Американская ария князя Игоря, или История одного реального путешествия - Алекс Экслер

– Арнольдом Шварценеггером? – уточнил Сергей.

– Нет, с Мишей Ковальским, – ответил Игорь, уничижительно посмотрев на друга. – Я с ним учился в институте. Он обещал Беверли-Хиллз показать и все такое. А во-вторых, после обеда уже надо двигать на Вегас.

– «Он шел на Одессу, а вышел в Лас-Вегас», – запел Сергей старую революционную песню.

– Так, шухер, Серега запел, – ужаснулся Игорь. – Срочно пошли по магазинам!

Магазины, впрочем, им не приглянулись. Всякая сувенирка, музыка, видео, музыкальные инструменты и все такое. В ресторан же идти совершенно не хотелось.

– Что будем делать? – спросил Игорь, когда компания в растерянности остановилась прямо посреди бурлящего людского потока.

– Может, походим туда-сюда? – предложила Кира. – Тут забавно.

– Да тут народу – обалдеть не встать, – объяснил Игорь. – Не могу я, как утлый челн, нестись туда-сюда людским потоком. Хочется чего-то индивидуального…

– О, – сказал Сергей, глядя на большую афишу находящегося неподалеку кинотеатра. – Сегодня премьера «Одиннадцати друзей Оушена». А я его, кстати, смотрел – это старый фильм с «крысиной стаей» Фрэнка Синатры. Про то, как они грабили казино Вегаса.

– Мать моя, – ахнул Игорь. – Да это же божий знак! В ночь перед поездкой в Вегас посмотреть кино о том, как грабили Вегас! Гениально!

– Только это же не с Синатрой, – заметил Сергей. – Это римейк – с Клуни, Бредом Питтом, Мэттом Дэймоном…

– С Клуни и Питтом? – почти одновременно спросили Катя и Кира. – Пошли немедленно!

– Видали? – саркастично спросил Игорь. – Значит, великий певец Синатра, можно даже сказать – Кобзон современности, им не нравится, а как записные красавчики Клуни и Питт – так девушки сразу возбудились.

– Синатра – мафиозный старикашка, – отважно сказала Кира, первый раз не согласившись с Игорем.

– Эй, эй, – возмутилась Катя. – Он, может, и свинтус, но певец был первостатейный.

– Пел хорошо, – согласилась Кира. – Душевно. Но мне ближе светлая музыка Bee Gees. Кроме того, нам же не концерт Синатры предлагали, а кино с Синатрой. На мой взгляд, кино с Клуни и Питтом намного лучше кино с Синатрой. Точно так же, как концерт Синатры намного лучше концерта Клуни и Питта.

– Умница, – вздохнул Игорь и поцеловал Киру в макушку.

– Кроме того, – заметила Катя, – что плохого в том, что нам нравятся Клуни и Питт? Вы оба, между прочим, сами как Клуни и Питт. Игорь – как Клуни.

– А Серега, – начала Кира, и Сергей расплылся было в улыбке, – как Мэтт Дэймон, – закончила она.

– Чо это как Мэтт Дэймон? – возмутился Сергей. – Обещали Питтом.

– Серег, – вздохнула Катя, – прости, но ты – не Питт. И даже не Дэймон.

– А кто?

– Я бы тебя отнесла к Дастину Хоффману, – призналась Катя.

– Отнеси, отнеси, – мрачно сказал Сергей, у которого сильно испортилось настроение: он считал, что сам уж всяко повыше коротышки Хоффмана. – Отнеси, положи, вытри об меня ноги.

– Обиделся, – удовлетворенно констатировал Игорь.

– Тебе-то хорошо, – сказал ему Сергей. – Тебе-то с твоим Клуни куда рыпаться-то? И так уже вершина признания.

