Упал, отжался! - Михаил Серегин

– Погоди, старлей, погоди, а почему автоматы не у всех? – Генерал армии откровенно ухмылялся, поглядывая не на спецназовца, а на стоящего за его плечом и гоняющего по сизым скулам желваки Сидорова. – Что, у одного только пистолет был?

– Так точно, товарищ генерал армии. Пистолет с патронами, провода, детонаторы, подрывная машинка пэ-эм-три, полевая сумка с подробными картами и план-схемами объекта и полигона...

– Нет, ты мне скажи, а погоны на нем какие были? – высокому начальству с трудом удавалось сдерживать смех, но это явно не могло продлиться долго. – И нашивки на форме?

– Как и положено, нашивки химических войск, товарищ генерал армии. – Волков слегка пожал плечами. – С какими еще им на этот объект проникать, не с флотскими же? Судя по всему, группа хорошо подготовлена... Да, виноват, не сказал – погоны капитанские были.

– Да вы его хоть расспросили, этого капитана?! – рявкнул прямо в ухо старлею посиневший от злости генерал-полковник. – Вы что, не подумали, что он может просто обеспечивать нормальный ход учений? Что это, сука ты гребаная, просто группа имитации?!

– Никак нет, товарищ генерал-полковник. – Волков неторопливо оглянулся и вежливо добавил: – Вы уж извините, но у офицеров в группах имитации должны быть повязки посредников. Или я чего не понимаю, или здесь все по-другому? А поговорить с вашими диверсантами можно будет... – спецназовец посмотрел на часы, – я думаю, минут через пятнадцать-двадцать. Когда они в себя придут. Ну, кто поздоровее, могут и пораньше, но вот капитан точно не первым. Его сержант Ромашко сам брал, а Ванина рука – это полчаса гарантии.

– Да я тебя за это!.. – начал было Сидоров, но остановился, услышав всхлипывающие звуки. Издавал их генштабист, и сразу нельзя было понять, смеется он или рыдает, – лицом генерал армии уткнулся в собственную фуражку, лежащую на стереотрубе, и видна была только мелко подрагивающая спина. Через пару минут всхлипывание прекратилось, и показалась раскрасневшаяся физиономия, перекошенная совершенно безумной ухмылкой. Потом привычная к стратегическим картам и совершенно секретным документам рука вытерла слезы и привела лицо в порядок.

– Сидорыч, командуй отбой! – простонал генерал и еще раз нервно хихикнул. – Хватит учений! На сегодня хватит учений, а завтра видно будет! Не-ет, стоило для этого сюда выбраться, ей-ей, стоило! Надо было и министра прихватить, чтобы посмотрел, чем командует, а то он у нас почти гражданский, привык к своим глубинным бурильщикам... Тут ему забурят! Тут так забурят, что сразу до Австралии... Да ну и хрен с ней, с Австралией... И с Америкой заодно... Нам своих хватит, вот честное слово! Все, слушайте диспозицию. – Неимоверным усилием воли генерал армии придал себе серьезный вид. – По предварительным итогам учений ваша рота, товарищ старший лейтенант, получает оценку «отлично»... и дальше в них не участвует, чтобы и другие подразделения могли тоже что-нибудь натворить. Завтра вы у меня будете изображать противника, так что трофейную имитацию можете оставить себе, пригодится, только оружие верните. Сейчас отправляйтесь на обед, а после него собирайтесь, поедем еще на один объект... Сколько отсюда до Горного ехать, Сидоров?

– Часа два-три, – угрюмо отозвался генерал-полковник и отвернулся. Послышался отчетливый хлюпающий звук всасываемой по шлангу жидкости.

– Так, туда-обратно будем считать шесть, на всякий случай... Значит, там и заночуем, а утром обратно. Все равно собирались к ним нагрянуть, посмотреть... Знаете, что там у нас, старлей?

– Так точно, сведения открытые. – Волков тяжело вздохнул. – Склад химического оружия, завод по уничтожению... Цель номер раз для наших подопечных.

– Это вы о... ах да, конечно же. Значит, понимаете, что от вас потребуется: как независимый специалист, оцените состояние охраны, ну, и проверите со своими ребятами. Патроны, разумеется, холостые, а вот химзащиту и противогазы возьмите, мало ли что... Сегодня у нас дерьмом обошлось, а там все-таки посерьезнее вещи.

– Роту всю брать? Полным составом? – спецназовец отчего-то забеспокоился. – Виноват, товарищ генерал армии, но у меня третий взвод... ну, сейчас не совсем готов к такой операции.

– Ах да, как же! – вспомнил генштабист. – У них же пострадавшие, да и технику в порядок приводить... Хорошо, оставьте их здесь, заодно имущество покараулят. Вы ведь, как я понял, в палатках обитаете?

– Так точно! – заметно повеселел Волков. – А двух взводов мне хватит, товарищ генерал армии. Не сомневайтесь, все сделаем!

– Ой, не сомневаюсь, ну вот почему я не сомневаюсь?! – горестно проворчал генерал Сидоров. – Товарищ генерал армии, может, в Горный с нами и Копец поедет? Не пропадет без него за ночь третий взвод, а на месте он, глядишь, что-нибудь и подскажет своим... ученичкам, мать их... Мало ли что? Я после сегодняшнего уже и не знаю, к чему готовиться, вот те крест! – Генерал-полковник истово, размашисто перекрестился. – Ну вот ей-богу, лучше уж еще раз пусть бомбу на меня бросают! И могут даже точнехонько попасть!

– Да ладно тебе, Сидоров, – добродушно отмахнулось начальство. – А насчет полковника – мысль верная, твой Копец нам еще пригодится. Пошли, посмотрим, чем тут сердитое начальство ублажают, и – по машинам, пускай твои Шиханы до утра отдохнут. А с утречка, прямо на рассвете и начнем все заново, по плану.