Эльдорадо - не награда - Алексей Лютый

– А если сейчас ты не отправишься в дорогу, то мгновенно заслужишь отбивание почек по полной программе, – решил поддержать друга Жомов.

– Сеня, да пусть принимает, – неожиданно для ментов принял сторону Шипинуаля криминалист. Впрочем, всё тут же разъяснилось. – Время уже позднее, а мы еще не ужинали. Пока он там властителя из себя строит, мы спокойно перекусить успеем.

– Правильно, – поддержала его Тлала, и это всё решило. – Нельзя отказывать смертным тогда, когда они хотят выразить тебе почтение. Так можно быстро уважение потерять. Пусть Шипинуаль сделает всё, что положено. А заодно не забудь заставить его оповестить рабов о том, кто мы такие. Я смотрю, тут большинство тольтеки, глядишь, и на нашу долю часть почестей достанется.

– И кто же мы такие? – с иронией полюбопытствовал Рабинович, пожалуй, впервые с момента знакомства с Тлалой не бросившись в ту же секунду выполнять то, что она просила. Жомов посчитал это первым признаком выздоровления. И не он один!

– Вы – приближенные Кецалькоатля. А кто я такая, им объяснять не нужно. Здесь я покровительства оказать никому не смогу, – немного удивленно пояснила богиня.

– А, кстати, Тлала, ты как богиня за что именно отвечаешь? – тут же поинтересовался Попов.

– Богиням подобные вопросы задавать просто неприлично! – тут же возмутилась девушка. – Я, конечно, понимаю, что вы странные, совсем другие и точно не из нашего пантеона, но чтобы так богов оскорблять…

– Поп, в конце концов, что ты к девушке пристал, – вступился за Тлалу кинолог. – Тебе не всё равно, за что она в этом мире отвечает?

– Да я просто так спросил, – стушевался эксперт. – Вот уж не думал, что такие разговоры тут под запретом!

– В следующий раз сначала думай, а потом говори, – назидательно посоветовал Сеня.

– Да я и вообще не буду с ней разговаривать, – проворчал Попов и отвернулся.

Тем временем, пока друзья препирались, Шипинуаль, обязанный тлатоани выполнять все приказы чужеземцев, в самые сжатые сроки закончил необходимые ритуалы по принятию выражения преданности от обитателей этого безымянного поселения. Вот тут-то и выяснилось, что секретарь имел в виду, когда заявлял о возможном пополнении припасов по дороге. Всех членов экспедиции, исключая солдат, естественно, управляющий плантацией пригласил к своему столу.

Запасливого Попова это обрадовало в первую очередь, поскольку больше оставалось собственных продуктов. Он плотоядно облизнулся, представив, насколько теперь может увеличить собственный рацион, и уже собрался отправиться за угощением, но тут к телеге подошли солдаты. Андрей, взваливший на себя добровольно обязанности фуражира, вынужден был выдать воинам продпаек и лишь тогда смог отправиться к праздничному столу.

На беду тут еще и случилось так, что Попов оказался не лишен человеческих слабостей. Едва закончив раздачу, он тут же бросился в ближайшие за первым бараком кусты за тем, что принято называть отравлением малой нужды. Тому, кому не понятно, что это за нужда, почему она мала и зачем ее справлять, следует обратиться за разъяснениями к родителям! Остальные могут продолжить чтение.

Едва Попов справил всё свое малое и нуждающееся, как вдруг услышал стоны из-за стены барака. Будучи по природе своей существом жалостливым, эксперт просто не мог не выяснить, кто там мучается и из-за чего. Тем более что он являлся одним из немногих представителей российских правоохранительных органов в Мезоамерике.

В слабо освещенном бараке оказались лишь двое рабов. Один из них, совсем старый, лежал на подстилке из кукурузных листьев и стонал, а второй, точнее сказать, вторая – девочка лет девяти на вид – сидела рядом и гладила старика по голове.

На появление Попова оба никакого внимания не обратили. И лишь когда Андрей подал голос, девочка обернулась.

– Что случилось? – почему-то немного растерявшись, спросил криминалист.

– Не знаю, – ответило дитя. – У дедушки живот второй день болит, а у нас своего лекаря-ахмана нету. Управляющий говорит, что был бы дедушка моложе, его бы отвезли в Теночтитлан на лечение, а так только зря время терять, всё равно скоро помрет. А мне его жа-а-алко, – заплакала девчушка.

– Не реви. Сейчас разберемся, – Андрей аккуратно отодвинул дитя в сторону и ощупал живот старика. – И всего-то?! Не умрет твой дед. Запор у него. У меня такое тоже бывает, правда. Поэтому таблетки у меня всегда под рукой, – и Попов достал из кармана упаковку пургена.

– На, – протянул он девчонке сразу четыре таблетки. – Пусть выпьет все сразу. Сразу полегчает. До кустов не успеет добежать.

– А что это такое? – удивленно осматривая таблетки, спросило дитятко.

– Магическое средство, – ответил эксперт, решив, что объяснять, что такое пурген и из чего его делают, маленькой аборигенке бессмысленно. – Говорю же, пусть проглотит и запьет водой. Через пяток минут бегать, как молодой горный козел, станет.

И, проследив, чтобы девчонка сделала всё так, как он сказал, Андрюша удовлетворенно кивнул головой и отправился на трапезу. Стоит отметить, что в этот раз, едва ли не впервые в жизни, первопричиной появления криминалиста у стола стало отнюдь не желание предаться поглощению пищи. Отстегивая дубинку от пояса, Попов понял, что просто обязан покарать управляющего, оставившего старого раба умирать от такой банальной причины. Подвести под статью начальника плантации в этом мире криминалист не мог, но уж дубинкой отходить садиста ему никто не помешает!

Сеня, увидев физиономию Попова, вошедшего в домик управляющего, страшно удивился. Дело в том, что таким разгневанным Андрея видеть ему еще не приходилось. И еще более Рабинович был поражен, когда обычно миролюбивый Попов вдруг ни с того ни с сего врезал дубинкой по темечку человека, которого увидел первый раз в жизни несколько минут назад и с которым даже словом обмолвиться не успел. Ошарашенный ацтек словно подкошенный рухнул на пол. Надсмотрщики, обязанные, в том числе, и его драгоценную персону охранять, тут же вскочили со своих мест, хотя и не все и ненадолго. Первых двух обладающий отличной реакцией Ваня Жомов тут же уложил на пол мощными ударами с двух рук, и еще четверо отлетели к стене через секунду, когда Ваня одним движением отцепил от пояса дубинку и нанес сокрушаюшие удары с разворота. И неизвестно, во что бы эта драка вылилась, не вмешайся в дело Шипинуаль.

– Именем Чимальпопоке, Уицилопочтли и Кецалькоатля приказываю вам стоять! – рявкнул он на остальную стражу плантации. – Эти незнакомцы являются посланцами бога, и им властью всех перечисленных мной лиц предоставлено право карать и миловать любого. – Надсмотрщики замерли. – Если управляющий наказан, значит, он эту кару заслужил. И уважаемый Попочитль нам сейчас это несомненно объяснит.

– Как ты меня назвал? – взъерошился было вошедший в раж криминалист, но Сеня его остановил.

– Андрей, давай ты потом с ним разберешься, – удержал друга Рабинович. – А сейчас, действительно, объясни, чем этот чудик тебе не угодил?