Тормоза придумал трус - Сергей Зверев

На стоянке от «Паккарда» не осталось и следа. Ровное чистое место – словно и не было никогда роскошного лимузина. Титаническим усилием воли Алексей оторвал глаза от пустого пространства, где раньше стояла машина, пожравшая все их финансовые ресурсы, силы и нервы. Ирина стояла рядом и молчала. Бледного сторожа допрашивали райотделовские менты. К Алексею подскочил его брат в состоянии, близком к истерике. От волнения у него даже очки запотели.

– Леха, Леха, а может, это наши из клуба пошутили, – с дикой надеждой зашептал он, заглядывая Алексею в глаза. – Пошутили, и «Паккард» стоит где-нибудь за углом!

– Иди, проверь, – тяжело вздохнул Алексей, – только кажется мне, Ромаха, что это не шутка.

Роман сник и тихо проговорил:

– Я уже бегал, проверял – нет его нигде. Ну все, нам пипец, влетели по полной.

К ним подошел молодой майор с открытой папкой в руках:

– Так какого года, говорите, ваша машина?

– Тридцать девятого, – мрачно буркнул Алексей. Особой помощи от милиции он не ждал.

– Такое старье, – удивился майор, что-то записывая в протокол, – наверное, детишки покататься взяли!

– А забор – тоже они выдрали? – ядовито поинтересовался Роман.

– Техпаспорт покажите, – потребовал милиционер, не обратив на слова Романа никакого внимания.

– Бумаги на «Паккард» еще до конца не оформлены… – осторожно начала Ирина.

– Как это? Без техпаспорта это и не машина, а металлолом.

– Есть только генеральная доверенность и договор, а техпаспорт на автомобиль вдова бывшего владельца так и не отыскала, – спокойно пояснил Алексей, положив руку на плечо девушки.

– Так, так, – покачал головой майор, криво улыбаясь, – дело довольно странное. Вы ставите свою развалюху здесь, и кто-то ее угоняет, проломив забор. Это скорее напоминает личные разборки, чем серьезный угон. Ну-ка, подумайте, кому вы насолили.

– Да никому, – отрезал раздраженно Алексей, – вы бы делом лучше занялись, чем на нас наезжать. План «Перехват», там какой-нибудь или еще что. Машина ведь уйдет.

– Не надо мне указывать, что делать, – резко осадил его майор, – никуда ваша развалюха не денется. Поди уже бросили где-нибудь на улице. Вы, ребята, лучше со своими делами разберитесь. У меня лично серьезных дел выше крыши и некогда заниматься вашими дурацкими разборками.

Захлопнув папку он отошел к своим коллегам, разговаривавшим со сторожем. Разозленный Алексей подозвал хозяина стоянки – худого мужчину в бежевом костюме, с зачесанными назад черными с проседью волосами:

– Так, господин хороший, как будем решать наши проблемы? Нас по вашей милости кинули на лимон евро.

– Я-то тут при чем, – искренне возмутился хозяин и потер указательным пальцем свой огромных размеров нос. На указательном пальце сверкнуло кольцо с рубином.

– То есть как это «при чем», – взвился Роман, – мы оставили тачку на вашей стоянке под охраной, ее сперли, и вы ни при чем. Мы договор заключали. Дело судом попахивает.

– А где в договоре прописано, что служащие стоянки отвечают за сохранность машин и ценностей, находящихся в них? – язвительно спросил хозяин стоянки и сунул Знаменским под нос типовой договор. – Почитайте, если грамоте обучены.

По договору выходило, что администрация автостоянки действительно ни за что ответственности не несет. В ее обязанности входит только пропускать на территорию тех, у кого оплачено место, и останавливать неплатильщиков.

– А хорошо, блин, устроились, – в сердцах воскликнул Роман и швырнул договор под ноги.

– Каждый прикрывает свою задницу, как может, – улыбнулся хозяин стоянки, – придеться вам утешиться страховкой, а в следующий раз читать, что подписываете.

– Машина не застрахована, – процедил сквозь зубы Алексей, – документы не успели до конца оформить.

– Будет урок на будущее, – с сочувствием сказал хозяин стоянки, – в следующий раз будете все просчитывать.

– Следующего раза не будет, – бросил Алексей и, развернувшись, пошел прочь.

Уже в машине Алексей спокойно поинтересовался у брата, какого рожна он поставил их «Паккард» на какую-то занюханную стоянку, а не в гаражный бокс.

– Извини Леха, так получилось, я даже не думал, – взмолился Роман, осознавая, что всех подвел, – гонял вчера машину на техобслуживание, выхлоп там проверить, подрегулировать развал-схождение. Потом приезжаю назад, а в гараже замок заело. Ночь на дворе. Я подумал, чего шухер поднимать, тебя выдергивать или с замком возиться. Поставил «Паккард» на ближайшую стоянку. В мыслях не было, что за одну ночь его угонят. Ну, хочешь, Леха, я теперь застрелюсь?

– Ладно, живи пока, – проворчал Алексей. – Если машину задались угнать, то ее угонят, откуда угодно. Нам надо было меньше с ней светиться.

«Победа» остановилась у ворот гаража. Подъехал и «Форд» Олега Павловича. Алексей с Романом кинулись к гаражным воротам, попробовали ключ и, убедившись, что заело намертво, стали осматривать замок.

– Забито какой-то дрянью, – констатировал Роман, – случайно такого быть не могло.

– Эти гниды давно нас пасли, – кивнул головой Алексей, – все точно просчитали. Забили замок, когда ты уехал. Проследили за тобой до стоянки, а дальнейшее – дело техники.

– Парни, а что я стейстам скажу? – растерянно спросил Олег Павлович, встав за спиной у Алексея. – Представитель из Бостона прибудет в Питер со дня на день! Мы же уже обо всем договорились. Как я им в глаза посмотрю?

– А что я скажу Веронике Аркадьевне, – в свою очередь спросил Алексей и ударил кулаком по запертым воротам гаража. – Черт! Мы же ей сказали, что покупатель вот-вот приедет и она получит деньги. Теперь решит, что мы ее кинули, в милицию побежит.

– Скажи ей, что вся задержка из-за отсутствия техпаспорта, – посоветовала Ирина. – Она его вряд ли найдет, а мы за это время что-нибудь придумаем… Ты придумаешь, – поправилась она и, желая поддержать Алексея, обняла его.

Роман, глядя на них, только горько усмехнулся:

– Сколько, однако в вас оптимизма, барышня. Что тут можно придумать-то. Машина, поди, на пути за кордон.

– Ромаха, что за лоховские базары, – проворчал недовольно Алексей, – может, тебя встряхнуть, как следует? Мы не сдадимся, понял?!

– Понял, понял, – поднял руки Роман, показывая, что он полностью «за», – это временное помутнение от пережитого горя. Мы найдем их и заставим пожалеть, что они коснулись нашей тачки. Для меня этот «Паккард» уже родным стал. Это все равно, как если б тебя, Леха, украли. Мы будем мстить.