Грязный спорт - Кирилл Казанцев

Трофимова встречали. Едва он вышел из здания аэропорта, к нему тут же приблизились двое мужчин в дорогих кашемировых пальто. Один из них, тот, что был повыше ростом, приветственно протянул Трофимову руку. Второй ограничился легким наклоном головы.

– Игнат Артемьевич? – на всякий случай уточнил высокий, хотя в этом и не было никакой необходимости.

Трофимова, как одну из самых легендарных личностей в истории российского спорта, не узнать в лицо было просто невозможно. Игнат Артемьевич широко улыбнулся:

– Да, это я.

– Позвольте представиться. Я – президент спортивного клуба «Стальные Беркуты», Кириллов Дмитрий Николаевич, – высокий мужчина даже слегка приподнял свою шляпу с загнутыми полями. Затем шагнул в сторону и указал рукой на своего спутника. – А это вице-президент нашего клуба, Рубаев Антон Степанович. Вам, может быть, доводилось слышать…

– Да, я слышал о вас, – Трофимов протянул руку Рубаеву. – Правда, не как о вице-президенте, а как о игроке сборной. Рад знакомству, господа.

У обочины стояли два черных «Мерседеса». Из одного выбрался водитель, обошел автомобиль сзади и услужливо распахнул дверцу.

– Прошу, – пригласил Трофимова Кириллов.

Игнат Артемьевич забрался в машину. Президент «Стальных Беркутов» занял место рядом. Рубаев разместился на переднем сиденье.

– Ну, как вам Россия? – спросил Дмитрий Николаевич, когда «Мерседес» тронулся с места. – Многое изменилось за восемнадцать лет?

– Я еще не успел разобраться, – Трофимов смотрел в окно. – Но в любом случае думаю, что изменения должны быть в лучшую сторону.

– Вне всяких сомнений.

Восемнадцать лет! Трофимов не мог поверить, что прошло уже так много времени с тех пор, как он уехал играть в Северную Америку. За плечами осталось восемь сезонов в качестве игрока и десять в составе тренерских штабов разных команд. И вот теперь он собирался вернуться на родину. Вернее, уже вернулся. Надолго ли? Как сложится здесь его новая карьера? Предугадать что-либо было невозможно…

Одно только Игнат Артемьевич знал совершенно точно. Сделанное ему по телефону предложение возглавить клуб «Стальных Беркутов» в качестве главного тренера выглядело заманчивым. Во всех отношениях. Финансовая сторона дела, предлагаемые условия проживания как самого Трофимова, так и его семьи… Ну, и в первую очередь, конечно, команда. На протяжении двух последних сезонов «беркуты» неизменно находились в верхней части турнирной таблицы, а в прошлом году даже завоевали чемпионский титул. Ответственность на Трофимова возлагалась немалая – как минимум поддержать прежний уровень команды.

– В гостиницу? – развернулся сидевший впереди Рубаев.

Игнат Артемьевич оторвался от своих размышлений и отрицательно покачал головой:

– Сначала закончим наши дела, господа. Я бы хотел обсудить ряд деталей, и, если мы с вами придем к взаимному согласию, сегодня же можно будет и подписать контракт.

– Стало быть, в спорткомплекс? – уточнил Кириллов. – Ко мне в кабинет?

– Да, – коротко ответил Трофимов.

Работа за рубежом в первую очередь приучила его к двум вещам: к немногословности и к тому, что не стоит слишком долго затягивать процесс переговоров. Игнат Артемьевич успел к этому привыкнуть…

До места добрались минут за тридцать. С учетом столичных пробок в это время суток – срок минимальный.

Водитель снова вышел первым и открыл дверцы пассажирам. Трофимов ступил на асфальт. Прямо перед ним во всем своем великолепии раскинулся красавец-спорткомплекс. Игнат Артемьевич невольно залюбовался. Россия действительно сильно изменилась за истекшие восемнадцать лет. И действительно в лучшую сторону.

Сопровождаемый Рубаевым и Кирилловым Трофимов вошел внутрь здания. Человек на вахте машинально вытянулся по стойке «смирно». Трофимов не взглянул в его сторону. Мужчины поднялись на третий этаж и прошли к кабинету с золоченой вывеской. Кириллов собственноручно распахнул перед Трофимовым дверь. Сдернул с головы шляпу.

– Я думаю, здесь нам будет удобнее, чем в конференц-зале, – прокомментировал он.

Игнат Артемьевич согласно кивнул.

Кириллов быстрым шагом прошел на свое рабочее место, склонился над столом и, нажав кнопку селекторной связи, отдал распоряжение секретарше:

– Три кофе, Зиночка. – Взглянул на Трофимова: – Или, может, чего покрепче, Игнат Артемьевич?

– Я бы предпочел чай.

– Все понял. Два кофе, Зиночка, и один чай.

Трофимов, не дожидаясь приглашения, снял пальто, повесил его на спинку стула и сел на свободное место у стола из мореного дуба. Кириллов, не переставая улыбаться, расположился напротив.

– Ну, Игнат Артемьевич? К делу?

– К делу.

– Откровенно скажу, время нас и впрямь поджимает. Самое начало сезона, – Кириллов двумя руками пригладил волосы. – Очки нужны всем. Не мне вам объяснять, что чем выше будет место в турнирной таблице, тем легче придется клубу на весенней стадии плей-офф. У нас возникли форс-мажорные обстоятельства. Трагические обстоятельства, я бы даже сказал. Но… От этого они не становятся менее форс-мажорными, – Дмитрий Николаевич издал нелепый смешок и тут же, желая исправить впечатление, состроил крайне серьезное выражение лица. – Почти две недели назад мы потеряли капитана команды. Он был одним из высококлассных хоккеистов, играл в первой пятерке…

– Олег Осин, – вставил Трофимов. – Я читал об этом в Интернете.

– Да, Осин. А менее недели назад от сердечного приступа скончался и Виталий Агафонов, занимавший должность главного тренера…

– И об этом я тоже читал.

– Команда подкошена двумя этими потерями, – продолжил Кириллов. – Подкошена психологически в первую очередь. Сейчас проходит Евротур. В «Стальных Беркутах» есть сборники. Мы не проводим тренировок, а через пять дней уже очередная игра внутреннего чемпионата. Противник силен, а нам нужны победы, Игнат Артемьевич. Много побед. Чем больше, тем лучше, как вы сами понимаете. И мы очень рассчитываем на ваш опыт. На ваш профессионализм.

Дмитрий Николаевич замолчал и переглянулся с расположившимся по правую от него руку Рубаевым. Вице-президент сидел молча, машинально вертя в руках авторучку. Трофимов поправил тугой узел галстука.

– А могу я для начала поинтересоваться той тактикой игры, которую проповедовал в команде Агафонов? Вы ведь понимаете смысл моего вопроса?

– Да, конечно, – встрепенулся Кириллов. – Тактика была такой: основной упор в нападении строился на атакующих действиях первого звена. Точнее, на ударной тройке. Баркетов – Осин – Ключевский. После смерти Олега мы лишились центра. Привычная связка распалась. Агафонов поднял вопрос о поиске достойной замены, но наши менеджеры по селекционной работе пока не остановились ни на одной из возможных кандидатур. Вторая тройка состоит из легионеров. У них плюсовой показатель полезности, но результативность заброшенных шайб не такая высокая, как у первой тройки. Два оставшихся звена – это разрушители. Их функции сводились не столько к тому, чтобы забивать, сколько к тому, чтобы сдерживать натиск противника. Агафонов в основном опирался на формулу игры от обороны…