Завещание олигарха - Чингиз Абдуллаев

Молодой человек оценил его юмор и кивнул, отходя от ихстолика. Ринат огляделся. За соседним столиком им улыбались сразу четыредевушки. Они весело смотрели в их сторону, смеялись и перешептывались. Талгатдемонстративно повернулся к ним спиной. Павел посмотрел на девушек иодобрительно улыбнулся им. Ринат скользнул по девушкам рассеянным взглядом. Онвсе еще был под влиянием своих мыслей и недавнего скандала с Лизой.

Им довольно быстро принесли напитки. И целую тарелку маслинпополам с оливками. Ринату понравились оливки, и он попросил принести еще однутарелочку.

– Может, поедем в ресторан? – предложил Талгат.

– Не нужно, – Ринат поднялся и сделал знак охранникам, чтобыоставались на своих местах.

В этом большом зале было достаточно много места и длятанцующих, и для сидящих за столиками посетителей. Очевидно, раньше здесь былдворец культуры одного из предприятий, находившихся в этом районе. Зданиеприватизировали, дворец культуры закрыли, стулья и кресла выбросили, провелинебольшую реконструкцию и сделали клуб, который мог приносить доход еговладельцам. Ринат с интересом смотрел на молодых людей, сидевших за столиками.Это было поколение уже совсем других людей. Они не помнили прежней страны ипрежних порядков. Они родились в конце восьмидесятых, и их детство пришлось набезумные девяностые, когда в течение нескольких дней или недель можно былостать миллионером или получить пулю в затылок. Они даже не подозревали, чтобывает другая система жизненных ценностей.

За одним из столов сидела девушка. Она смотрела куда-то всторону. Ринат обратил на нее внимание. Рядом лежала книга, которая смотреласьв этом клубе явно чужеродным элементом. Ему стало интересно, какую книгу моглапринести эта девица в клуб. У нее были красивые каштановые волосы, пухлые губы,ровный носик и очки, которые она все время поправляла. Девушка явно кого-тождала. На ней была темная длинная юбка и синий джемпер. Заинтересовавшийсядевушкой Ринат подошел поближе. Она взглянула на него. Не испуганно, а скореедружелюбно.

– Добрый вечер, – поздоровался Шарипов, – можно мне сестьрядом с вами за столик?

– У вас нет места? – спросила она. – Тогда можете садиться.Но учтите, что я жду свою подругу.

– Я не стану вам мешать, – он сел за столик, взглянул накнигу. Она была повернута таким образом, что он не мог разглядеть имени автора.Интересно, что читает эта девушка. Сколько ей лет? Восемнадцать илидевятнадцать? Книга была достаточно старая и потертая, это он сразу заметил.Или она взяла ее из библиотеки? Хотя кто сейчас ходит в библиотеки.

– Что вы читаете? – раньше он был менее бесцеремонным. Носейчас у него не было ни сил, ни желания на долгий флирт с этой девочкой. Ондаже не спросил, как ее зовут. Ему было интересно, какую книгу она принесла вэтот клуб.

– Ремарк, – сказала она, показывая истертую книгу, – это мойлюбимый автор.

– У вас хороший вкус, – удивленно произнес Ринат, – где вы нашлиэту книгу?

– В нашей библиотеке, – ответила девушка, – у своей бабушки.Я взяла почитать. Я уже прочла несколько его романов.

– Понравилось?

– Да, – у нее была хорошая улыбка и ровные белые зубы. Такиезубы обычно показывают в рекламных роликах, когда рекламируют зубную пасту.

– Кем была ваша бабушка? – поинтересовался Ринат.

– Почему была? Она и сейчас есть. У меня замечательнаябабушка. Она была преподавателем русского языка и литературы в школе. У неестолько учеников, есть даже один член-корреспондент. Но сейчас она в больнице.

– Что-нибудь серьезное?

– Надеюсь, что нет. Говорят, что у нее камни в желчномпузыре. Но их можно раздробить. Вот она и легла в больницу, чтобы ее камнираздробили и превратили в песок.

К ним подошел высокий парень в пиджаке, надетом на обычнуюбелую майку. Брюки у него были другого, нежели пиджак, цвета. Очевидно, такодевались «продвинутые» молодые люди.

– Пойдем танцевать, – этот хам даже не поздоровался.

– Нет, – ответила девушка, отвернувшись, – я не хочутанцевать.

– Пойдем, – снова сказал парень, – не ломайся.

– Я не хочу, – она говорила спокойным голосом, нераздражаясь, словно перед ней стоял ее давний знакомый.

– Вы его знаете? – наконец не выдержал Ринат.

– Первый раз в жизни вижу, – улыбнулась девушка, – но онхочет танцевать. По-моему, он немного выпил.

– По-моему, гораздо больше, – ответил Ринат, глядя на этогонаглеца.

– Ты пойдешь со мной танцевать? – снова спросил незнакомец.

– Она не танцует, – зло сказал Ринат, – отойди от нас. Ты жевидишь, что она сидит со своим парнем.

Девушка улыбнулась.

– А ты кто такой? – неизвестный с презрением посмотрел наШарипова.

– Ее друг, – ответил Ринат, – и советую тебе отойти.

– Ты мне не советуй, – разозлился незнакомец.

Ринат обернулся, взглянув на своих телохранителей. Емудостаточно было только поднять руку – и этого идиота вынесут отсюда ногамивперед. Павел и Талгат только ждали его знака. Но в присутствии этой девушки,которая любила Ремарка, ему не хотелось драться. И не хотелось звать на помощьохранников. Ему было как-то стыдно перед девушкой, которая, похоже, совсем небоялась парня.

Он не успел додумать эту мысль до конца, когда появилсяофициант. Тот самый молодой человек в джинсах. Он взял за локоть наглеца.

– У тебя проблемы? – спокойно спросил он.

– Никаких, – качнулся неизвестный, – никаких проблем.

– Тогда извинись и отойди, – посоветовал ему официант.

– Извините, – пробормотал неизвестный, быстро отходя отстолика.

Официант отошел следом за ним. Очевидно, здесь следили запорядком и безопасностью гостей достаточно серьезно. Девушка улыбнулась.

– А вы храбрый, – сказала она.

– Нет, – убежденно ответил Ринат, – я совсем не храбрый. –Ей не обязательно было знать, что в нескольких метрах от них сидят еготелохранители, а еще двое охранников ждут их перед клубом. – Это вы оченьсмелая.

– Я здесь уже в третий раз, – пояснила девушка, – и точнознаю, что работающие в клубе ребята не разрешают никому приставать к девушкам.Они говорят, что здесь клуб, а не притон. Такие хорошие ребята. Поэтому здесьне бывает никаких драк или ссор. Хулиганов просто выводят из зала. Поэтомуздесь безопасно. У клуба есть своя охрана, и многие соседские девушки сюдаспокойно приходят. Иначе бы не ходили.