Стражи Перекрестка - Александр Маслов

Артем проснулся оттого, что трудно дышалось. Его рот и нос закрывало нечто тяжелое с дурным запахом чеснока. «Душат, – было первой мыслью Семина. – Мерзавцы, определенно душат!». В подтверждение мутным соображениям он услышал продолжительный и жалобный хрип. Хрип повторился, стал ужасающе громким и оборвался минорным аккордом. Наступила трагическая тишина. «Видимо, задушили, – решил Артем. – Но не меня. Я же мыслю, значит – жив. Мама дорогая, как болит голова! И не могли душить меня. Ведь с такой головной болью, я бы сразу умер, не издав хрипа». Тем не менее, какой-то тяжелый удушающий предмет лежал на лице Семина, и он решил исследовать его: шевельнул губами, потом попробовал высунуть язык. Удалось с трудом, поскольку язык прилип к небу, был сухим и очень толстым. Героическим усилием Артем двинул язык дальше, нащупал им какую-то шершавую поверхность, соленую и отвратительную на вкус. Наверное, именно она воняла чесноком и закрывала доступ воздуху в его страдающий организм. Полежав немного без движений с высунутым языком и раскалывающейся головой, Семин снова услышал хрип и попытался открыть глаза. Когда веки разошлись, он увидел серый потолок и тянущиеся к нему рыжие волоски. Волоски произрастали из морщинистой поверхности неопределенной формы и неопределенного цвета. Что-то похожее Артем видел когда-то. Он начал вспоминать и внезапно его осенило: на лице лежала чья-то рука. Семин дернулся, со стоном приподнял голову и увидел человека лежавшего с ним рядом на двуспальной кровати.

– Каспер Скальп! – сиплым голосом изрек Семин. Быстро, быстро его сознание начали наполнять фрагменты событий прошедшей ночи. – Боже мой, – прошептал он, поднимаясь на локтях и стараясь опустить левую ногу на пол.

На его движение первый рыцарь отреагировал сотрясающим храпом. Не открывая заплывших глаз, повернулся на бок и протянул к Артему вторую руку с жестом, означавшим: «ну, куда же ты!». Семин выпутался из плена простыни, дотянулся пяткой до пола и сел на край кровати. Только теперь он заметил Ларсу, сидевшую в кресле возле окна. Ведьмочка уже не спала. По крайней мере, она стразу открыла глаза, посмотрела на него настороженно и в то же время пронзительно.

– Привет, – произнес Артем.

– Здоров будь, – отозвалась Вей-Раста.

– А который час? – он повернул голову – часы на стене показывали 9.35. На работу Семин проспал, и боялся, что в этом лишь малая часть начавшихся кошмаров. О скандале с соседкой, со всеми вытекающими последствиями, об испорченном ружье, отрезанном хвосте Макса и многом другом он предпочитал сейчас не думать. А еще он очень боялся, что его память родит такое, что смерть от удушья под вонючей ладонью Каспера покажется счастливым избавлением.

Нащупав тапки под кроватью, Семин встал. И тут же едва не растянулся посреди комнаты: истерически зазвонил телефон, этот звук оказался слишком неожиданным для расшатанных нервов.

– Алло, – сказал Артем красной трубке.

Красная трубка заговорила голосом Буркова:

– Ну, что там у тебя? Хотя бы позвонил. Дракула здесь бушует.

– Какой Дракула? – не понял Семин.

– Роберт Станиславович. Ты чего тормозишь, Тёма? Чего на работу не вышел.

– Болею я. Скажи Станиславовичу, что у меня это… в общем живот болит.

– Хорошо, как-нибудь уладим. Как там Макс и твои барабашки?

– Нормально, Сань, только… – здесь Семин задумался, как вернее преподнести Буркову мысль об отрезанном хвосте.

– Что «только»?

– Ты не волнуйся, Сань. Все хорошо. Ты даже не представляешь, как хорошо. Макса выгуливал, кормил докторской колбасой, но есть небольшие потери.

– Какие еще потери? Что ты несешь? – вопреки пожеланию Семина, Бурков начинал нервничать, и это чувствовалось даже через телефонную трубку. – Как Макс, спрашиваю!

– Он лишился хвоста. Только не волнуйся…

– Семин, ты что идиотничаешь? Говори, что с Максом!

Артем тяжело засопел, потом выдавил:

– Ему духи хвост отрезали… Но так даже лучше. Клянусь тебе, выглядит он очень хорошо.

Настала очередь Буркова призадуматься.

– У тебя не с желудком, а с мозгами плохо, – наконец отозвался он. – Я сейчас приеду. Хочешь, захвачу Гарика Петровича.

– Нет! – выпалил Семин. – Не надо Петровича! И не надо сейчас! Я ухожу. Мне пора к врачу. У меня дизентерия.

В этот момент рыцарь Черепа и Розы, перевернулся на спину и начал храпеть, громко, словно мотоцикл без глушителя.

– Сейчас – нет! Только не сейчас! – торопливо заговорил Артем, стараясь перекричать могучие аккорды рыцарского горла. – Встретимся в обед. В два часа.

– Хорошо, в два. В два заеду. Что там у тебя рычит?

– Саня, в два! – ответил Семин и повесил трубку.

– К тебе должен кто-то прийти? – догадалась Вей-Раста.

Артем недовольно кивнул.

– Не беспокойся, мы спрячемся. Никто нас не увидит, – пообещала Ларса.

Разбуженный разговором, Каспер Скальп заворочался и открыл глаза.

– Конечно, спрячетесь. Как же я вас таких людям покажу. Если бы ты еще могла, – Семин подумал о магических способностях госпожи Вей-Расты, но пока его отношения к ним было скептическое, – если бы могла приделать хвост собаке на место и исправить ружье, то было бы здорово – сразу минус две огромные проблемы.

– Хвост, я могу, – вызвался Каспер. – Нет ничего проще. Веревкой привяжем.

– Благодарю, веревкой не пойдет, – отверг Артем и направился в ванную, надеясь, что прохладный душ вернет его к жизни.

– Я попробую заклятие, – сказала ему в след Ларса. – Отличное заклятие. Я таким способом вернула руку одному знакомому взамен откушенной. Если все получится, то у собачки будет новый хвост.

Артем остановился у двери и повернулся к Вей-Расте. Предложение ведьмочки его серьезно заинтересовало. Только чтобы полностью оценить величину замысла волшебницы у Семина слишком болела голова.

– А можешь для начала поставить на печку чайник? – спросил он.

– Легко, – Ларса с готовность встала. – Чайник с водой?

– Да с чистой водой из крана. И больше туда ничего.

– Сделаю! – Вей-Раста искренне обрадовалась такому простому заданию.

Пока хозяин квартиры принимал душ, гости перебрались на кухню. Ведьмочка управилась с чайником и начала убирать со стола пустые бутылки, грязные тарелки и всякое разное, что осталось от ночного пиршества. Каспер Скальп сидел в углу угрюмый, поочередно почесывая небритые щеки и размышляя, чем он способен помочь господину Артемону. Чтобы легче соображалось, он налил в кружечку коньяк, выпил и закусил черствым хлебом. Напиток действительно активировал его умственные способности. Как мыльные пузыри в голове стали появляться, исчезать всевозможные интересные идеи. За одну из них рыцарь ухватился с особым рвением и сказал Вей-Расте: