Царь, царевич, король, королевич - Сергей Лукьяненко

— Это еще почему? — возмутился я.

— Сам когда-то бумагу марать пробовал, да как увидел,что плохо получается, в науку подался. В душе лентяй, но скрывает сиетщательно. Университет закончил, магией занялся... ну, и натворил делов.

— Думаю, информации хватает, — улыбнувшись сказалХолмс. — Вполне хватает.

— Да? — поразился Кубату.

Холмс, не обращая на него внимания, прошелся вдоль книжныхшкафов, вынимая и разглядывая некоторые книги. Осмотрел Магический Шкаф.Закурил трубку, подумал и произнес:

— Итак, у нас есть около двадцати книг, в которых могутбыть спрятаны дети.

— Так много? — страдальчески спросил Кубату.

— Минуту назад у вас был выбор из нескольких тысячтомов, — резонно заметил Холмс.

— Тогда не будем тянуть, — со вздохом сказалКубату. — Иванду! Одень штаны и рубашку! Мак-Смоллет! Тоже самое!

— Может не надо? Я в юбке меньше потею.

— Как хочешь, конечно, но за последствия будешьотвечать сам, — весело ответил Кубату и потер руки. — Наконец-то!Начинаем!

Пока Иванду переодевался, а Мак-Смоллет задумчиво оправлялюбку, Холмс достал из ближайшего шкафа какую-то книжку и показал ее Кубату. Тотзамахал руками:

— Нет, нет и нет! Я не хочу знать, куда мы попадем!

— Почему? — поразился Холмс.

— Мне это не нужно, — гордо ответил Кубату. —Я большой знаток литературы, для меня будет удовольствием узнать книжку попервым же страницам... то есть, минутам.

— Как угодно, — Шерлок подложил книжку под шкаф,толкнул его — шкаф стоял прочно — и удовлетворенно улыбнулся.

— Вперед! — Кубату бросился в шкаф и гордовыкрикнул из его недр. — Я никогда за чужой спиной не прячусь, первым вбой иду!

Мы последовали за отважным генералом.

В Шкафу было тихо и довольно-таки уютно. Пыхтел Мак-Смоллет,позвякивал саблей Кубату, терпко пах Иванду. Я прижал губы к самому уху Холмсаи шепнул:

— Честно говоря, до сих пор не верю в происходящее. Машинавремени — еще куда ни шло... Но ожившие книги?

— Вам стало стыдно, Ватсон? — проницательноспросил Холмс. — Что ж... У каждого врача есть свое кладбище, а у каждогописателя, как видите, наоборот.

— Что «наоборот»? — возмутился я.

— Ожившие персонажи, — Холмс хихикнул.

— Приехали, думаю, — подал голосМак-Смоллет. — Начальник, выметаемся?

— Я первый! — храбро сказал Кубату, и началпутешествие по шкафу, пробираясь к выходу. Увы, было слишком тесно, и посколькуон зашел первым, то честь выйти навстречу опасностям выпала Иванду. Точнее,выпал он сам.

...Да, Кубату не врал. Мы действительно оказались в иноммире!

Спустившись по шаткой деревянной лесенке, мы увидели уютныйдворик, окруженный двух-трехэтажными домами. Посреди двора стояло странноедощатое сооружение, откуда мы и выбрались. Дверца сооружения поскрипывала,шатаясь на петлях и позволяя рассмотреть кучи птичьего помета на полу будочки.

— Курятник? — предположил Мак-Смоллет. —Помню, однажды...

Холмс взял на палец немного помета, растер, рассмотрел иудовлетворенно кивнул:

— Голуби. Это голубятня.

— Что ж, мир достаточно спокойный, — зорко глядяпо сторонам, заметил Кубату. — Если дети здесь, то им, по крайней мере,ничего не угрожает...

Вслед за Кубату и Мак-Смоллетом мы двинулись по двору.Замыкал шествие Иванду с обнаженным кинжалом в руках. Двор был тихий ибезлюдный, заросший какими-то желтыми цветочками и в изобилии усыпанныйконфетными фантиками.

— Надо найти аборигена, — рассуждал вслухКубату. — Узнать новости... Холмс, теперь вы нам верите?

— Разумеется, — извлекая трубку, сказалХолмс. — На кокаиновое опьянение происходящее не похоже. Я горжусь нетолько своим трезвым умом, но и вниманием к тайнам Востока и достижениямспиритизма.

— Молодец! — одобрил Холмса Кубату. — Во!Аборигены!

Мы как раз вышли из дворика и остановились на широкойбезлюдной улице, вымощенной отличным крупным булыжником. Невдалеке виднелосьздание цирка, возле которого толпилась кучка народа.

— Интересно, интересно, — бормотал Холмс, едва непроглатывая от волнения трубку. — Однако, Ватсон, это очень развитаястрана! Или же в ней описан мир будущего.

— Почему?

— Видите — у цирка электрические фонари.

— Восхитительно! Какой чудесный, яркий свет они должныдавать ночами! — воскликнул я. — Как сияет весь этот город!Интересно, как он называется?

— Сейчас узнаем, — зловеще прошептал Кубату,высовываясь из подворотни. По улице как раз пробегал мальчик лет одиннадцати,одетый только в сандалии и красные ситцевые трусики.

— Малец! — зазывно позвал Кубату.

— Чего? — откликнулся малец.

— Хочешь конфетку?

— Ищи дурака! — фыркнул невоспитанный ребенок. Нотут же заколебался. — А конфета какая? Шоколадная?

— Ага! — гордо сказал Кубату и похлопалМак-Смоллета по плечу: — Конфету, майор!

Мак-Смоллет вздохнул и извлек из кармана юбки конфету вяркой обертке. Мальчик с сочувствием оглядел шотландца, потом взял у негоконфету и спросил:

— Чего надо-то?

— Мальчик, — начал Кубату, — а не видел ли тыздесь двух ребятишек, твоих ровесников? Одного зовут Стас, а другого — Костя.Мы их ищем.

— Еще конфеты есть? — по-деловому подошел квопросу мальчик. Кубату требовательно посмотрел на Мак-Смоллета. Тот виноватоулыбнулся.

— Нет, — упавшим голосом сказал генерал.

— Значит, не видел, — пожал плечами мальчик иубежал, на ходу разворачивая конфету.

— Мои познания в литературе дают осечку, — хмуропризнался Кубату. — Я не узнаю этой местности. А что можете сказать вы,Холмс?

— Мы находимся в городе, на берегу реки, в деньбольшого праздника. Сейчас июнь месяц, население города чем-то обеспокоено, ностарается не подавать виду.

— Поразительно! — воскликнул Мак-Смоллет, украдкойизвлекая из кармана конфету и засовывая ее в рот. Да, воинская дисциплина вбудущем хромала. — Почему река, почему праздник, почему июнь?