Разговорчики в строю - Михаил Серегин

- Слушай, ну ты, чтоб мы к тебе привыкли-то, ты разговор поддерживай! - набросился на него Тулов. - Думаешь, нам тут по кайфу?

- Не, мужики, - неодобрительно покачал головой Матвеич, - плохое место выбрали. Надо было на пруд идти.

- Ага, - поддержал его Борис, - а там русалки. Вылезут, сиськами перед тобой помашут, а потом в путину утянут, потому как ты от их красоты дар речи потеряешь.

- Фигня, - не согласился Тулов. - Русалка - та же баба, к ней подход надо иметь.

- Это какой же ты к ней подход найдешь? - Матвеич ласково погладил пустой стакан. - У нее ведь хвост, ног нету. Какой тут может быть подход, тут только подплыв, и то - большая акробатика, не каждому доступная.

Никто не спорил с Матвеичем. Снова по стаканам забулькала водка. Выпили, закусили: кто колбаской, кто занюхал рукавом рубашки. И тут в темноте раздалось легкое поскрябывание.

- О-о-о, - наклонил вниз голову Тулов, - это че же, полезли, что ли? Ты, наверное, Матвеич, отливать с водкой ходил, приманил сюда их. Щас начнут из всех щелей выбираться.

- Да ну тебя, - не поверил Борис.

Тем временем скрежет усиливался, и доносился он как раз из того места, где Матвеич приметил, будто ходит кто.

- Вот там я и видел их, - прошептал здоровый мужик.

- Кого их-то?

- Да не разобрал. Вроде стояли как на одном месте, а сейчас, видишь, поскрябывают…

- А может, - Тулов продолжал своей фантазией угнетать остальных, - это они пошли помогать другим выбираться. Откапывают, понимаешь, когтями по надгробию скребут.

* * *

Леха с Фролом быстро добрались до чего-то металлического, и лопаты начали позвякивать о какой-то ящик.

- Это цинк из-под патронов, - прошептал подполковник. - Вы давайте там его поаккуратнее. Он вскрыт, как консервная банка, и я в него все сложил. Земельку вынимайте вокруг и давайте вытаскивайте.

Пустая упаковка от патронов под «калашников» была использована Вяземским для хранения намытого серебра да золота с радиодеталей. Вроде и небольшой цинк-то, а поди-ка вот его вытащи. Фрол упирался и локтями, и коленями для того, чтобы хоть как-то помочь Простакову, отхватившему ящик и тащившему его наверх. Он даже начал покряхтывать…

* * *

- Слышь? - дернулся Матвеич и ткнул кулаком в Тулова. - Стонут они.

Мужики вскочили на ноги.

- Неужели и вправду лезут? - шептал Борис, выбираясь из-под сирени. - Пошли отсюда.

- Да ты че, - Тулов схватил его, - погоди. Да выкинь ты эту бутылку, она тебе не нужна больше, хватит тебе на сегодня.

- Да как же водку выкинуть? - не согласился Борис.

- Пошли смотреть, - шептал Тулов. - Мужики, куда бежать - смотреть пошли! Один я ведь до этого никогда не видел мертвецов-то.

- Слушай, ты тогда один иди - мы к выходу, - Матвеич засобирался. - Только я че-то плохо ориентируюсь - куда идти-то, в какую сторону?

* * *

Тем временем солдаты достали ящик и стали закапывать обратно землю, затем разложили дерн.

- Ну че, все? Можем идти? - спросил Мудрецкий у Вяземского.

Подполковник склонился над цинком и попробовал приподнять его:

- О, вроде все на месте, ничего не рассыпалось. Как складывал, тяжеленький. Ну че, давайте, солдатики, берите - да пошли.

Легко сказать: «берите - да пошли» - если Простаков еще кое-как мог свой конец отрывать от земли и переносить его, то Валетов справиться с весом не смог. Поглядев на то, как мелкий корячится, Коля склонился над ним и перехватил у него ношу.

- Отдыхай, - дыхнул спортсмен.

* * *

Тем временем алкаши начали вилять между могилами, стараясь побыстрее выйти на центральную дорогу и по ней пойти к воротам.

Процессия, несущая цинк размером с небольшой чемодан, медленно и в полном молчании двигалась по дороге.

Перешептываясь, местные мужички обходили могилки и двигались сейчас наперерез идущим военным. Ни те, ни другие не подозревали о существовании друг друга.

Тулов шел одним из первых и, когда увидел медленно идущие по дороге фигуры, две из которых - самые здоровые - несли какой-то ящик, замер и по пьяни-то завыл от страха.

- Вышли все-таки! - ревел он, и слезы катились по его щекам.

Пьяный плач услышал Вяземский, но в темноте не разобрал.

- Что за чертовщина? - спросил он у основательно выпившего накануне капитана.

- Ничего. Пойдемте, товарищ подполковник. Все хорошо будет.

И процессия, на мгновение остановившись, вновь продолжила свой путь.

Рядом с Туловым встал Борис. Луна неожиданно зашла за тучи, и, казалось бы, вот-вот они приблизятся и можно будет рассмотреть, кто же это.

Но теперь все погрузилось в полумрак, и для того чтобы, идя по дороге, не наткнуться на могилы, Вяземскому приходилось даже взять какую-то палочку и, словно слепому, стукать по высоким оградкам крайних захоронений, пробираясь вперед.

Кто бы мог подумать, что сегодня такая ночь будет. Капитан, он находчивый был солдат, старый, опытный, взял и включил фонарь, в надежде на то, что сейчас-то будет светлее. Вначале желтое пятно упало вниз под ноги, затем он захотел осветить пространство перед собою - и луч света выхватил пьяную, перепуганную и плачущую морду Тулова. Капитан и подполковник, идущие впереди, вздрогнули, а Мудрецкий наткнулся на них, поглядел вперед и нечеловечески взвизгнул.

Где-то метрах в пятнадцати раздался вопль умирающего человека - это пьяный Матвеич, зацепившись штаниной за сухую ветку, истошно орал:

- Вурдалаки! Меня тащат! Мужики, помогите!

Единственный фонарик, который был у капитана, приближался к Тулову. Тот был ни жив ни мертв.

Капитан матерился:

- Местные алкаши. Уроды. Че вам тут надо?

Тем временем Валетов, будучи перепуганным не меньше остальных, решил держаться подполковника - единственного, кто сохранял здравую голову, тем более что он был невыпимши.

Вован, по-тихому возражавший вначале насчет того, что Коля согласился нести тяжелый ящик вместо солдата, сейчас был занят совсем другим. Он подбежал к Тулову и, сверкая золотой цепью и распальцовкой с золотыми печатками, схватил за подбородок пьяного перепуганного мужика:

- Ты че, в натуре? Дикий?

Тулов ничего не отвечал. Он вращал глазами и трясся.

- Рука… - наконец вымолвил он. - Уберите с моего плеча руку.

Вован поглядел и на самом деле увидел, что на плече у Тулова лежит чья-то рука.

- Не надо убирать! - донеслось из темноты. - Это я - Борис. Я заблудился и нашел кого-то.