Интеллектуальный взрыв - Евгений Бугров

– А эта Джалина, она кто? Соратница, любовница?

– Скорее всего, то и другое. Наихудший для нас вариант. Наш агент незадолго до своей гибели успел выяснить: Медников неполноценный как мужчина. У него крипторхизм.

– Это что еще за штука?

– Врожденная болезнь, вызывающая импотенцию. Кстати, ею страдал Гитлер. У Яна были очень серьезные проблемы с женщинами. Он не мог даже жениться. А вот эта Джалина как-то сумела оживить в нем мужскую силу. После этого он молится на нее как на богиню.

– Все правильно, – улыбнувшись, заметил Олег Леонидович. – Как говорят французы, женщину испытывают золотом, а мужчину – женщиной.

– Нам так и не удалось узнать самое главное: на какой стадии сейчас находится разработка новой атомной бомбы.

– Стало быть, ты предлагаешь нам найти этого Яна и получить от него всю необходимую информацию? – воскликнул Григорий.

– Именно так. Зря, что ли, я вас коньяком пою.

– И как ты мыслишь эту операцию, Костя? Нам что, ходить по улицам Махачкалы и спрашивать прохожих? Мол, подскажите, пожалуйста, где найти террориста Медникова?

– Нет, Гриша, такой метод будет не очень эффективным. Вы с Олегом поедете в наш дом отдыха в Махачкале под видом пенсионеров. Свяжетесь там с нашим работником, его координаты я вам дам. Он сейчас добывает кое-какую информацию, предоставит вам расклад по оперативной обстановке. Дальше сами сориентируетесь.

– Ты сказал, Олег и Гриша, а мне тогда что делать? – поинтересовался Евгений Азарович.

– А ты, Женя, поедешь в один городишко в Подмосковье, к профессору Селезневу. Это был научный руководитель Медникова по диссертации. Он тоже ушел из института после неудачной защиты своего подопечного и теперь работает в каком-то второстепенном НИИ. Надо с ним побеседовать. Главная твоя задача – выяснить, насколько серьезна разработка Медникова. Может, удастся получить какие-то материалы по диссертации.

– Подожди, Костя. Диссертация всегда готовится в трех экземплярах. Даже если она не прошла на защите, то ее должны были сдать на хранение. Один экземпляр – в архив аттестационной комиссии, другой – в институтский…

– Они все исчезли.

– Как такое могло произойти?! Они что, были не под грифом?

– Они были под грифом ДСП. Это не государственная тайна, а служебная. Она вне нашего поля зрения.

– Но это бардак!

– Согласен. – Скобелев грустно усмехнулся. – К сожалению, бардак у нас в последнее время становится нормой жизни. В общем, так, мужики. – Скобелев откинулся на спинку кресла, обвел внимательным взглядом притихших друзей. – Даю вам два дня на разработку легенды и плана действий. Здесь все материалы по нашим героям и организациям Хизб ут-Тахрир и Имарат Кавказ – это новая исламистская структура в Дагестане. Будете сидеть здесь. Послезавтра я к вам приеду, и вы мне четко доложите, как будете действовать. После того как утрясем план действий и я его согласую со своим руководством, вы получите деньги и документы прикрытия.

– Костя, а вы ведь сильно рискуете, ставя на нас, старых меринов. – Григорий ехидно посмотрел на генерала.

– В нашей работе без риска невозможно. – Скобелев загадочно посмотрел на Григория. – Кстати, вы еще вполне способны поскакать. Я ведь вас проверял, прежде чем сюда позвать.

– Понятно, – протянул Григорий. – А я-то все ломал голову, что это за мордовороты были в пивной, которых я слегка помял.

– А я зачем-то целый день переводил Коран с фарси, – тихо заметил Олег Леонидович.

– Бар в вашем распоряжении, холодильник едой забит, поэтому два дня продержитесь. Если возникнут вопросы, вон стоит телефон оперативной связи, связывайтесь со мной только по нему. За территорию объекта убедительно прошу не выходить. – Генерал Скобелев встал из-за стола. – Теперь я с вашего разрешения вас покидаю. – Он направился к прихожей, вдруг развернулся, растерянно улыбнулся и заявил: – Извините, мужики, чуть не забыл. – Константин Романович достал из кармана пальто три красные коробочки. – Поздравляю вас с двадцатой годовщиной вывода советских войск из Афганистана. – Генерал положил коробочки на стол.

– Служим Отечеству! Только, Костя, на сухую такие награды не вручают, – заметил Григорий.

– Ну, тогда наливай! Только мне пять капель. Работать еще придется. – Константин Романович вздохнул.