верну?

– Найдешь другого, – бас-гитарист поднялся.

Она взглянула на него и вдруг улыбнулась.

– Такого, как ты, другого найти легко. Все мужикиодинаковые. Ты посмотри на себя. Даже сейчас успокоиться не можешь. А такого,как он, найти трудно.

– Это твои проблемы, – резонно заметил музыкант, – непонимаю только, зачем ты меня била? Что я тебе плохого сделал?

– И не поймешь, – зло и презрительно сказала Светлана, – разсразу не понял, никогда в жизни не поймешь.

Ринат вышел в коридор и увидел пожилую горничную. Онпротянул ей роскошный букет.

– Возьмите.

– Вашей девушке он не понравился? – улыбнулась она.

– Понравился. Но мне не понравилась сама девушка, – онпередал букет и пошел по коридору к лестнице.

Горничная долго смотрела ему вслед. Ринат спустился в холл ихотел позвонить своим телохранителям. Но потом решил, что попадет в неловкоеположение. Они догадаются, что произошло нечто неприятное. Гнать автомобиль всюночь, чтобы увидеться с женщиной на несколько секунд, а потом снова уехать.Нет, такой позор не для него. Ринат остановился. Значит, он еще ценит чужоемнение. Значит, ему так важно, что о нем думают остальные. Как глупо. Он ужедавно должен был на все просто махнуть рукой. Но он не махнул. И поэтому он нестанет искать своих телохранителей. Лучше выйдет отсюда и немного погуляет поКиеву. А потом перезвонит, чтобы они приехали за ним. Так будет лучше. И они нео чем не узнают.