– Я бы на Мэтта Дэймона на твоем месте не обижался, – сообщил Игорь. – Ну да, внешность у него фермерского сынка. Как у тебя. Но зато он в душе человек хороший. По крайней мере, по фильмам. Черт его знает, кто он там в жизни. Может, гад последний.

– Мерси на добром слове, – язвительно ответил Сергей, который уже аж кипел от возмущения.

– Серега – лучше всех, – сказала Катя, обнимая его за талию и кладя голову Сергею на плечо. – Никакие Клуни и Дэймоны рядом не стояли.

Сергей сразу растаял.

– Ладно, – сказал Игорь, – хорош нежничать. Побежали в кино, а то же премьера, билетов не достанется…

Билеты им достались, хотя зал действительно был полон. Сергей, сев на место, энергично разглядывал обстановку вокруг – ему было очень интересно побывать в типичном американском кинотеатре. Однако ничего особо любопытного в зале не было: такие же кресла, как в обычном московском мультиплексе, только на полу было заметно грязнее: на нем еще оставались не до конца убранные с прошлого сеанса обертки конфет, попкорн и стаканчики из-под кока-колы. Публика в зале была совершенно разномастная и вела себя очень раскованно: кто-то беседовал по мобильнику, кто-то орал во все горло, а одна компания – так вообще затеяла перебрасываться попкорном.

– Я раньше считал, – сказал Сергей Кате, – что это московская публика себя паршиво ведет. Теперь стало понятно, что у нас вообще ангелочки.

– Это ты еще в кино в негритянском квартале не был, – успокоила его Катя. – Я один раз как-то случайно сподобилась. Вот там народ оттягивался вовсю. Но, правда, было очень интересно наблюдать за реакцией – я на «Криминальное чтиво» ходила.

– Реакция – это, конечно, интересно, – заметил Сергей, – но не думаю, что ради этого попрусь в негритянский квартал. Я, конечно, ничего не имею против негров, когда они сидят в своем негритянском квартале, но ходить к ним смотреть кино – я пас.

– Ты, кстати, потише говори, – сказала Катя шепотом. – Это в русском языке слово «негр» звучит совершенно нормально и не оскорбительно. А здесь за «нигера» можно конкретно огрести.

– А как мне их по-русски называть? – удивился Сергей.

– Говори – черные, – предложила Катя.

– Да хоть белые, – почему-то разозлился Сергей. – Только негорелые. О, буду называть их «горелые».

– А вот это уже расизм!

– Они по-русски это поймут?

– Нет, конечно.

– Тогда не расизм, – парировал Сергей.

В этот момент погас свет и началась реклама. За ней последовал фильм о приключениях Оушена, которого в римейке изображал Джордж Клуни.

– Ой, – сказал Сергей шепотом. – Так он же по-английски идет.

– Серег, – прошептала Катя в ответ, – а ты ожидал, что в американском кинотеатре кино идет на русском?

– Да, это я не подумал, – сконфуженно ответил Сергей. – Просто фиг я тут что пойму.

– Я буду тебе переводить, – пообещала Катя.

Однако с переводом как-то не особенно сложилось. Когда Катя приближала свое лицо к Сергею, чтобы шепотом перевести очередную фразу, он немедленно начинал целовать девушку, в результате чего вся разговорная часть фильма прошла у них в сплошных поцелуях и основная интрига осталась совершенно непонятной что для Сергея, что для Кати. Зато когда на здоровенном экране проплывали виды ночного Лас-Вегаса – все эти огромные отели, ярко освещенная рекламой и вывесками главная улица под названием Стрип, – Сергей смотрел на это великолепие во все глаза и думал, что неужели свершится чудо и он буквально завтра сам это все увидит. А уж когда в конце фильма все главные герои встретились у знаменитых танцующих фонтанов отеля Bellagio, Сергей дал себе страшную клятву, что обязательно придет туда с Катей во что бы то ни стало. «Это будет лучшим воспоминанием моей жизни», – пообещал сам себе Сергей, искренне в это веря.