Царь, царевич, король, королевич - Сергей Лукьяненко

Вдруг маленький зал осветился неровным огоньком свечи.

— Кто здесь?! — опасливо осведомился вошедший сподсвечником в руке. Судя по одежде, это был священник.

— Быстрее, — крикнул я Иванду и прыгнул вперед.Иван последовал моему примеру, и через мгновение мы вывалились на пол Кощеевойбиблиотеки.

— Стой, Джим! Господь покарает тебя! Я скажу вдове, итебя продадут на Юг! — успел я еще услышать крик священника.

Интересно, за какого Джима приняли Иванду? Но этого я неузнал, так как вновь оказался в замке Кащея. Холмс стоял рядом с опаснонакренившимся шкафом, любовно поглаживая вытащенную из-под ножки книгу.«Приключения Тома Сойера», — прочитал я на обложке и сразу все понял. Какже, известный юмористический романчик...

— Печально, печально, — Кубату прошелся побиблиотеке, подозрительно поглядывая на отобранную Холмсом стопку книг. —Что мы имеем? Побывали в двух вымышленных мирах, детей не нашли. Бесцельнопотраченное время.

— Почему же «бесцельно»? — возмутилсяХолмс. — Все было интересно и, не побоюсь сказать, поучительно. В детствекнига о Томе Сойере оказала на меня огромное влияние! Особенно продолжение,«Том Сойер — сыщик». Том блестяще применяет дедуктивный метод, который явпоследствии развил.

Помолчав немного, Холмс смущенно добавил:

— Я и детективом-то решил стать, подражая мистеруСойеру. Вот. Никогда, никому в этом не признавался...

Шерлок достал трубку и нервно закурил. Кубату и Мак-Смоллетсмущенно переглянулись, Иванду крякнул. Я подошел к Холмсу, положил руку ему наплечо и тихо сказал:

— Не смущайтесь, друг мой. Я ведь тоже... врачом стал,начитавшись «Доктора Дулитла».

— А я... я... — Кубату сглотнул комок вгорле, — я генералом-диверсантом стал, потому что в детстве «Семнадцатьмгновений весны» прочитал. Хорошая книга, душевная. Я потом еще продолженияпробовал писать: «Восемнадцатое мгновение весны», «Девятнадцатое...»

— Я, — пробасил внушительно Иванду, — какграмоте обучился, так сразу бояна французского — Дюму — читывать стал.Вот... — он сокрушенно развел руками, — дочитался.

Мы все повернулись и уставились на Мак-Смоллета. Тотсмущенно заерзал:

— Ну... а чего... нормально. Меня в детствеорфографический словарь потряс. Слов много, все разные... Стал переводчиком.

— Друзья! — Кубату обвел нас большими влажнымиглазами. — Возьмемся за руки, друзья! Всех нас книги наставили на путьистинный! Всем лучшим в нас мы обязаны книгам! Книга — лучший учитель! Книга...

— Лучший подарок! — радостно встрял Мак-Смоллет.Кубату поперхнулся, закашлялся и неуверенно предложил:

— Может это... отдохнем, поспим...

Я был с ним согласен, однако Холмс, почему-то, придерживалсяиного мнения.

— Скажите, генерал, — обратился он кКубату, — а можем ли мы отдохнуть в вымышленном мире? Выспаться, покушать,попутно ища юных джентльменов?...

— Попал в цвет, — поддержал Холмса Мак-Смоллет.

— Ребятам, конечно, трудно, но и мы устали... —почесал затылок генерал. — Холмс, вероятно, у вас есть и более серьезныеаргументы в пользу этого плана?

— Есть. Этот черный маг, Кащей Бессмертный, он на свободе?

— Да, скрывается, и где — неизвестно, — призналКубату.

— Так вот, — продолжал Шерлок, — что еслинегодяй вернется в свой замок и нападет на нас, пока мы спим?

Все переглянулись. Я, хоть и не мог до конца поверить вволшебство, спросил:

— Кубату, а у вас есть... э-э-э... защита против магии?Заклинания, амулеты, молитвы?

— Как вы уже убедились, дорогой Ватсон, — сухоответил Кубату, — нет.

— Значит мы в опасности, — заключил Холмс. —Несмотря на ум генерала, отвагу и силу Иванду, находчивость Мак-Смоллета, атакже наши скромные способности — угроза от Кащея остается. Не лучше ли намночевать в Вымышленных мирах?

— Там тоже опасно... — уже соглашаясь сказалКубату. — И магия порой бывает...

— Но не такая черная! — Холмс заявил это, незаметив, как насупился и помрачнел Иванду. Порой мой гениальный друг былнесколько бестактен.

— Ладно, — решил Кубату. — Давайте взглянем,куда направимся на ночлег...

Он подошел к стопке книг, выбрал одну... Удивленно наморщиллоб.

— А это еще что за книга? Авторы незнакомые...

Повертел книгу в руках и сказал иронически:

— Ну а название-то... «Сегодня, мама!» Книги надоназывать по-другому, интригующе и экзотически. Скажем: «Тегеран, сорок пятьминут первого ночи...» Так, о чем здесь пишут-то?

Раскрыв книжку Кубату с выражением прочитал:

«Между тем наши собеседники окончили короткое совещание, иоранжевоголовый откашлялся.

— Давайте знакомиться, детишки, — сладким голосомсказал он. — Я дядя Смолянин, младший майор космофлота Земли; переводчик.

— Земли? — ахнули мы с братом.

— А он, — Смолянин сделал жест в сторонузелено-белого, — генерал-сержант Кубатай, командующий космофлотом, лицоособо важное.

Выдержав короткую паузу, он добавил:

— На вид он — хитрый перец. Но душа у него добрая,ребятишки.»

Не знаю, чем этот незатейливый отрывок так поразил Кубату иМак-Смоллета. Кубату застыл с открытым ртом, а Мак-Смоллет отступил на шаг иприкрыл голову руками.

— Так... — прошептал Кубату. — Это... что...как же так? О ком?

— Мне кажется, — сухо сказал Холмс, — что вэтом отрывке говорится о генерале Кубатае и переводчике Смолянине. Что-то мненапоминают эти имена, джентльмены...

И тут меня осенило. Пользуясь дедуктивным методом моегодруга, я сделал великое открытие раньше, чем он сам!

— Кубату! — заорал я. — Вы не Кубату, выКубатай! А Мак-Смоллет — это Смолянин! Я разоблачил вас!

Холмс страдальчески посмотрел на меня; видимо, своейдогадливостью я уязвил его честолюбие. Сказал:

— Бесспорно, бесспорно. Ватсон прав. Так что же вы намскажите, джентльмены?

Кубату по-прежнему смотрел в пространство и бормотал:

— Как... что... я — хитрый перец? Я, генерал-сержант,диверсант, герой и — «хитрый перец»?